Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга одиннадцатая (страница 34)

Тэннодзу блокировал мощные удары и бил в ответ. Остальные атаки глава Тэнно игнорировал. Его толстая броня в три пальца толщиной гасила удары, позволяя Тэннодзу наступать. Волк шел назад спиной. Он не применял Волю Тела, поэтому Тэннодзу понемногу продавливал его. Но не в этом была главная проблема: остатки нагинаты не могли продержаться долго.

Основному ученику клана Юн выдали далеко не лучшее оружие – Ливий был никем. А вот катану Тэннодзу сковал искусный кузнец. Рано или поздно «посох» должен был сломаться.

«Оружие для защиты, а не для нападения», – всплыли в голове Ливия его собственные слова.

Посох вновь столкнулся с катаной. В этот раз все было иначе: плавное движение увлекло за собой клинок, заставляя Тэннодзу раскрыться. Стиль Бай-то работал с оружием куда хуже, чем в рукопашном бою, но все же работал.

Тэннодзу понял, что дело плохо. Воля Меча стала особенно острой, а тело вышло на пик силы, усилившись мощью Юпитера. С невероятной скоростью Тэннодзу смог поднять катану и вновь ударить, разрубая посох надвое.

Из груди Ливия хлынула кровь. Катана разрубила посох, наполненный ярью, нагрудник, выданный кланом Юн, и тело, что прочнее стали. Если бы на месте Ливия был идущий Востока, он точно распрощался бы с жизнью.

Не прошел и один стук сердца, как глава клана Тэнно получил удар по голове. Разрубленный пополам посох не развалился. Две длинные половины скрепила между собой ярь, и бывшая нагината превратилась в боевой цеп.

Для удара Тэннодзу собрал ярь в клинке. Именно поэтому его голова осталась почти не защищенной. Конечно, ее прикрывал шлем, но мощный удар Ливия заставил Тэннодзу на пару мгновений «выпасть» из реальности.

Вторая атака тоже пришлась по голове. Тэннодзу рухнул на землю, и тогда Ливий ударил в третий раз – снова по голове.

– Жив еще.

Рука с катаной поднялась и замерла. Тэннодзу умер, но не выпустил оружие.

– Позаимствую, – сказал Ливий, забирая оружие покойника.

«Надо поторопиться. Он был силен. Если бы атака не сработала, пришлось бы перейти на кулаки», – подумал Волк. Свое обещание он этим бы не нарушил, ведь посох сломали.

Теперь оставалось найти Сороку у Речки. Куда именно бежать, Ливий не знал, поэтому просто выдвинулся вперед.

За углом длинного коридора Волк столкнулся с самураем, но вовремя замер, не успев ударить катаной.

– Хироюки?

– Волк?

Кровь заливала лицо самурая, поэтому Ливий не узнал его сразу. При этом каких-то серьезных видимых ран у Хироюки не было, зато поверхностных – не меньше десятка.

– Пришлось постараться, чтобы выйти из боя. Нам туда.

Дела у клана Тэнно шли плохо. Их лидер, Тэннодзу, не появился. А вот патриарх Си и матриарх Юн вступили в бой. Поражение клана Тэнно было лишь делом времени.

«Нужно отыскать Сороку до того, как он сбежит», – подумал Ливий. Вместе с Хироюки он вбежал на подземный этаж поместья, где прятались слуги. В самом конце этажа виднелась массивная дубовая дверь – туда и вел Ливия самурай.

– Если он где и прячется, то только там, – сказал Хироюки. – Я обыскал весь особняк. В ту дверь мог заходить только Тэннодзу, больше никто.

– Кстати, я его убил.

– Я уже ничему не удивляюсь, – спокойно ответил Хироюки.

Дверь на удивление легко поддалась. Шагнув внутрь, Ливий увидел его – Сороку у Речки.

На вид это был суховатого вида мужчина слегка за сорок. Волосы неаккуратно торчали во все стороны, за козлиной бородкой не ухаживали годами, щеки немного впали, а нос сильно выделялся на фоне общей худобы. Казалось, что человек недоедает, можно было бы подумать, что его здесь держат насильно, но стоило Ливию посмотреть Сороке в глаза, как пропали любые сомнения.

Человек был одержим. Кузнецы с такими глазами неделями не выходят из кузниц, стуча молотом до изнеможения, коллекционеры готовы отдать любые деньги за новый раритет, даже если придется продать жену и дочь, а распробовавшие вкус крови идущие больше не могут жить без убийств. Сорока у Речки был таким же. Глаза дополняла усмешка уверенного в себе человека. Пусть Ливий и Хироюки испортили Сороке план, казалось, что это как раз они попали в его сети.

