Илья Бриз – Враг государства (страница 4)
Девчонка увидела, сообразила — видимо уже знала все о рабском ошейнике и успела получить «первый и последний урок» — заревела, осторожно стерла ладошкой с его лица все еще текущие крупные капли пота и доверчиво приникла. Так и стояла, прижимаясь, пока он, даже не залезая в медкапсулу, десяток минут держал руку внутри нее. Продвинутая техника сполотов позволяла и не такое.
В шлюзовую камеру под душ пошла за ним без какого-либо стеснения. Аккуратно вымыл ребенка, благо опыт с Маришкой приобрел давным-давно. Сам ополоснулся, более-менее успешно справился с шелковой шевелюрой, заплетя в толстенную косу. Натянул трусы, комбез, покрутил головой, соображая, во что бы одеть девочку. Сорвал простынку с узкой койки, ненадолго отжав ее от стены. На глазок разрезал, проделал отверстие, предусмотрел узкую полосу ткани. Получилось нечто вроде длинного пончо, перехваченного в талии пояском.
Расхохоталась, глядя во включенный в режиме зеркала экран, и вдруг представилась: — Я Эллимонконуэль. А тебя как звать?
В свете «Врага государства» решил настоящее имя не говорить. Просто сократил ласковое прозвище старшей сестрицы: — Крив, — сообразил, что по местным меркам больше смахивает на фамилию. — Мих Крив.
— Очень, очень кушать хочу, Миха, — сообщила как нечто очень интимное.
«Прости, носитель. Я осмелилась оспорить твой приказ».
«Родненький мой! Совсем не сердишься? Сейчас все будет» — а от поднявшейся крышки пищевого синтезатора уже неслись умопомрачительные ароматы.
Опустил койку, чтобы использовать в качестве сиденья, вытянул на себя столешницу с другой стороны прохода. С сомнением посмотрел на девчонку — для нее было высоковато — подхватил и усадил на койку. Дрон уже успел выставить на большие салфетки блюда из синтезатора и одноразовые столовые приборы. Только сам собрался устроиться рядом, как увидел очень удивленный взгляд девчонки.
— Миха, ты аристо? Рядом со мной имеют право сидеть только высшие аристо, — задумчиво посмотрела, болтая ножками, никак не дотягивающимися до предусмотрительно подогретого настила.
Вдруг приказала: — Встань на правое колено и склони голову.
Взяла пластмассовый столовый нож, положила, не отпуская, на его плечо и торжественно произнесла: — Я, Эллимонконуэль тан Галанте нарекаю тебя герцогом Михом тан Кривом. Будь верен мне и моей империи.
«Буду. Отныне и навсегда» — подсказала Сета, неизвестно откуда выкопав текст ответа вассальной присяги.
Пришлось повторить, старательно скрывая желание расхохотаться во все горло. Марк Твен отдыхает. У него там выдуманный добрый принц мелкого королевства, а тут настоящая имперская принцесса звездного престола с не одной сотней солнечных систем в своем составе.
Потом как подменили — обычная, притом очень болтливая девчонка. Рассказывала, как испугалась, когда на ее конвой вдруг напал огромный пиратский флот. Как бились, прикрывая ее собой аграфские воины. Умирали, но убивали при этом десятки чернокожих врагов. А потом пришел мулат, избил ее, содрал красивенький комбинезончик и нацепил рабский ошейник. Долго объяснял что это и для чего, и что она теперь навсегда рабыня. А потом была страшная боль, швырнувшая на пол и заставившая ее кататься по окровавленному полу рядом с ее погибшими защитниками. Потом она ничего не помнит. Пришла в себя, увидев его добрые глаза. И с ужасом следила, как он не щадя себя избавлял ее от этой ужасной штуки.
Тщательно промокнула свои губки, притянула к себе голову парня, аккуратно протерла чистой салфеткой его рот и вдруг приникла в горячем поцелуе.
— Я никогда не забуду, что ты для меня сделал, рискуя собственной жизнью!
Через минуту, поглощая следующее блюдо аграфской кухни — и куда в нее столько влезает? Оголодала-то за пару недель спячки — делилась воспоминаниями о своих почти живых куклах. Детская психика отходчива, всегда пытается бежать от плохого к лучшему. Даже маленькими глотками отпивая из большой чашки какой-то горячий напиток, продолжала лепетать без умолку, по-прежнему болтая ножками.
