Илья Модус – Катарсис Империи (страница 63)

- Как прикажете, господин советник, - буркнул Вирен. Хоть после 'пропесочивания' Роберт Николаевич и стал более 'покладистым', но склочный свой характер не изменил. Правда, теперь, вместо зуботычин и взысканий, он предпочитал сквозь зубы ругаться и в узком кругу - материться. - Вы бы в рубку зашли, господа. Не безопасно ведь.

- Того на открытом мостике завсегда находится, так что, мы, русские моряки, хуже что ли? - Усмехнулся Вервольф. Услышав такую явную поддевку, Вирен, как гордый и самолюбивый человек, не мог не остаться.

Минуту длилось молчание.

- Они нас превосходят на два восьмидюймовых орудия, - заметил он.

- А у нас скорость и броня, - отрезал Вервольф.

Насчет первого он откровенно соврал.

Тихоходная 'охотница' даже в лучшем своем состоянии могла выдать не больше девятнадцати узлов. Да и сам 'Баян' был тихоходнее своих визави. Но, два русских крейсера против трех японских - это было все, что мог сейчас позволить себе Сергей.

'Новик' и минные заградители следовало сохранить для будущих боев. Если они дойдут хотя бы до Дальнего и сообщат обо всем в Артур, была надежда на то, что к ним придет помощь.

- Пристреливаются, черти! - Сплюнул Капер.

В паре кабельтовых от 'Баяна', бывшим к японцам ближе всего, возникло два больших всплеска - явно от главного калибра.

Меж тем, и сам 'Баян' не остался в долгу. На дистанции около сорока кабельтовых воздух разорвался от практически одновременного залпа носовой и кормовой башен. К сожалению, система Гревеница еще не была известна на флоте, а бой - это не самый подходящий момент для испытаний. Тем паче, что знал эту систему Вервольф только в общих чертах. А значит, вплоть до сближения до уверенной для русских канониров дистанции в двадцать-двадцать пять, крейсера будут даром бросать снаряды. Но, это было нужно, дабы не дать японцам разделиться и отправить более быстрый 'Иосино', шедший концевым, на перехват 'Новика', 'Амура' и 'Енисея'.

К чести русских канониров, их всплески легки практически у самого борта головного 'Такасаго'.

- Есть накрытие! - Хлопнул в ладоши Вервольф. С началом боя легкий озноб от прокравшегося под одежду мороза испарился, вытравленный азартом боя.

Русские крейсера развили скорость до восемнадцати узлов. Оставляя минные заградители и справа и позади от себя, 'Баян' по указке Вирена рванул прямо на противника. Тихоходная 'Диана' как могла пыталась угнаться за ним, поддерживая огнем, но с каждой минутой расстояние между крейсерами увеличилось.

- Так, по крайней мере, оттянем их на себя, - пояснил Вирен. - Ведь вы хотите спасти минные транспорты?

Вервольф кивнул. Война с Японией в первую очередь - война на море. Война, в которой будут сломлены привычные представления о тактике. Война, в которой разрушатся одни мифы войны и родятся новые приемы уничтожения врага. В нашей истории, японцы нанесли минный удар первыми, погубив 'Петропавловск'. Мы ответили тем же, утопив 'Ясиму' и 'Хатсусе'.

И сейчас, несмотря на то, что будущая база японцев начинена минами плотнее, чем банка сельдью, следовало сохранить минные заградители для будущих боев.

Первый японский снаряд ударил 'Баян' в левую скулу, осыпав нос крейсера потоком осколков.

'Баян' не замедлил ответить. К несчастью для 'Такасаго', решившего разорвать дистанцию, восьмидюймовый бронебойный снаряд вошел под основание первой трубы, пробил палубу и сдетонировал в кочегарке, в результате чего крейсер мгновенно потерял в скорости и окутался дымом.

- Ай да молодцы! - Воскликнул Вервольф. - Роберт Николаевич, лишнюю чарку вашим артиллеристам в носовой башне.

Однако, ответ японцев не заставил себя ждать.

Несмотря на то, что 'Баян' с тридцатисеми кабельтовых сумел метким выстрелом обездвижить головной крейсер, это попадание следовало отнести к счастливым случайностям.

А вот град снарядов, осыпавших 'Баян' в ответ являлся залогом тщательной подготовки японцев.

Первый снаряд ударил как раз в носовую башню. К счастью восьмидюймовый снаряд (а это мог быть только он) не пробил башню, но град осколков стал причиной множественных ранений среди пожарного дивизиона.

Следующее попадание пришлось в грот-мачту срезав ее наполовину.

Третье попадание пришлось в уже пострадавшую левую часть носа, полностью срезав оба якоря. С отвратительным скрежетом многотонные махины с обрывками цепей исчезли в море.

Меж тем, в дело вмешалась 'Диана'.

Ее шестидюймовки, действуя из-за спину подставленного под огонь японцев 'Баяна' прошлись по 'Читосе', правда не добившись сколько-то явных разрушений. Однако, уже следующий залп с 'богини', предназначавшийся 'Читосе', поравнявшегося с парящим 'Такасаго', прошелся перелетом по первому, но доставил немало проблем на втором. К сожалению, различить в пучине дыма, какие именно повреждения получила 'собачка', не удалось.

