Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга десятая (страница 25)

— Восток?

— Да, Ливий. Феликс отправился на Восток тридцать лет назад. Найди его. Вряд ли он вернулся в Централ — я бы узнал. Но Феликс мог уехать куда-то еще.

— Задача…

Мудрейший вытряхнул из трубки остатки перегоревшего табака и принялся забивать ее заново.

— Приложи достаточно усилий. Пока отправляйся в Сильнар.

Все, что оставалось Ливию — так это поклониться своему мастеру.

— Спасибо вам за все.

— Не помри быстро, — слегка махнул трубкой Мудрейший. — Мой тебе подарок в дорогу.

Подбежал деревянный матрос. За время, проведенное на «Мотыльке», Ливий успел заметить, что куклы-матросы почти одинаковые. Но есть несколько, которых Мудрейший бережет. Этот матрос был из таких, особенных, а выделял его «шрам» на спине.

— Держи, — сказал Мудрейший, протягивая Ливию принесенный подарок.

Мастер Са подарил большую заколку на одежду. Украшение отдавало бронзовой краснотой, Ливий взял его и покрутил, пытаясь понять, что это вообще такое.

Заколка была плоским изображением корабля в овальном обрамлении. Мудрейшему хотелось подарить что-то памятное, напоминающее о «Мотыльке» и о нем самом. Но Ливий был уверен: заколка не может быть обычной.

— Для нее нужен плащ. С капюшоном. Подойдет любой, главное, чтобы дыр лишних не было, — сказал Мудрейший, протягивая еще и плащ.

Плащ был самым обычным, кожаным. Ливий надел его и застегнул украшением Мудрейшего. Ничего не произошло, но мастер Са указал на капюшон. И стоило Ливию накинуть его, как все разом изменилось.

Зрение резко улучшилось, будто Волк смотрел в подзорную трубу. И не только это: опустив взгляд вниз, Ливий понял, что кожа плаща меняет цвет и сливается с окружающим пространством.

— Напоминает маскировочные пластины. Вроде тех, что были у наемников, которые пришли за мной.

— Использовал их, — кивнул Мудрейший.

— А зрение…похоже на магомеханическую подзорную трубу.

— И ее тоже использовал.

— Спасибо, учитель!

Маскировочные пластины и подзорная труба. Все это Мудрейший втиснул в одну заколку размером с ладонь. Ливий даже не сомневался, что Сагранеф владеет магомеханикой, причем на отличном уровне.

— Это тоже держи. Пригодится.

Мудрейший швырнул Ливию ампулу с газом Вейго. Подумав, Волк сунул ее в рюкзак. Сначала Ливий хотел подцепить ампулу на пояс, но потом решил перестраховаться: вдруг от вражеской атаки ампула разбилась бы прямо у тела? Тогда она нанесла бы колоссальный урон, а враг с легкостью закончил бой.

— А теперь иди. Тебе пора.

Ливий вновь поклонился — уже в последний раз. Покидая «Мотылек», Волк не удержался от того, чтобы глянуть себе за спину. Капитан корабля курил трубку и смотрел ему вслед. Улыбнувшись, Ливий отправился на юг. Настало время наведаться в Сильнар.

— Дорога займет не больше недели. Быстро доберусь. А что там делать — гляну уже на месте. Надеюсь, не убьют, — хмыкнул Ливий, спокойно продвигаясь по горам.

Тульпийские горы стали Волку почти что родными. Но расслабляться в них не стоило. Ливий чувствовал, как в этих горах скапливается темный дух. Обычный человек ничего бы не понял, вот только темный дух постоянно влиял бы на него. По прикидкам Ливия в Тульпийских горах обычный человек мог спокойно пробыть не дольше трех месяцев.

Сильные идущие подсознательно ощущают избыток темного или светлого духа. И держатся от таких мест подальше. Есть и исключения, но большинство идущих Сильнара стараются обходить Тульпийские горы или проходить их как можно быстрее. А если и приходится торчать в горах, то делать это в предгорьях. И южнее настолько, насколько возможно.

Идущий на уровне Столпа может ничего не почувствовать. Мастер — уже другое дело. Ливий постоянно чувствовал угрозу от Тульпийских гор. И если возле Мудрейшего было безопасно, то вдали от «Мотылька» приходилось держать ухо востро.

«За мной приходил Златоглав. Не думаю, что они отстали бы просто так. Видимо, Мудрейший позаботился об этом. Дипломатично или не очень. Главное, что стоит уяснить — вокруг достаточно врагов, чтобы не попадаться людям на глаза лишний раз», — думал Ливий.

