Илья Майский – Цаара: Сердце Льда (страница 2)

В середине 2050-х в Южной Америке взорвался химическийконцерн: ну недоглядели и недоглядели, и что с того… Так-то оно, приятель, так…Только вот если на том концерне не разрабатывали вакцину от вируса туберкулеза,которая при взрыве мутировала в напасть с легкостью распространения гриппа иинкубационным периодом, как у некогда наводившего на мир ужас СПИДа. Выбравшисьиз родных джунглей Аргентины, этот вирус начал сбор своей кровавой дани: ниодна страна старой Земли, ни один город не смогли спастись от этого жнеца. Онпросто смеялся над людьми с их антибиотиками и лекарствами – они были абсолютнобесполезны против него.

Никто не понимал, как его остановить, поэтому постепенносотни превратились в тысячи, тысячи – в миллионы, а те, в свою очередь, – в сотнимиллионов трупов. Целые города того времени, даже гиганты вроде Лос-Анджелеса,Детройта, Нью-Йорка, Берлина, Лондона, Глазго, Бристоля, Москвы,Санкт-Петербурга, Шанхая, Пекина, Токио и сотен других были завалены мертвыми иеще едва живыми людьми, бродящими по улицам и заживо гниющими, без помощи –некому было помогать…

Но спустя два десятка лет этот вирус вдруг исчез, словнодля него создали лекарство. Но многие люди, особенно из старшего поколения,верили, что это была кара за века мрака и грязи человечества. Ученые жеговорят, что у этого вируса был срок жизни 20 лет, а себе подобных он крайнеплохо производил. Версий может быть много, но суть одна – более двух миллиардовчеловек ушли вместе с этим вирусом пить чай с праотцами. А ведь ничто так необъединяет, как Мор, убивающий все живое, и с каких пор такому вирусу неначхать на погоны да нашивки, верно? И даже остатки человечества могли достичьмногого, когда поняли, что единственный шанс идти вперед – пойти вместе.

Когда-то один мудрец сказал: «Золотой век человечестванаступит, когда человек, глядя на своего сородича, увидит в нем себя, и когдавместо «Я» и «Они» люди скажут: «Мы»». История не сохранила имени этогомудреца, но факт в том, что он был прав… Объединив свои усилия, люди послевируса достигли того, что казалось невозможным еще каких-то 100 лет назад, аоткрытие в 80-х годах 21-го века «Принципа искривлений струн Кеплера» позволилочеловеку продвинуться дальше, чем за последние тысячи лет вместе взятых. Аресурсы, найденные как в родной Солнечной Системе, так и в сотнях другихзвездных систем, принесли Земле фантастические богатства – на родине человеканачался настоящий расцвет промышленности, искусства… И в середине 23-гостолетия человечество воистину проживало свой Золотой век, свой расцвет…

Поглядывая по сторонам, Стефи начала понемногу дремать,предыдущая бессонная ночь в компании приятелей давала о себе знать, все-таки,не каждый день получаешь степень магистра. А кто говорил, что будущее светилонауки будет отмечать один вечер? Хороший вопрос… Несмотря на дремоту, мыслиуходить даже не думали, все-таки, когда человек проваливается в мир снов, длянего это отличная возможность в несусветном бардаке мозга навести хоть какойпорядок. Несмотря на амбиции девушки, не все ее окружение легко принялоэкспедицию на границах Федерации, во всяком случае, мама с папой были сразупротив, словно чувствовали, что ничего хорошего у Стефи в космосе не будет.Постаравшись отбросить мысли, она пыталась устроиться поудобнее, но вот уголоса автопилота на этот счет были идеи куда получше:

- Мисс Блейк, мы прибыли в точку назначения: космопортБостона «Алан Шепард». Приятного вам дня! – отбросив остатки сна и взяв сумку,на ватных от неудобной позы ногах Стефи вышла из такси. Огромное, метров под50, здание космопорта поражало воображение: бесчисленные терминалы, залы ожидания,бары, кафе… Буквально город в городе.

Перед аркой главного входа высился монумент,представляющий собой жмущих и улыбающихся друг другу Юрия Гагарина и НилаАрмстронга – первый стал человеком, впервые полетевшим в космос, а второй –первым человеком, ступившим на безжизненный, но богатый минералами грунт Луны.Накинув рюкзак, Стефи не сразу заметила, как браслет ее часов завибрировал:«Поступил видео-вызов» - высвечивалось на циферблате.

- Блейк, чтоб тебя, где тебяносит?!! – на голограмме было лицо женщины средних лет с длинными рыжимиволосами и яркими голубыми глазами. Не сразу поняв, кто перед ней, девушка чутьли не вскрикнула, но вовремя сдержалась.

- Простите, док. Я сейчас…

- Давай быстрее. Терминалтри, я жду… - видно, собеседница была занята чем-то другим, что даже не сталаотчитывать свою ассистентку за медлительность. Доктор Кендра Оуген, котораятолько что разговаривала со Стефи, была по-настоящему матерым ученым, светиломнауки, как бы пафосно это ни звучало. Но она по праву заслужила это звание: заболее чем три десятка лет своей карьеры Оуген побывала в сотнях миров, изучаяих чудеса. А за пределами старушки Земли было на что поглядеть: на Элизиуме, например,Кендра работала с растениями, обладающими биорегенеративными свойствами, изкоторых потом удалось синтезировать лекарство, без которого теперь ни однааптечка не обходится – генетический биорегенератор, или его модификации«Ренерган α».