Меж тем, развернувшись к противнику бортом, 'Баян' продолжал вести себя как волк в курятнике.

Флагман адмирала Девы получил от него с тридцати кабельтовых несколько шестидюймовых снаряда, но, с минимальными разрушениями. Залп с 'Дианы' как и в прошлый раз лег перелетом, но в этот раз, уже не причинив никому вреда - 'Такасаго' медленно, но верно уходил от русских, положив штурвал на обратный курс.

- Может добьем? - С надеждой произнес Вирен. Судя по ухмылке Капера, он тоже был не против прикончить подранка. Да и Вервольф был вовсе не против. Но, японцыам удалось сосредоточить на броненосном крейсере огонь всех доступных орудий. Море вокруг крейсера кипело от попаданий. Да и пара новых попаданий в борт, после одного из которых выбыл, пораженный осколками расчет второго от носа шестидюймового орудия.

- К сожалению, не сегодня, - глядя на иссечённые осколками трубы крейсера и разворачивающийся пожар на корме, сказал Вервольф. Хоть соблазн добить 'Такасаго' был велик, но опасность потерять единственный в Артуре броненосный крейсер, заставляла быть острожным. - Разрывайте дистанцию, идем за 'Новиком'.

Обменявшись на прощание с японцами нескольким выстрелами из восьмидюймовых орудий (причем, успех имели только японцы, на прощание, устроив еще один пожар на корме крейсера) русские крейсера на предельных для 'Баяна' шестнадцати узлах поплелись к Артуру.

Бой, занявший почти час, закончился тактической победой русских. 'Такасаго', так счастливо поврежденный, будет вынужден стоять на ремонте не меньше недели - в зависимости от того, какие повреждения он получил. Но, судя по всему, часть котлов он потерял, а это ремонт не из скорых.

Недалеко от Сеншандао навстречу им попался 'Аскольд' под флагом Рейценштейна, а так же 'Новик' и 'Боярин'. На последнем находился командующий эскадрой. Два отряда миноносцев маячили на горизонте, однако судя по характерным силуэтам, дестройеры были явно русскими.

'Боярин' просигналил 'Советникам Вервольфу и Каперу прибыть на борт'.

- Сейчас начнется, - пробурчал Капер, садясь в катер.

Но, к его удивлению, Илья не стал устраивать разнос. Более того, выслушав доклад о столкновении с японцами, досадливо поморщился.

- Поздно до нас дошла весть с 'Новика', - пояснил он.- Он добрался до Талиенваня, по радио передавая о столкновении с японцами. Ну, а мы как раз вышли на внешний рейд. Хорошо еще, что я на 'Боярине' был с самого начала.

- Погоди, - поднял руки Капер. Они стояли на носу крейсера, наблюдая, как крейсера формируют две кильватерные колонны - в первой 'Аскольд', 'Баян' и 'Диана', а на левом траверзе от них - 'Боярин' и 'Новик'. Миноносцы, хищной стаей блуждали по линии горизонта. - Ты вывел всю эскадры на внешний рейд?

- Ну, не совсем всю эскадру, и не совсем на внешний, - замялся командующий. - К тому моменту, как прибыла новость из Дальнего, из порты вышли только 'Пересвет', 'Победа', крейсера и весь первый отряд миноносцев. Вот, для оперативности, я и взял крейсера, да эсминцы. И рванул к вам, повесив эскадру на Ухтомского. По идее, к нашему возвращению он должен уже вывести на рейд 'полтавы' и приступить к эволюциям.

- Значит, - сделал вывод Капер. - Ничего не сделано.

Отряд вернулся в бухту после обеда. Не обнаружив на внешнем рейде броненосцы, Илья помрачнел и молчал до самой швартовки.

Покинув крейсер, выразив новому командиру крейсера Максимилиану Федоровичу фон Шульцу благодарность за прекрасную работу, Илья направился на 'Петропавловск', куда так же был вызван и младший флагман князь Ухтомский. Вид пяти броненосцев, мирно коптящих небо на внутреннем рейде взамен эволюций, привела командующего в бешенство. Поэтому, никто не удивился, что к вечеру Ухтомский лишился своей должности и покинул Артур. А на следующее утро, на 'Пересвете' взвился флаг нового младшего флагмана - контр-адмирала Эбергарда.

Вервольф стоял на мостике, любуясь идущими впереди основного отряда 'Новика' и 'Баяна'.

Крейсера 2-го ранга, построенные незадолго до войны, эти настоящие гончие моря, были способны покрывать 22-25 морских миль в час, шли в голове колонны, готовые в любую минуту сорваться вперед, словно стрелы с туго натянутой тетивы.

После давешнего столкновения с 'собачками', японцы не приближались к Артур уже двое суток. Впрочем, миноносцы противника все так же, как падальщики, шарили вокруг порта. 'Боярин' минувшей ночью столкнулся с целым отрядом. Приняв его в темноте за порядком надоевший им 'Новик', японцы, обстреляв его издалека, поспешили скрыться. Правда, один из них, получил причитающийся ему 120-мм снаряд в борт, который, правда, особых разрушений не нанес.