Идущие держались от Тульпийских гор подальше. Ливию это было на руку — он мог пересечь почти весь Централ с севера на юг.

Через Тульпийские горы проходят три перевала. Самый северный перевал, Блез, Ливий просто перепрыгнул. Так же он поступил и с перевалом Спокойный Фиф. Задержался Волк только у перевала Морозный Румар.

В окрестностях самого южного перевала жил старый знакомый Ливия — монах Боддамон.

— Ха-ха-ха! Я ждал тебя!

Вверх по тропе стоял он — монах в черно-желтых одеждах с большими красными бусами на шее. Боддамон широко улыбался. За то время, которое Ливий не видел монаха, тот совсем не изменился. Только пузо стало больше.

— Давно не виделись! — крикнул с улыбкой Ливий.

— Как думаешь, что ветер говорит? — спросил Боддамон.

Ливий прислушался к ветру.

— Пора выпить чаю.

— Это точно, ха-ха-ха! Поднимайся!

Фирменный «чай» Боддамон готовил по старому рецепту: специи, фрукты и, конечно же, несколько бутылок хорошего красного вина. Быстро вскипятив коктейль, монах разлил его половником по двух огромным железным кружкам.

— Как всегда вкусно, — улыбнулся Ливий, сделав большой глоток.

— Еще бы, ха-ха-ха! Это же мой фирменный чай! — рассмеялся монах.

В обществе Боддамона Ливию было хорошо и приятно. Притом монаха Волк знал всего ничего. Такого срока недостаточно, чтобы начать доверять, но Ливий помнил, как Боддамон охотно помог ему, не попросив ничего взамен. Кто для него был сильнарский мальчишка на уровне Зарницы? Великий Мастер даже не смотрит на таких слабых идущих. Обращает внимание он только тогда, когда слабый идущий — часть его семьи, клана или школы.

Или если слабый идущий — весьма непрост.

О Ливии Боддамону рассказал ветер. Тогда Волк не понимал того, как можно разговаривать с потоками ветра, но сейчас он отлично слышал слова, которые достигали ушей монаха. Ветер был словоохотливым собеседником.

— Тебе нарассказывают, — хмыкнул Ливий.

— Ха-ха-ха! Да, рассказали много! Научился слышать ветер, как я, Боддамон Шторм? Похвально, ха-ха-ха!

Ливий улыбнулся. Монах был искренне за него рад.

Кружка быстро опустела, но Боддамон не собирался отпускать гостя так просто. В котел полилось вино: монах готовил новый «чай».

— А ко мне чего зашел? — лукаво спросил Боддамон.

— Просто так, мимо проходил, — честно ответил Ливий, пожав плечами.

— Не раз ты мимо проходил.

Это было правдой. Если бы Ливий хотел заскочить к Боддамону раньше, то он бы это сделал. Но Волк пришел только сейчас. Во-первых, раньше он проходил мимо перевала Морозный Румар по делам, а сейчас нашлось время. Во-вторых, у Ливия был важный разговор к монаху.

— Были дела. И разговор есть.

— О чем же ты хочешь поговорить с этим скромным монахом? М? Ха-ха-ха!

— Я собираюсь отправиться на Восток.

Лицо вечно улыбчивого и веселого Боддамона резко изменилось. Теперь монах смотрел на Ливия серьезно — такого цепкого и грозного взгляда от Боддамона Волк не ожидал.

— Понимаю, — вздохнул монах и слегка улыбнулся. — Если тебе туда надо, то отправляйся, конечно. Но ты и сам знаешь: я, Вуу и Сы сбежали с Востока сюда, в Централ. Не от простой жизни мы это сделали.

— Расскажите, пожалуйста, — сказал Ливий. — Я хочу знать, с чем столкнусь.

— Другого я прогнал бы. А ты и правда уйдешь туда. Поэтому я расскажу тебе, что творится на Востоке. И почему мы сбежали оттуда, — сказал Боддамон, и ветер задул с утроенной силой.

Глава 11

Голубая Орхидея

Боддамон замер, прислушиваясь к ветру. Толстый монах не хотел ловить сплетни Централа — он пытался почувствовать ветер со своей далекой родины.

— Централ и Восток. Мы не говорим Восток. Если перевести на центральский, имя нашей родины звучит как «край истины». Сама же страна, которая занимает все острова Востока, называется Империя Красного Солнца. Восток закрыт. Там не приемлют знания с других мест. Четкий регламент, ха-ха-ха! Все исследования четко запланированы и ведутся под наблюдением императорских чиновников. Таков Восток.

— Но так легко отстать…