Илья Евтеев – Чужая Метрика (страница 3)

Она догнала Ника и повернулась к нему.

– Слушай, Ник… получается другая метрика, о которой ты говорил, это то что мы только что почувствовали?

Капитан остановился и обернулся к ней. Он посмотрел на небо, купол которого выгибался вверх, словно они стояли в центре огромной чаши.

– Да. Путь здесь другой. И это не оптическая иллюзия, не ошибка приборов. Это сама ткань пространства работает по другим правилам. Пока мы не знаем, какие именно числа в метрике этого мира. Мы только знаем, что она другая. Мы ещё даже не уверены, постоянна ли она – может, она вообще меняется во времени или зависит от направления взгляда. Нам известна лишь предварительная оценка числа пи этой Вселенной. В привычной геометрии длина окружности делится на диаметр и даёт π – примерно 3.14. Но здесь… по предварительной оценке нашего ИИ – оно равно 1 или около того. Вот смотри.

Он нарисовал на песке пальцем окружность, сорвал длинную травинку, охватил ею нарисованную фигуру и приложил к диаметру. Травинка полностью уложилась в диаметр.

– То есть, круги тут не совсем круги? – произнесла Майя, глядя на этот фокус.

– Что-то вроде того. Или, если угодно, круг здесь проще. – Ник усмехнулся. – Если бы мы не знали, что π должно быть 3.14, и выросли бы в этой Вселенной, мы бы учили в школе: «длина окружности равна диаметру».

– Мрак, – прошептала Майя.

– Мы в нелинейной реальности, – усмехнулся Алекс, указывая на датчик дистанции на руке. – Сдаётся мне, наша рулетка скоро сломается от шока.

Они осторожно двинулись вперед. Перед ними лежала лесостепь, с редкими низинами и холмами, покрытая кустарниками и травой. Майя прошла чуть вперед и услышала легкое жужжание над головой. Тут же сработал лазерный инсектицид и поверженное насекомое, вспыхнув, повалилось на землю. Майя присела на корточки и стала разглядывать обугленное тельце животного. Оно было размером с ладонь, крылья обгорели, продолговатая головка заканчивалась длинным хоботком

– Странно – произнесла она – похоже на комара, но у него восемь ног! Они почти полностью сгорели, но пересчитать можно. И огромный размер. Это летающее паукообразное?

– Посмотри какой длинный хоботок – сказал, глядя из-за спины Майи, Ник – видимо у здешней фауны очень толстая кожа.

– Неочевидно – качнула головой Майя, – он может питаться нектаром, но наши инсектициды на всякий случай сбивают всё летающее вокруг нас в радиусе двух метров.

– К черту гуманность, мы не можем рисковать и проверять на себе входим ли мы в их меню или нет – вмешался в разговор Алекс.

– Да, всё так – с грустью согласилась Майя – кровососущие на незнакомой планете могут нести смертельную опасность, но букашку все равно жалко. Про нее мы пока ничего не знаем.

Над ними опять раздался писк. Снова сверкнул лазер и пара таких же насекомых упала на землю.

– Судя по их интересу к нам нектар, которым они питаются – кровь млекопитающих – вынес вердикт Ник.

– Да, скорее всего – согласилась Майя и, немного подумав, добавила – а почему у нас на супероболчках установлены лазерные инсектициды, но пистолеты в кобурах обычные, пороховые, с патронами? Почему не бластеры?

– Бластеры – это выдумка фантастов, причем не самая удачная. – усмехнулся Ник. – Наибольшую плотность энергии получается сохранить в пороховом заряде, никакая батарея столько не запасет в таком же объеме. Поэтому эффективнее передать куску металла энергию взрыва, чем накачивать энергией луч лазера. Максимум на что будет хватать лазера на батарее – уничтожение насекомых. И самое главное, любой луч, даже лазерный это расходящийся конус. И это никак не устранить, это закон природы, дифракционная расходимость света. На большом расстоянии тонкий луч превратится в широкое пятно и в лучшем случае оставит небольшой ожог на человеке или животном.

– Но на корабле у нас довольно мощный лазер разве нет? – возразила Майя.

– Да, лазер на нашем корабле очень мощный, потому что подпитывается от кваркового генератора. А его за собой как батарею для бластера не потащишь – попытался пошутить Ник и добавил – но и для него дифракционную расходимость никто не отменял. Его энергия на больших расстояниях точно также распределится на широкое пятно, а не на маленькую точку.

– Значит, бластер мне не светит? – Майя чуть прищурилась, изобразив сожаление на лице.

– Разве что как лазерная указка, – улыбнулся Ник.

– Ну хоть так… Поставлю на полку рядом с мечом джедая.

Они двинулись дальше по этой странной планете, делая шаг за шагом, как будто в удивительном сне. Пространство будто жило своей жизнью – непредсказуемой, изогнутой, не подчиняющейся привычным законам. Каждый шаг становился открытием, каждое движение – вопросом. Планета не спешила раскрываться, но щедро награждала внимательных.

