Илья Модус – Гранд-адмирал. Том 8. Доминация (страница 122)
— Это не Дарт Вейдер, — категорично отверг предположение Теневой Стражник, выходя вперед главных сил мандалорцев. Сбросив с головы капюшон, он провел рукой по коротким черным волосам, после чего выбросил в сторону руку. В той эффектно появилась рукоять светового меча, из которой родилось фиолетовое энергетическое пламя. — Кто ты и для чего устроил маскарад, притворяясь Дартом Вейдером?
С очень большой натяжкой, в этом сосредоточении брони, шипов, выпирающих остроконечных дуг и наклонных полей шлема, можно было подумать, что перед ними в самом деле покойный Повелитель ситов. Но нет, если присмотреться, то эта массивно-карикатурная фигура ничуть не похожа на Вейдера.
Хотя бы тем фактом, что ее глаза — желтые светила, будто два жерла исторгающегося вулкана. А правая рука открыта до локтя, демонстрируя темный оттенок кожи.
Конечно, Дарта Вейдера без брони едва ли кто-то видел. Но судя по тому какими у него выросли дети, едва ли он имеет что-то общее с корунами.
Но больше всего Хеджа напрягало оружие, которое держал в своих руках этот ублюдок.
Рукоять длиной с добрый метр и длинный зеленый энергетический клинок явно указывали на то, что он не самый простой противник.
Но хуже всего было совсем не это.
Неестественная тоска, горечь, уныние и упадок сил — все то, что не свойственно мандалорцам от природы, буквально захлестнуло весь отряд. Хедж с тревогой посмотрел на своих товарищей. С неестественно поникшими плечами, выронив свое оружие, они словно забыли о враге…
И тем самым стали едва ли не самой легкой целью в галактике.
Лишь считанные единицы — сам Спар, да несколько командиров, все еще держались под напором невиданной силы.
— Вейдером? — расхохотался гигант в доспехах, с легкостью вращая своим огромным световым мечом. — Мне этот недоучка и в подметки не годится. Я — Маллеус, Молот Темной Стороны! Назови свое имя, презренный аколит, чтобы я знал кого еще добавить в список своих жертв! Темная Сторона сильна во мне, ее энергия горит во мне будто тысячи светил…
— Чем выше задерешь нос, тем больнее падать, — сухо ответил Теневой Стражник. — Спар. Не приближайтесь. Если мы не ошибаемся, то его броня приводит врагов в отчаяние.
— Уже вижу это, — ответил мандалорец, чувствуя, как его мысли начинают наполняться тревогой. И сколько бы он не пытался их изгнать, тем сильнее они атаковали чертоги его разума. — Что делать?
— Просто ждать, — ответил Теневой Стражник, зашагав вперед. Он направил свое оружие в сторону Маллеуса, словно обращался к нему. — Хотел знать мое имя? Ну так вот — я тот, кто гасит звезды.
Без лишних слов и прелюдий Теневой Стражник под кодовым именем «Старкиллер» бросился в атаку. Хеджу Спару и остальным мандалорцам оставалось только наблюдать за тем, как разворачивается безжалостное противостояние двух титанов.
«Химера» оказалась в реальном пространстве ровно там, где и было запланировано.
— Гравитационная мина, выставленная бойцами «Ионной группы», сработала штатно, — сообщил капитан Тшель, одновременно с этим отдавая базовые команды, приводя звездный разрушитель к боеготовности. — Мина отключена, соединение «Химера» прибыло в расчетную точку. Перестроение «получаша», связаться с кораблями противника, предложить им капитулировать.
Аналогичные процессы, отточенные до автоматизма, происходили не только на борту флагманского корабля, но и на палубах каждого крейсера и корвета сопровождения.
И уж совсем привычно вахтенный начальник секции связи направил неприятелю предложение безоговорочно капитулировать на стандартных и давно уже набивших оскомину условиях. И, ровно так же, как и сотни раз до этого, предложение было проигнорировано.
С той лишь разницей, что обычно подобного рода отказы основывались либо на глупости, либо на реальном ощущении своего превосходства. Наивно полагать, что командиры патрульных лоханок, обладают полнотой оперативной информации. Не их уровень и не их компетенция — знать о том, как именно они играют в плане по заманиванию нашего флота в ловушку.
План хорош именно тогда, когда каждая часть этого большого механизма работает ровно так, как и должна. Без лишних мыслей и инициатив.
— Предложение сдаться проигнорировано, — сообщил командир секции связи в тот самый момент, когда пара лазерных выстрелов растеклись по носовому дефлектору «Химеры».
И это при том, что они уже минуты две по нам стреляли со средних дистанций. Сорок единиц — это фактически бросок камня. Тут даже если без прицельных приспособлений наводить, велика вероятность попасть хоть куда-нибудь на корпусе огромного треугольного звездолета.
