Илья Модус – Катарсис Империи (страница 109)

- В Елагинском будет своя телеграфная станция, работает круглосуточно, - было видно, что Илья отказался от тактики 'задавить авторитетом' и перешел к упрашиванию. - Сень, ну просто некого посылать. Помоги, пожалуйста. Если потом захочешь уехать на край света и там жить - так и сделаем. Но, после войны, хорошо?

- Хорошо, - Семен пожал протянутую ему руку. Илья еще болтал о долге, величии Родины и прочем, мягко выпроваживая Эцилопа из своего кабинета - видать, был уж слишком сильно занят сборами для поездки в Артур.

Никто не даст ему никуда уехать - это и ежу понятно.

Семен Иванович Горчаков в минувшем будущем был весьма востребованным человеком. Закончив политехнический университет по специальности 'Сервис и эксплуатация машин на предприятии', Семен до развала Союза успел проработать на КАМАЗе, ГАЗе, на Уралвагонаводе, освоить специальность логиста, не говоря уже о том, что приходилось быть и токарем, и сварщиком, и сантехником. А что вы удивляетесь - это в 2000-х дела стали нормализовываться, а в 90-ые чего только не делали, чтобы деньги иметь и с голоду не помереть.

С закрытыми глазами он мог разобрать любой отечественный автомобиль, станок, конвейер и собрать его обратно. С импортными - посложнее, ибо там все больше с микросхемами. Будь Семен на месте Ильи - сидел бы попаданец с его знаниями на уютной 'даче' и чертил бы чертежи. Много, часто и продуктивно.

Вместо этого, приходилось примерять на себя маску 'большого начальника'. Которая в Крыму была явно неуместна.

Знаете, в отдаленных уголках страны, власть имущие ведут себя немного...вызывающе. Толи солнце напекло крымскому бомонду голову, толи они у Волшебника Изумрудного города храбрости вместо мозгов прикупили - не ясно до конца. Но, словно сговорившись, местное начальство стало перечить планам Семена, раз за разом заставляя его нервничать и переживать за судьбу своих проектов.

В оригинальной истории - с легкой руки Ивана Флешмозга, покинутая временная линия стала называться 'каноном' - крейсер 'Очаков' был спущен на воду в 1902 году - при том, что был заложен в больше года назад. В достройке крейсер находился вплоть до конца 1905 года... Чувствуете оперативность и важность строительства одного из лучших в своем классе крейсеров во флоте, который насчитывает на данный момент пять броненосцев - три из которых устарели, хоть и были весьма ничего - справиться с тем хламом, что из себя представлял турецкий флот. Правда, проверять это на практике, ой как не хотелось - бытовало мнение, что за Турцию впишется Англия, а чуть позже - Франция.

Еще одного нашествия Коалиции псевдосоюзников, Россия не желала всем сердцем. Тем более, что сейчас, Империя была готова немногим больше, чем в прошлый 'разбор полетов'.

На момент прибытия Эцилопа, Рыси, Войда, Артемуса, Россштрумана, Рона, Мака и Лимао, черноморский флот располагал четырьмя барбетными броненосцами типа 'Екатерина II' - собственно, сама 'Екатерина II' и три его систершипа - 'Синоп', Чесма' и 'Георгий Победоносец', броненосцами 'классического' типа - 'Ростислав', 'Двенадцать Апостолов', 'Три Святителя'. Согласитесь - звучит грозно? Целых семь броненосцев.

Но, не все то золото, что блестит. Все четыре корабля типа 'Екатерина II', а также - 'Двенадцать Апостолов' имели на вооружении устаревшие орудия главного калибра - на 'Екатерине II', 'Синопе', 'Двенадцати Апостолах' были установлены в общей сложности 16 орудий 305 мм с длиной ствола в 30 калибров, а на 'Чесме', 'Георгие Победоносце' - аналогичные артсистемы, но в 35 калибров. К сведению - на Тихоокеанской эскадре двенадцатидюймовые орудия на 'Цесаревиче', 'Ретвизане', 'Петропавловске', 'Палладе'имели длину ствола в 40 калибров. На Балтике - 'бородинцы' имели аналогичный главный калибр.

Черноморцам же повезло намного меньше. Из находившихся в строю броненосцев, лишь 'Три Святителя', да достраивающийся 'Князь Потемкин' обладали такими артсистемами. Слабо утешающий факт.

В относительном наличии были целых четыре двухорудийные башни с орудиями Обуховского завода, разработанных специально для подготовленных к закладке 'Евстафию' и 'Златоусту'. Причем, Семен знал, что башни и орудия должны быть в Севастополе - их же установили на броненосцы в каноничной истории! Но, по факту, этих башен не оказалось в наличии - еще не изготовлены, поскольку сами корабли планировали к достройке, если не изменяет память, в 1911 году. Притом, что корабли готовились к закладке в конце 1904. Семь лет! Семь чертовых лет! Вспомнить, как немцы клепали свои подлодки, будто горячие пирожки - аж завитки берут.

