Илья Бриз – Враг государства (страница 30)
— Со свиным рылом? — не преминул съязвить Вадик.
— Именно, — подтвердил Костик. Не хотелось ему так говорить о доверившихся ему людях, но куда от этого упрямого типа денешься? — Так что лучшей кандидатуры, чем ты у меня, увы, нет.
— Увы? — по-прежнему улыбаясь, подколол Гольдбаум.
— Надо, понимаешь надо! — с нажимом произнес парень. — Потому и не спрашиваю твоего желания, а по сути, приказываю. Или тебе все равно, что будет с землянами завтра? Со всем населением нашей планеты?
— Ну если ты так ставишь вопрос… — задумчиво протянул Вадим.
«Согласился уже, хотя сам этого еще не понял, — подсказала нейросеть джоре. — Додавливай».
«Нет, не надо, — в поле зрения рядом с Сетой вдруг появилась статная, высокая, очень красивая и даже на взгляд сильная девушка джоре в пилотском комбезе „в облипку“, демонстрирующим как весьма аппетитные формы, так и отсутствие нижнего белья, — я сама со своим носителем разберусь. Будет работать как миленький! Куда он от меня денется?»
«Привет, сестричка! Знакомься, любимый — Ника, богиня победы. По совместительству — нейросеть нашего упрямца» — девушки обнялись, приникнув друг к другу в горячем поцелуе. Никак не сестринские объятия…
— Но командовать полковниками и генералами… Будут ли слушаться какого-то мальчишку с белым билетом? — неуверенно спросил Вадик.
— Куда они денутся с подводной лодки? — пошутил Костик. — Дашь команду Раймонду, он всецело в твоем подчинении, разберется с вояками. Кстати, у него со дня на день ментосвязь проснется. Да ты и сам уже сейчас до Содружества с легкостью дотянешься. Поговоришь с Тамарой в случае чего. Она женщина опытная — посоветует, что и как делать в сложной ситуации.
— Могет быть, могет быть, — задумчиво протянул свежеиспеченный вице-король.
Маленький и слабый по нынешним меркам Содружества конвой набирал скорость, удаляясь от Солнца и Земли, чтобы уйти в свой первый прыжок. Костик разослал по всем кораблям свои навигационные расчеты прыжка и огляделся. Галина Левина лежала в ложементе среднего транспортника в слиянии. Ее муж Владимир сидел за совмещенным пультом стрелка-оружейника и щитовика. Сканеры возможного противника не фиксировали, поэтому мужчина был чуточку расслабленным. Катеринка сидела в кресле перед капитанским пультом с младшим братиком на коленке и играла с ним в лошадки. Маришка, устроившаяся перед пультом контроля энергосистемы и двигателей, больше наблюдала за сестрой и маленьким Костиком. Знала, что при малейшем отклонении параметров от нормы сигнал придет к ней на нейросеть, потому и не глядела на экран, куда выводилась основная для инженера информация. В последний день на Земле девчонки осваивали профессию закройщика — разобрали пилотский комбез самого маленького размера на отдельные элементы и с помощью специнструмента отрезали все лишнее, чтобы при сборке получился полноценный детский комбинезон с внешним управлением. Как ни странно, но у них все получилось с первого раза. Автоматически срабатывал только режим герметизации при любой опасности для ребенка. Все остальное контролировали нейросети старших в семье. Теперь мальчонка щеголял в полноценном комбезе. Разве что планки для знаков специальностей и крепления для личного оружия отсутствовали. На груди и левом плече были выведены знаки принадлежности в виде маленьких государственных флагов, а на золотых генеральских погонах при отсутствующих звездах были эмблемы — родная планета на фоне Солнца в обрамлении дубовых листьев. Константин посчитал неразумным присваивать себе и своим ближайшим родственникам какие-либо воинские звания. Да и присягу они не принимали. Если качественно проанализировать ее текст, то станет понятно, что принимающий присягу клянется в верности государству в лице его высшего руководителя. Клясться в верности самому себе? Абсурд.
Впереди разгонялся средний транспортник. Сзади практически впритык — ну что такое дистанция в три сотни километров при космических расстояниях? — шел малый, окруженный четырьмя крейсерами. Казалось бы, глупость держать на самом опасном месте ордера практически невоенное судно, имеющее только оборонительные турели противокосмической обороны? Если только не учитывать поколения кораблей. То есть время разработки и уровень примененных технологий. Средний транспортник и остальные корабли конвоя разделяли по этим показателям тысячи лет. Нет, возраст самих кораблей был значительно меньше — самый старый из них, малый межсистемный транспорт, был выпущен с арварских верфей двести семьдесят лет назад. При своевременном обслуживании, замене отслуживших свое блоков и систем строго по срокам регламентных работ — полностью исправное судно. Но вот цены в зависимости от поколений отличались в сотни раз. Считалось что здесь, в Солнечной системе, и давным-давно устаревшее четвертое поколение избыточно. Против кого воевать-то? Земляне ближний-то космос, то есть звездную систему начали, нет, не осваивать, а лишь только исследовать. Потому и разгонялся первым средний транспортник седьмого поколения на двадцати восьми процентах от номинальной тяги, держа свои многочисленные турели ПКО в дежурном режиме. Каждая турель по совокупной мощности удара превышала огневую мощь главного калибра крейсеров почти вдвое. До системы с похожей на Солнце звездой и пригодной для жизни планетой было три гипер прыжка. Это «Стрижик», рейдер тринадцатого поколения, сейчас закрепленный в ангаре транспортника, мог одним махом долететь туда. Крейсера с малым транспортным судном на подобное были не способны. Да и среднему транспортнику седьмого поколения потребовалось бы два прыжка.
