Илья Гусаров – Трамвай судьбы моей (страница 6)

— Что это он сюда пришёл? Тоже мне — учиться. Мы вот раньше учились! А сейчас что?

— Да. А сейчас что? — подхватила вторая.

— Посадили их за вагон, показали, куда нажимать, — и готово, водители!

— Да, ишь, водители! — как попугай, повторила вторая.

— Не водитель ты, а...

— Кто? Кто? — с нетерпением спросила вторая.

— А медведь из цирка, катающийся на велосипеде!

— Да, точно. Медведь из цирка!

Моя голова опустилась, взгляд упал в пол, на душе заскребли кошки. Стало неприятно и обидно от предвзятого гнёта будущих коллег. Непонятно, что я им такого сделал, что они словно с цепи сорвались. Михалыч посмотрел на меня, потом на них, глубоко вздохнул и произнёс:

— Пошли, Влад, отсюда.

Когда мы вышли, он продолжил:

— Не обращай на них внимания.

— Анатолий Михайлович, я не понимаю, что я им сделал?

Он спокойно, с выдержкой, свойственной мудрым людям, ответил:

— Дело не в тебе. У нас такой коллектив. Как Булгаков писал: «Злых людей нет на свете, есть только люди несчастливые». Просто прими это и не бери в голову их порывы гнева. Да и ещё кое-что: основу нашего коллектива формируют женщины, а они народ эмоциональный, в силу особенностей организма... Ну, ты меня понял.

— Да, понял.

На самом деле я не знал, какой народ женщины. Я никогда не работал в женских коллективах, и эти дамочки стали моими первыми коллегами женского пола. Я воспользовался советом Михалыча и не стал зацикливаться на этой неприятной ситуации. Где-то я читал про мысленную жвачку: если постоянно думать о неприятном происшествии, оно станет проблемой, которую ты будешь бесконечно пережёвывать. Такие ситуации нужно просто отпускать. Что я и сделал.

Михалыч был мужчиной предпенсионного возраста, слегка полноватым, с лёгкой залысиной. Спокойный, рассудительный, добрый. Работал он действующим водителем и по совместительству вторым инструктором в депо. Нашей группе он нравился больше, чем первый инструктор — тот самый, с постоянным запахом пота и фальшивой манерой общения.

Мы сели в вагон и поехали дальше, словно экспедиционная группа, отправившаяся на поиски давно потерянной цивилизации. Навстречу попадались другие вагоны, водители которых с улыбкой махали нам рукой. Среди них я надеялся увидеть того самого лисёнка в больших очках.

— Вот этот участок — скоростной. Тут можно разогнать вагон и нагнать время, если опаздываешь. Но учти: рельсы везде старые, и если слетишь с них, получишь по самые помидоры. Так что не злоупотребляй.

Впереди показалось большое скопление людей. Михалыч предупредил:

— Здесь всегда много народу. Будь максимально аккуратным и бдительным.

Будто накаркав, его слова материализовались: под вагон один за другим начали бросаться спешащие люди, пытаясь перебежать перед носом трамвая. Дальше — экстренное торможение. Сильный удар электромагнитного рельсового тормоза по рельсам, звонок, подача песка — и мой первый седой волос.

Я был в ужасе. Не ожидал, что люди настолько халатно относятся к своим жизням. «Разве можно так? Одна запоздалая реакция с моей стороны — и вместо человека мёртвое тело. И это если повезёт. А если нет — размазанная лепёшка на головке рельса».

Уверенность снова покинула меня, развеяв дурман, питавший надежды, что работа эта простая. Теперь-то я понимал: очень даже непростая.

Мы заехали в депо. Михалыч позвонил диспетчеру, чтобы уточнить, на какой путь ставить вагон. Он объяснил, что пути в депо, на которые расставляют вагоны, называются веером, а сама расстановка зависит от времени выезда трамвая. Поскольку трамвай не может обогнать впереди идущий вагон, они должны строго циркулировать, выдерживая расписание и не мешая друг другу. Поэтому вагоны обязаны выезжать из депо по установленному времени, согласно расстановке, которую определяет диспетчер. И поэтому при заезде в депо я должен обязательно звонить и уточнять, куда ставить вагон.

Диспетчер велела поставить вагон на третий путь. Мы поставили, отключили его и пошли проходить послерейсовый медосмотр. На этом рабочий день закончился.

Так мы и ползали по улицам города на протяжении нескольких месяцев, изучая маршруты, их особенности и тонкости трамвайного искусства. Каждый день я надеялся увидеть ту самую девочку в очках с изумрудными глазами по имени Юля. При виде неё по телу пробегали мурашки, перехватывало дыхание, учащалось сердцебиение. Я понимал, что означают эти симптомы и как называется эта болезнь, но боялся себе в этом признаться.

***

Наступили дни стажировки пассажирской езды. Меня закрепили за водителем по имени Юрий. Ему было лет шестьдесят, он обладал весьма запоминающимися усами. К моему удивлению, он был человеком известным в городе, по крайней мере среди пассажиров трамвая.

Ничего примечательного и необычного на этой стажировке не было, не считая того, что я пару раз по неопытности прищемил дверьми пассажира, чуть не подрался с недовольными мужиками, возмущёнными требованием оплатить проезд. Короче говоря, ничего нового не было, кроме пассажиров и графика, по которому нужно было гнать трамвай от остановки к остановке.

Уже скоро моя стажировка закончится, и я приступлю к самостоятельной работе. Я старался об этом не думать. Что будет, то будет! Сейчас я просто хотел отдохнуть.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.