Но канониры противника отличались исключительной «меткостью».
— Иного и не ожидалось, — заключил я. — Капитан Тшель, обратите внимание на действия противника. Ваше мнение?
— Демонстрируют показательный непрофессионализм, — быстро понял командир «Химеры». — Что странно, учитывая наш опыт предыдущей встречи с кораблями Пикетного флота Корпоративного Сектора.
— Согласен, — кивнул я. — Ваше мнение?
Опыт, мягко говоря, интересный.
На звездолетах на тех направлениях, которые мы атаковали, а так же на четвертом отряде, попавшем в засаду Дорьи, звездолеты не имели полного штатного экипажа. Никаких клонов, никаких дроидов или улучшений в области автоматизации, о которых бы мы не знали. Стандартные «Победы» с варварскими изменениями от лучших «девочек-дизайнеров» Корпоративного Сектора.
И при этом, в противостоянии по всем направлениям вторжения, ни один из кораблей так подчеркнуто не «мазал». Да, не каждый артиллерист снайпер, но существует статистика. Которая, как известно, вещь упрямая.
— Думаю, сэр, они стараются нас убедить в том, что Корпоративный Сектор испытывает проблемы с профессиональными военными, — подумав, произнес командир «Химеры». — Продолжают нас закидывать дезинформацией. Надеются… На что?
— На то, что мы ухватимся за эту соломинку, — ответил я.
— Соломинку, сэр? — удивился Тшель.
М-м-м… Лишнее напоминание о том, что даже спустя год мягкой трансформации образа Трауна, не дает мне права расслабляться.
— Выражение с одного из миров, с которыми я сталкивался, — пришлось на ходу приправить правду оптимальной корректировкой. — Означает использовать крайнее, но бесполезное средство для разрешения безвыходной катастрофичной ситуации.
— Хм… — Тшель задумался, затем согласно кивнул. — Да, весьма точное выражение, сэр.
И это вы еще не сталкивались с автоматом Калашникова, вот бы узнали что такое точность.
— Сэр, в действиях противника не наблюдается логики, — признал Тшель. — Мы знаем, что в прошлом они расставляли куда как более эффективные ловушки. И даже прошлая была куда как лучше чем все то, с чем мы столкнулись сейчас. На что они надеются? Что мы бросимся в погоню за несколькими пикетными крейсерами, зайдем в зону гравитационного притяжения Нимма и они смогут нас зажать между планетой и прибывшим подкреплением?
— Неплохо, капитан, — одобрил я. — Весьма недурно проработанный план. И он мог бы иметь хорошую перспективу реализации. Если б не один важный момент.
— Понимаю, сэр. Это весьма распространенная тактика, можно сказать, что классика. И она легко просчитывается.
— Верно, — согласился я. — Однако, сейчас дело в другом. Противник имеет на планете наблюдательную станцию, направленную на наш коридор вторжения. Благодаря улучшенным системам наблюдения они запросто могут наблюдать за передвижениями наших кораблей.
— И именно по этой причине вы решили атаковать, используя только силы соединения «Химера», — нахмурился Тшель. — Чтобы неприятель не мог просчитать как много кораблей мы перебросили на наш или с нашего участка фронта. Как только мы захватим Нимм, то сможем безошибочно ввести в этот коридор значительные силы, расширить зону прорыва и углубиться в территорию Корпоративного Сектора.
— Верно, — согласился я. — На большинстве других направлениях прорыва, неприятель перешел к тактике сдерживания, блокируя наше продвижение. Не потому, что мы слабы. А потому что мы не давим там всеми силами, какие у нас имеются. Это позволило неприятелю, учитывая нахождение здесь «Химеры» и почерк сражения, сосредоточить в этом коридоре значительные силы. Предполагая, что как только мы захватим Нимм, то введем сюда наиболее крупные соединения. И тут-то они смогут нас уничтожить.
— Попытаться-то они могут, — хмыкнул Тшель. — Но им нас не остановить.
— Не позволяйте вашим достижениям вскружить вам голову, капитан, — посоветовал я менторским тоном. К сожалению, этот урок следует повторять довольно часто.
— Да, сэр, простите, — потупил взор Тшель. — Этого более не повторится.
Ох, как часто я слышал эти слова, чтобы поверить в подобное.
— Что вы знаете о планете Нимм, капитан? — спросил я.
Тшель с недоверием посмотрел на планету, вид на которую открывался прямиком сквозь главный иллюминатор.
— Пустынный мир, — пожал плечами он. — Практически мертвый, минимум полезных ископаемых, редкоземельных металлов и соединений нет. Станция наблюдения имеется, и значительные силы прикрытия. Корпораты давным-давно ее прибрали к рукам и удерживают. Судя по всему раньше это был пост наблюдения за гиперпространственной магистралью, а теперь они отсюда просматривают свои границы.