Вскоре стало ясно почему.

Стена с дверью была сплошь облеплена бумажными талисманами. Их нельзя было разглядеть со входа, поэтому, когда Ливий и Хироюки шагнули в комнату, они оказались в ловушке.

– Этого мало! – прокричал Сорока. Красный свет от талисманов окутал Ливия и Хироюки. Самурай замер.

«Иллюзия. Довольно сильная», – подумал Ливий, чувствуя, что его разум пытается расшатать внешняя сила. Иллюзия была даже сильнее чар женщины-лисицы. Увы, на Волке она не сработала – Воля Пустоты очистила разум, и Ливий шагнул вперед.

– Заканчивай с этим, – сказал он Сороке, схватив того за горло. – Разговор есть.

С кланом Тэнно было покончено. Юн и Си вторглись в поместье, но не встретили никакого сопротивления внутри. Зато нашли тело Тэннодзу – главного виновника войны.

– Нагината клана Юн, – удивленно сказала матриарх, глядя на разбросанное по кускам оружие.

– Но Тэннодзу убили тупым оружием. Вы так не деретесь, – сказал патриарх Си.

– Слишком варварски, – согласилась матриарх Юн.

Еще до того, как силы Юн и Си попали в особняк, здание покинули трое – Ливий, Хироюки и Сорока у Речки.

Стоило поговорить, и база клана Тэнно совсем для этого не подходила. У Сороки был заготовлен черный ход, через который получилось выбраться незамеченными.

– И что вам от меня надо?

Сороку совсем не волновало то, что его схватили. Но он то и дело поглядывал на Ливия, которому удалось противостоять иллюзорному барьеру.

В этом не было ничего удивительно: иллюзия была настолько мощной, что моментально остановила Хироюки. А ведь этот самурай слабаком не был. Мало того, Хироюки владел Волей Концентрации. Даже не применив ее, самурай умел сохранять свой рассудок в целостности.

Ливий не просто проигнорировал барьер. Он даже не запнулся – и это если не пугало, то напрягало Сороку.

– Твои умения, – сказал Хироюки.

– Неужели сопротивление? – усмехнулся Сорока.

На лице самурая могло бы проступить удивление, но ничего не произошло. Хироюки будто бы знал, что Сорока догадается.

– Именно. Мы хотим убить Императора, – прямо заявил самурай.

«Вот так открыто?», – удивился Ливий. Хироюки ничего не скрывал, и это дало свои плоды.

– Ха, а ты умеешь интриговать! Самурай, который говорит об убийстве Императора так нагло. Мои умения? Допустим. Неужели я похож на сумасшедшего, кроме как своей прической, а?

– Немного похож, – вновь открыто заявил Хироюки. – Дело стоит того. У нас есть поддержка и план. Да и разве ты не знаешь, кто сейчас отвечает за охрану дворца?

Хорошо информированный Сорока не знал.

– И кто же?

– Мудрец Бескрайнего Моря.

«Тот самый, который обозвал Сороку сорокой?», – удивился Ливий. Хироюки знал, на что давить.

– Думаешь, я так сильно хочу поквитаться с ним? Заманчивое предложение, но нет! Хотя… Эй, ты! Второй! Как ты смог проигнорировать мой Барьер Змея Бесконечности?

Ливий в ответ пожал плечами, а Хироюки, видя интерес Сороки, сказал:

– Ну, если он смог противостоять чарам Эцуко, то нет ничего удивительного.

– Мой барьер сильнее, чем колдовство этой лисицы! – вспылил Сорока. – Хорошо, я заинтересован! Но я не стану ввязываться в это дело, пока не увижу план. С поддержкой и так все понятно.

– Почему?

– Сегун, кто еще, – хмыкнул Сорока. Хироюки посмотрел на Ливия, и Волк лишь улыбнулся. Если он догадался, то уж местный мудрец – и подавно.

«Интересно, куда дальше? Неужели к Сегуну?», – думал Ливий, глядя на то, как Сорока смешно оглядывается по сторонам. Мужчина бросал взгляды на деревья и небо – не так давно рассвело, и несложно было понять, что Сорока собирает какую-то информацию.

– Мне надо поесть! Недалеко есть хороший постоялый двор! – внезапно заявил он.

Ливий и Хироюки переглянулись. Им не хотелось светиться лишний раз, но другого выбора не было.

Постоялый двор и правда стоял не так уж далеко – всего в пяти километрах. Место было удачным: владелец построил постоялый двор в небольшом поселке прямо у дороги, да так, что и до речного порта было рукой подать.

Сорока выбрал столик в углу.