Чуть подумал, чем заткнуть ее милый ротик. Организовал легенький теплый ветерок, чтобы дымом не несло на девчонку, закурил и, временами делая глоток из большой чашки почему-то совсем не остывающего кофе, принялся пересказывать «Волшебника Изумрудного города». Уж больно созвучно было имя героини сказки с именем звездной принцессы. Буквально провалилась во внимание, затихнув как мышонок. Хлопала в ладошки, услышав как фургон обрушился на голову плохой Гингемы. Посмотрела на свои ножки, поджимая пальчики и втайне уже мечтая о волшебных серебряных башмачках. Изобразила шествие по дороге из желтого кирпича с уже друзьями и отважным Тотошкой. В общем, до вечера завладел вниманием ребенка. За ужином потребовала, чтобы называл ее Элли. Она дарует ему такое право. С легкостью отомстил, рассказывая сказки о нагих эльфийках с такими же заостренными ушками, катающихся по ночам на белых единорогах. И очень удивился, услышав заявление, что вернувшись в свой замок, тоже будет голенькой разъезжать на своем пони по дорожкам парка в самое-самое темное время.
Потом, нисколько не сомневаясь в своем праве, потащила его под душ и потребовала, чтобы вымыл ее перед сном. Из-за узости койки почивала на его груди, заставив сквозь сон беспокоиться и придерживать за спинку, чтобы не свалилась. Утром подумал вместе с Сетой и после плотного завтрака уговорил ребенка немного подлечиться в медкапсуле, чтобы убрать все последствия нештатного нахождения в ней же. Теперь гарантировал правильное лечение. Сбросила импровизированное пончо, доверчиво прильнула. Когда взял на руки, обхватив за шею, поцеловала в губы, и позволила уложить внутрь капсулы. Помахала ладошкой под закрывающейся крышкой. Проследил за процедурами, вовремя меняя картриджи. Продиагностировал через пару часов и довольный настроил медкапсулу в режим гибернации.
— Совсем не собираешься ее выпускать оттуда? — как бы мимоходом поинтересовалась Сета, когда он после почти часа учебы вывалился из транса. На экране каюты в белом с серыми вставками пилотском комбезе она выглядела этаким прожженным космическим волком, вдоль и поперек избороздившим галактику.
— В первую очередь для ее же безопасности. Знаешь ведь, что на «Стриже» не предусмотрены хотя бы обычные спасательные скафандры, не говоря уже о детских. Даже простейшая спаскапсула отсутствует из-за недостатка места.
Спасательными капсулами в достаточных количествах были оборудованы почти все корабли крейсерского класса и тяжи. Они представляли из себя маленькие простенькие кораблики, способные поддерживать жизнь одного-двух разумных в пределах трех, максимум четырех месяцев, доставить за это время в любую точку звездной системы, где были катапультированы с гибнущего корабля. Но главное — на борту были относительно мощные гиперпередатчики, выдающие сигнал в радиусе двух-трех солнечных систем, и вопящие мэй-дей[2] на интере.
— Опасаешься возможного боя?
— В том числе. В конце концов, навороченная медкапсула сполотов отлично защищает от перегрузок, полностью автономна и даже спасает разумного в ней от космического вакуума и радиации. Разве что не орет благим матом просьбу о помощи.
— Двоечник, — весело хмыкнула нейросеть джоре. — Что значит, поднял базы медтехника только до седьмого ранга. А эта капсула подробно описана только в последнем девятом. Там в частности сказано, что при появлении сигналов с сенсоров окружающего пространства о низких давлении и температуре, эта медкапсула автоматически переводит пациента в режим глубокой гибернации и включает гипермаяк с той же просьбой о помощи попавшему в бедствие.
И тут же сменила тему: — Запал на девчонку?
— Я что, похож на педофила?
— Нет, конечно. В твоих мыслях даже намека на тему элементарной эротики при взгляде на ребенка не было. А вот некоторое эстетическое наслаждение при любовании чувствовалось. Да ты просто восхищался ее простоте перехода от поведения принцессы к обычному ребенку соответствующего возраста. Потому и сказку подобрал с ее именем связанную.
— Вообще-то я в первую очередь думал на тему пополнения расходниками и баков крейсера перед последним рывком к Земле. Прямой путь к родной планете лежит ведь именно через владения аграфов. Если заправиться там, то вполне хватит на дорогу туда и обратно. Допустить к своим ресурсам пирата, каковым я считаюсь на корабле без блока опознания, они не могут. А вот спасителя своей принцессы облагодетельствовать просто обязаны.
— И это тоже. Но ведь понравилась своей непосредственностью? Напоминает в этом твою младшую сестру.
— Может быть, — решил прекратить разговор Костик. Копаться в своем подсознании ему было просто-напросто лень. Да и дел было еще полно. Учится, учиться и тренировать ментоспособности, благо нейросеть вчера утором обрадовала — дотянулся до «А-4». Глядишь и до фантастического «А-0» когда-нибудь спустя годы удастся подняться, как у настоящих джоре.
Он еще не знал, что на текущий момент уже был сильнейшим псионом Содружества, обогнав на единицу одного из патриархов сполотов. Сильный, но почти совсем необученный, если рассматривать с позиций тех же пропавших из галактики джоре.