Скажете - да почему бы просто не перевооружить эти устаревшие броненосцы новыми орудиями? Легко сказать, а вот сделать...

Ставить взамен устаревших новые двенадцатидюймовки, Рысь, как главный механойд-заклепочник на Черном море, категорически отсоветовал.

- Ну, перво-наперво - 'Екатерины' имеют весьма характерное размещение башен главного калибра, - несколькими уверенными движениями, он начертил на чистом листе бумаги схематичное изображение корабля, дополнив его характерным для барбетных 'екатерин' треугольным казематом, на каждом из углов которого располагались башенные установки со схематичными пушечками. - В связи с чем - установка на них новых двенадцатидюймовых орудий нецелесообразна - 'Чесма' при 35 калиберных то пушках, при наведении орудий, получал крен на борт, а тут вообще может катастрофа произойти.

- Верно говорите, - кивнул, соглашаясь, Скрыдлов. - Еще в 1903 году обсуждался вопрос о замене орудий на более современные. Но, он так и остался не разрешенным - где-то в МТК завис. С нашей-то бюрократией...

Первое совещание черноморская 'ячейка' провела, пригласив на заседание Иван Михайлович Дикова - нового главного командира Черноморского флота и портов Черного моря, сменившего на этом посту адмирала Скрыдлова.

Это на Тихом океане Илья и его группа могли разоружать и модернизировать корабли так, как им хотелось - они этими кораблями командовали. А на Черном море и Балтике, 'ячейкам' приходилось свои предложения согласовывать с командующими флотами. И, если на Балтике все было схвачено как нужно - ГМШ и МТК были, что называется, под боком, то в Севастополе, дела так просто не решались.

Бывали ли вы когда-нибудь в глубинке? Где дома имеют самое больше - пять этажей в высоту. Где узкие улочки, приветливые, ярко раскрашенные витрины, бьющие в глаза пестротой красок? Где даже воздух пахнет иначе?

Глубинка живет по своим, одним им понятным законам и подчиняется своему собственному течению времени. И вот, оказавшись вдали от столицы, группе Семена пришлось столкнуться к этим 'глубинным' духом.

Севастополь с рождения имел стратегическое значение базы военного флота. Посему, сызмальства, из века в век, здесь у моряков была особая сила и власть. Само собой, что слово командующего флотом здесь было крепче мрамора и опаснее неразорвавшейся мины. Чего стоит только пример того, как после опубликования в декабре 1905 года очерков о подавлении севастопольского мятежа, писатель Александр Иванович Куприн покинул Крым после ультиматума тогдашнего командующего флотом - Григория Павловича Чухнина.

Скрыдлов, получив свое назначение в 1903 году, покинул Дальний восток и обосновался в Севастополе. Вплоть до своего назначения командующим Тихоокеанским флотом в 1904 году, после гибели Макарова при подрыве броненосца 'Петропавловск', Николай Илларионович проявил большое внимание к технической модернизации верфей в Николаеве, а так же держал под личным контролем достройку 'Потемкина', 'Очакова', 'Кагула'.

Наибольшим негативным пятном в карьере Скрыдлова, по мнению Семена, являлся его аморально долгое путешествие к театру военных действий. Сами посудите - получив назначение в апреле, адмирал прибыл поездом к крепости уже тогда, когда она находилась в окружении. Поэтому, недолго думая, новоиспеченный командующий отправился во Владивосток, откуда командовал владивостокскими крейсерами, совершив с ними пару выходов в море, которые, к слову, особого успеха не имели.

Впрочем, эта реальность была защищена от столь скудных успехов российского оружия.

Каждый, умеющий читать русский, благодаря газетам знал, что Тихоокеанский флот мстит врагам за подлое нападение. Каждый мало-мальский успех - будь то перестрелка наших крейсеров с японскими, успешный выход на маневры на внешнем рейде, либо действия легких сил - все освещалось в газетах. Аршинные буквы заголовков с первых страниц сообщали читателям, что русский флот не сдает позиций.

После публикации Министерством пропаганды (как между собой попаданцы называли поле деятельности бывшего украинского журналиста Корвина) ряда статей об обстреле вице-адмиралом Камимурой Владивостока, для большинства жителей империи, эта война стала личной.

Слыханое ли дело - обстрел не просто военного порта, но территории города, где проживают мирные жители! Расписанная в красках судьба обычной женщины - Арины Кравцовой, погибшей при обстреле города, взгрела общество еще больше. Представьте себе, что вам, обычному жители в глубинке становится известно, что коварный враг, который не только в темноте, словно вор, напал на военные корабли, дак еще и обстрелял город, в ходе чего погибла женщина, а военной инфраструктуре не причинено ни малейшего вреда. Воспылает ли в вас праведный гнев?