Илья Мамаев-Найлз – Год порно (страница 10)
Ну привет, сказала она.
Марк кивнул.
Корзинами ты не пользуешься?
Я не думал, что столько возьму.
Леся рассмеялась.
Помочь?
Ага, надо взять туалетную бумагу.
Прекрасно.
Леся приехала повидаться с родителями пару дней назад и завтра уже собиралась обратно. Расплатившись, они вышли на улицу, и Марк достал сигарету.
Давай, может, куда-нибудь отойдем?
До сих пор боишься, что тебя кто-то спалит?
Это Йошкар-Ола, тут невозможно что-тоскрыть.
Они покурили под мостом, поднялись наверх, перешли реку. Они много говорили, смеялись, замолкали, только чтобы перевести дыхание.
Вот тут я живу, сказал Марк, показывая на окна своего балкона. Могу сделать тебе кофе, если хочешь.
Так ты теперь завлекаешь к себе девушек?
В квартире было слишком тихо и тесно. Марк с Лесей никак не могли разойтись в дверном проеме, когда по очереди пошли мыть руки в ванную, и на кухне в узком проходе между холодильником и столом. Они кидали сумбурные фразы, коротко и слишком громко смеялись, потом чаще и дольше молчали. Марк немного успокоился, пока молол кофе и готовил его в воронке, абстрагировавшись от реальности за спиной. Когда Марк развернулся, Леся смотрела в окно — оно выходило на закрытый балкон, который, в свою очередь, выходил на голые деревья, непримечательную дорогу и дома.
Кофе, сказал Марк.
А, спасибо.
Кстати, я теперь перевожу порно.
Я слышала.
Да?
А я снимаюсь в танцевальных роликах для соцсетей одной женщины-сексолога.
Чего?
Леся нашла видео и включила Марку. Рекламный ролик под попсовый мотив, где пелось про
Не так плохо, как могло быть.
Да-да, сказала она.
Но ты продолжаешь выступать?
Да. Редко, но бывает, да.
Забавно.
Что?
Я мечтал переводить литературу, а перевожу порно. Ты мечтала танцевать в театре, а танцуешь в роликах для секс-блогеров.
Два лузера.
Ага.
Не очень-то это забавно. Прости.
Леся ответила на звонок. Видимо, ее парень. Она ушла в другую комнату, откуда все равно все было слышно. Он хотел знать, где она и с кем. Леся ему врала. Пассивная агрессия в ее голосе накалялась и накалялась, и наконец Леся закричала.
Да не трахаюсь я тут ни с кем, успокойся!
Марк представлял, как берет Лесю. Прямо сейчас, не дожидаясь, пока она договорит со своим парнем. Как валит ее на диван и целует в шею под воротником. Выправляет блузку из штанов и пробирается ладонями к ее телу. Ощущает ее кожу на подушечках своих пальцев. Сжимает и отпускает грудь. Он был готов отдать что угодно, чтобы это случилось. Сейчас ему было не до ее отношений, не до того, что произошло с ней тогда на стройке и зафакапило ее сексуальную жизнь. Марк зарезал бы всех бабушек в подъезде, если бы это превратило его фантазию в реальность. Его останавливало только одно: он боялся, что с Лесей у него тоже не получится. И тогда непонятно, как вообще дальше жить.
Прости, сказала Леся.
Все норм?
Да. Нет. Не знаю. У нас сейчас не лучший период.
А что…
Покурим?
Марк захватил сигареты с зажигалкой и провел Лесю на балкон. Войдя в прохладу, он вдруг заметил, что вспотел, и пропустил Лесю вперед, чтобы вытереть лицо о футболку.
Кто это тут у нас, сказала Леся, встав напротив портрета авторства Генри.
Сожительница. Мы часто курим вместе.
Мне стоит ревновать?
Определенно.
Определенно, повторила она. Марк такой Марк.
Они облокотились на подоконник, и их предплечья прижались друг к другу. Ни Марк, ни Леся никак это не комментировали и просто стояли молча. Из проезжавших машин гремели басы и третьесортный русский рэп. Незаметно стемнело. Леся слегка шевельнула рукой, и ее кисть коснулась кисти Марка. Вдруг вспыхнули уличные фонари. Марк улыбнулся. Он не повернул голову, но знал, что Леся тоже сейчас улыбалась.
Докурив, они еще ненадолго задержались. Просто стояли, немного высунувшись из окна. Ветер был нежным и теплым. Было слышно, как жужжат фонари.
Мне пора, сказала Леся.
Марка окутала слабость, и он оперся на проем, пока Леся надевала обувь и куртку. Ему казалось, будто это последние секунды сна, когда уже слышишь звон будильника, но еще не понимаешь, что это такое.
Что? — спросила Леся, одевшись.
Они смотрели прямиком друг в друга.
Я не знаю, можно ли тебя поцеловать.
Она подошла к нему, и Марк почувствовал мягкое давление ее губ. Он вытянул руки, скрестил их за спиной Леси и прижал ее к себе. По телу гуляли волны притяжения, миллионы покалывающих шариков в груди, на спине и на поясе.
Музыка, сказала Леся.
Да.
И вот она ушла. Марк очутился в своей квартире совсем один. Он не мог найти себе места — его стало слишком мало и в то же время страшно много. И все напоминало о Лесе: табуретка, которую Леся подвинула к холодильнику, когда вставала, чашка, которую она подносила ко рту. Леся даже приложила ладонь к пыльной полке рабочего стола, и теперь там остался ее отпечаток. Марк замечал ее следы повсюду, и они сводили его с ума.
Тогда-то и написал Женя. Марк тут же согласился к нему приехать. Обулся, накинул куртку и выбежал из квартиры, чуть не забыв ее запереть. Спустился по ступенькам, махнул рукой, чтобы его заметил датчик движения, — загорелся тусклый свет, и Марк вдруг замер. На двери появилась красная надпись «хх».
Марк прикрыл рукой рот и, только выйдя на улицу, расхохотался.
Женя все-таки показал Марку, над чем работал несколько месяцев, хотя проект до сих пор не был готов. Кровать и шкаф располагались по углам и сливались со стенами. Компьютерный стол с протертым креслом на колесиках занимали центральное место в комнате. К компьютеру с двух сторон тянулись провода, на процессоре и мониторе мигали разноцветные огоньки. Женя поставил Марку стул и открыл папку с работами.
Женя выглядел не так плохо, как Марк себе представлял. Да, пары зубов не хватало, но он подстригся, и довольно удачно. Он вел себя нормально, воспринимал речь Марка, связно отвечал. Короче, кажется, у него просто не задалось утро. Ну и да, он был под чем-то. Или отходил.
Его работы, скорее, отражали состояние, в котором он находился, когда напал на окно кофейни. Если вообще отражали что-нибудь. Серия анимированных роликов по пять-семь секунд. Трудно сказать, что в них происходило. Самой понятной была анимация с бюстом женщины в золотой пещере, которому прилетает в лицо пакет. Женя подтвердил, что хотел показать, как
Ну че как?