Через одиннадцать стандартных суток вышли из гипера в двух десятках астрономических единиц от цели. Еще через семь часов Галина Левина вывела судно на относительно низкую — восемьсот двадцать километров — экваториальную круговую орбиту планеты. Весь экипаж и пассажиры столпились в ангаре и через мерцавшую зеленью энергозавесу разглядывали поверхность.
— Назвать как-то планету надо, — высказалась Наталья Коган, и все вдруг уставились на Костиков — младший привычно устроился на левой руке старшего.
— Ну, так предлагайте варианты, — пожал плечами парень.
— Не-а, — покрутила головой из стороны в сторону Маришка, — имена планетам во все времена давали первооткрыватели. Так что давай, братец, рожай.
Задумался ненадолго: — Когда-то скандинавы называли Русь словом Гардарики. Можно перевести как «Страна городов». Будем надеяться, что на этой планете их будет немало.
— В современном русском звучит как многочисленное прилагательное, — с некоторым сомнением протянула Катеринка.
— Пусть будет просто Гардарика, — не стал спорить Костик.
— А первыми царями на Руси были скандинавские конунги, — хмыкнула язвительная Наташка. — Так что ты у нас нынче Конунг Гардарики. Землю когда еще отвоевать получится, а здесь под ногами нецелованная, можно сказать, планета категории минимум «А+», — ушла ненадолго в себя. Затем выдохнула: — Я по ментоканалу скинула Вадику на Земле и Тамаре в Центральные миры. Еле туда дотянулась. Посовещаются и сообщат.
— Я уже заранее ответ знаю, — рассмеялась младшая сестра. У нее с предвидением все было просто прекрасно. — Так что, братик, отныне ты наш Конунг. А ты, мелкий, — подошла и вытянула изо рта младшего с упоением обсасываемый палец. Достала из кармана салфетку и вытерла насухо, — ты нынче его высочество принц Гардарики.
— Принц я? Ты? — ткнул освобожденным пальцем в сестру.
— Прынцесса на горошине, — важно объявила Левина. И сама же возглавила хохот на весь ангар.
Выбрали подходящее место для будущей столицы планеты довольно-таки быстро. Костик вывел из ангара «Стрижика» и просветил Гардарику его мощными сканерами, четырежды облетев планету на низкой орбите, одновременно картографируя ее. Сначала предпочли самый большой континент, захватывающий частично южное полушарие, но в основном простирающийся с востока на запад почти на треть планеты. Приглянулось большое лесистое плато на западном берегу полноводной реки. Приглянулось тем, что поднималось на полсотни метров над уровнем моря. Тем более что море было всего в восьмидесяти километрах ниже по течению Катеньки, как почему-то назвал реку Костик-маленький. Тут уж разгорелось целое соревнование по наименованию различных объектов. Будущую столицу назвали Константиноградом. На попытку возмущения парня отболтались, что якобы не в его честь. Вовка Левин подкинул смеющегося малыша, показал на плато и продекламировал из Пушкина: — «Здесь будет город заложен на зло надменному соседу». Твой город.
— Мой? — вопросительно протянул ребенок. — Дай!
Работа закипела — Костик поторапливал. Сначала просто выжгли разгонниками малого транспортника практически плоский верх низкой почти безлесной так называемой столовой горы — варварство, конечно. Но, во-первых, местная древесина ни на что не годилась из-за отвратительных прочностных характеристик. С другой стороны вся местная фауна была приговорена. Выдержать конкуренцию с высшими растениями, привезенными с Земли, она никак не могла. Сдули с каменистой поверхности факелами тех же разгонников пепел. Загасили оставшиеся по краям пожары и заодно остудили речной водой землю, используя для этой цели заправщики. Как-никак по полторы тысячи тонн танки для рабочего тела и хладагента вмещали. Чуть подсушили, опять используя разгонники. Верхний слой превратился в огромную относительно ровную покрытую запекшейся коркой земли площадку. На ее край немедленно приземлился средний транспортник, раскрыл огромные люки и опустил аппарели. Тут же большие погрузочно-разгрузочные дроиды, оснащенные гравитаторами, принялись под управлением малых искинов разгружать судно. На глазах росли ряды невысоких пирамид из контейнеров с оборудованием снятым с двух арварских баз в Солнечной системе. Земная техника выгонялась своим ходом. Собранные Коржовым запасы — тоже в контейнерах, но на сей раз привычных, маленьких по сравнению с инопланетными — выгружалась отдельно.