ГЛАВА 3. КРАТЧАЙШЕЕ РАССТОЯНИЕ

– Что-то тут не так, – пробормотал Алекс, сверяясь с компьютером на запястье. – Я поставил метку, прошёл по прямой от нее до того валуна и назад – датчик дистанции дает разные расстояния.

– Похоже, пространство асимметрично, – задумчиво произнёс Ник. – И думаю геодезические линии – кратчайшие пути – здесь не совпадают с тем, что мы называем прямой линией.

Майя огляделась. Вдали, в сотнях метрах, возвышалось дерево. Ствол гладкий, почти металлический, крона – геометрически точная полусфера, будто вычерченная циркулем.

– Проверим это экспериментально. Возьмём скутеры, выставим одинаковую скорость и пролетим от этой точки до дерева. Я полечу чуть в сторону от прямого курса. Алекс – строго по линии. Посмотрим, кто прибудет первым.

– Отлично. Вызываю скутеры, – сказал Алекс, открывая интерфейс на запястье.

Через секунду от бокового ангара корабля плавно отделились три антигравитационных скутера зависли в воздухе и бесшумно устремились к астронавтам, скользя как капли по невидимому стеклу.

Скутеры зависли в метре от поверхности. Алекс и Майя сели, настроили маршрут и запустили таймеры.

– На счёт три, – сказала Майя. – Один. Два. Три!

Скутеры сорвались с места и полетели по заданному маршруту.

Алекс летел строго по прямой к дереву. Майя ушла немного вправо, описывая лёгкую дугу, словно интуитивно стараясь обогнуть невидимую впадину в пространстве.

Спустя двадцать семь секунд её скутер коснулся земли у дерева. Алекс подлетел спустя ещё четыре секунды.

– У меня 31.5 секунды, – сказал он, недоумённо оглядываясь. – И я шёл прямо!

– А у меня – 27.3. – Майя улыбнулась, поправляя растрепавшиеся волосы. – Значит, кратчайшее время – не по прямой. Здесь «прямая» не значит «быстро».

– Потрясающе, – прошептал Алекс. – Это как в оптике: когда свет проходит через среду с переменным показателем преломления, он изгибается, чтобы потратить меньше времени.

Алекс сбросил таймер и пробормотал:

– А давайте-ка я полечу обратно. Посмотрим, сколько займёт дорога в другую сторону.

Он развернулся на своем скутере и взял точно тот же курс, что и до дерева. Время: 35.9 секунд.

– Туда – 31.5. Обратно – почти 36, – отрапортовал он. – Ну всё. Это точно: расстояние от A до B здесь не равно расстоянию от B до A. Не в этом пространстве.

– Пространство с несимметричной метрикой… – сказал Ник задумчиво. – значит ее матрица содержит недиагональные элементы. Нам придётся переучиться заново – что значит «путь», «направление» и «движение». Иначе мы просто не вернёмся обратно.

Он посмотрел в небо, где воздух, казалось, чуть пульсировал, как если бы всё окружение было дыханием невидимого живого мира.

– Вопрос в том, – тихо добавил он, – а есть ли тут вообще «обратно».

– Мы здесь в том числе и для того, чтобы проверить это – отозвался Алекс. – Кстати, несимметричность означает неизотропность этого пространства. А если это так, то из теоремы Нётер вытекает, что закон сохранения момента импульса здесь не выполняется.

– И к чему это может привести? – испуганно спросила Майя – я уже устала от этих открытий.

– В целом ничего страшного, просто, например, на вертолете здесь можно летать без заднего винта, корпус не будет вращаться в обратную сторону. Хотя может быть он будет вращаться в ту же – хохотнув, ответил Алекс.

– О, боже, надеюсь ты не скажешь, что для того, чтобы открыть здесь бутылку ее нужно закрыть. – попыталась сострить Майя.

– Кто знает, может быть и так – усмехнулся в ответ Алекс – Есть одна простая идея, – добавил он, поворачиваясь к остальным. – Бросим объект по воздуху и посмотрим, как он полетит.

– Ты хочешь проверить кинематику? – спросил Ник.

– Да. Здесь путь, по которому движется брошенный предмет, может быть… странным.

Ник кивнул:

– Действуй. Только выбери открытое место. И главное – не в сторону корабля.

Они отошли на ровную площадку, похожую на высохшее озеро – гладкую, с лёгким радужным налётом.

Алекс метнул камень вперёд с ровным усилием, приблизительно под сорок пять градусов к горизонту. Камень полетел, но не по ожидаемой дуге. Сначала он двигался почти как обычно, но уже через пару метров его траектория начала отклоняться в сторону – словно его притягивало невидимое течение в воздухе. Описав дугу, камень срезал вбок и упал отклонившись от первоначального направления приблизительно на метр.

Алекс взял другой камень и из того же положения бросил его немного в другом направлении. Новый камень ушёл совсем иначе – он как будто «завис» на высоте, пролетел дальше и приземлился с заметно большим отклонением.