Прибавив шагу, девушка прошла к терминалу, стараясь необращать внимания на толпу народа. Но вот у охраны были другие взгляды нанесущуюся во всю прыть пассажирку. Думаете, терминал посадки шаттлов кораблейИсследовательского Флота будет в общем доступе? Ха-ха, хорошая шутка… Ещескажи, что на борту военных кораблей выдают первоклассный виски с горнойШотландии, а, и, наверное, со стейками?

- Мисс, это закрытый сектор,ваши документы, - гремя тяжелыми армейскими ботинками, к девушке подошелполицейский: этот сектор использовали часто для грузоперевозок, и, поверьте,там далеко не мебель или электроника… А вот оружие, лекарства, недоступные ваптеке, взрывчатка… Эт можно, эт сколько сердцу угодно, фанат Дикого Запада тынаш…

- Стефани Блейк, ассистентдоктора Оуген… - протянула карточку девушка, отдышавшись от долгого бега.

- Что вы тут забыли? Лучшеидите подобру-поздорову…

- Сэр, но я… - положив руку накобуру, коп подошел к «нарушительнице»:

- Последний раз говорю –катись отсюда…

- Успокойтесь, сэр… Она сомной. Кендра Оуген, «Бранденбург»… На звук возни сзади появилась тот самыйдоктор, с которым недавно разговаривала бывшая студентка из Бостона, все ещестоявшая в замешательстве.

- Мисс Оуген, это закрытаятерритория, я обязан…

- Пропустить мою ассистентку.Все документы в порядке, лейтенант… - несколько секунд полицейский стоял взамешательстве, но, проверив документы Стефи, откозырял и пошел своей дорогой.Все еще стоя в шоке, девушка не могла и слова сказать – не каждый день стоишьпод дулом пистолета.

- Ну? Мы с тобой будем тутдень стоять?

- А? Простите, уже иду, мэм,- кивнула ученая, посеменив за своим лидером.

Транспортный шаттл уже ожидал в зоне посадки: небольшой,рассчитанный на 20 человек, с вертикальными взлетом-посадкой… Идеальный вариантдля корабля среднего размера, каким и являлся пришвартованный на луннойорбитальной базе «Бранденбург». От лицезрения сотен грузовых и пассажирскихкораблей, ожидающих или отправляющихся в мрачные пустоты Млечного Пути, Стефиотвлек шум упавшего контейнера, из которого выпало два автомата сэлектромагнитным ускорителем заряда…

А снаряга-то военного образца, не на гражданском рынкекуплена… Будучи еще совсем молодой девушкой, можно сказать, ребенком по меркамастроволков Федерации, Стефани никак не могла избавиться от навязчивой мысли:зачем научному судну снаряжение, как на заправском военном корабле? В такиемоменты у практически любого человека язык чешется, оно-то и понятно, чего б непоговорить? Главное, правильно выбирать собеседника… И доктор Оуген, как иполтора десятка незнакомых человек на борту челнока, слабо подходили на эту«должность», если так можно сказать. Стараясь подуспокоить рой мыслей, девушкапросто задумчиво смотрела в иллюминатор.

- Все на борту, какпогрузка? – на браслете «часов» Кендры была включена голограмма видеозвонка,качеством куда лучше стареньких часов юной мисс Блейк. Видно, кто-то не противбыл разжиться элитной техникой класса «Solar ElectroniX», о чем недвусмысленно говорил логотип на браслете.

- Загрузка тяжелогоснаряжения не окончена, еще три ящика…

- Поняла. Как только будетготово, доложите, отбой, - и голограмма пропала за несколько секунд. Стараясьне думать о том, что будет на борту челнока, Стефи решила попробоватьпереключиться на кого-нибудь, кто был рядом: пытаясь справиться с застежкойфиксирующего ремня, пыхтела девушка-ровесница выпускницы Бостона, убирая времяот времени так и норовившие попасть на лицо длинные рыжие волосы.

- Гляди, тут клипса, нажмина кнопку и вставь штекер, - увидев ладонь Стефи, девушка кивнула и постараласьзастегнуть ремень, что у нее с третьего раза получилось.

- Фух, спасибо… - голосрыжули был слишком нервным, чтобы списать всю историю на мандраж перед первымполетом. Понимая ситуацию, биолог протянула руку:

- Я Стефи, биолог. Дай пять,- слегка улыбнувшись, рыжеволосая пожала руку:

- Привет… Рейчел,журналистка…

- Слушай, ты на изменесловно синту везешь, че стряслось? – все заняты своими видкорами, никто особоне обратит внимания на «молодняк»… Так почему этому «молодняку» и неперекинуться словом-другим? Ну, если турбину близкого полета можно перекричать– девочки, вы не думали работать на стадионе, дикторами?