Илья Бояшов – Старшая Эдда. Песни о богах в пересказе Ильи Бояшова (страница 26)

И вновь ответила Трюму служанка:

— Восемь ночей без сна провела моя госпожа — так не терпелось ей лицезреть своего жениха.

Тут в палату вошла старуха, сестра турса, безобразная великанша, космы которой свисали до пола, нос доходил до подбородка, а глаза были словно два затянувшихся ряской озерца. Стала уродина клянчить у невесты дары:

— Дай мне браслеты из золота и из золота кольца, если хочешь добиться дружбы моей и доброй приязни.

Отвечал за невесту Локи: мол, готова Фрейя подарить и браслеты, и кольца, готова даже отдать своё ожерелье, но прежде должен Трюм показать невесте свою самую главную ценность.

Истекая от вожделения слюнями, простак тут же воскликнул, что есть у него одна вещь, с которой по ценности ничто не может сравниться ни у ётунов, ни у богов. Хлопнув в ладоши, великан потребовал от слуг принести ему Мьёлльнир:

— Скорее несите молот и положите его на колени прекрасной невесты. Пусть он будет порукой, скрепляющей наш союз.

Положив Мьёлльнир на колени невесты, которые показались жениху несколько грубоватыми, и похваляясь, что, владея молотом, он станет самым могущественным властелином среди девяти миров, принялся ётун насмехаться над асами. Особенно потешался он над простофилей Тором, проспавшим своё сокровище. Говорил Трюм, что, лишившись Мьёлльнира, превратился Рыжеволосый в посмешище и теперь даже карлики над ним потешаются.

При этих словах Тор впал в неистовство и, вскочив, скинул накидку. Ётун и его гости даже не успели опомниться, как принялся крушить Рыжеволосый молотом налево-направо, разбивая черепа великанов и драконов. Первым рухнул Трюм, затем — безобразная старуха-великанша, а за ними были перебиты все гости и слуги. Обуяла Тора такая ярость, что и Локи бы не поздоровилось, не успей лукавец спрятаться под лавку. Затем взялся ас громить Мьёлльниром столы и скамьи — всё в палатах Трюма полетело кувырком, а затем рухнули и сами палаты, так как разбил Тор молотом столбы и опоры. Перебил в бешенстве Тор и цепных псов незадачливого жениха, а затем табуны и стада великана, не пощадив ни коней, ни коров, ни овец, — не оставил даже куриц с петухами и так вытоптал землю, на которой стояло жилище ётуна, что на ней долго ещё ничего не росло.

После расправы над вором, о которой долгие годы вспоминали ещё великаны в стране ётунов, позабыв даже снять с себя убор невесты, вскочил Тор на повозку, которую подвёл к нему услужливый Локи, и воинственные козлы понесли богов обратно в Асгард.

Так Тор вновь завладел своим молотом.

X

РЕЧИ АЛЬВИСА

Карлик Альвис отличался мудростью. Он был настолько умён, что запало в душу честолюбивого гнома желание породниться с самими асами. Несмотря на крохотный рост и почтенный возраст, длиннобородый Альвис находил себя довольно привлекательным и достойным руки какой-нибудь богини. В конце концов выбор его пал на дочь рыжеволосого Тора, которую звали Труд.

Приняв решение, в одну из тёмных ночей карлик появился в чертоге аса, когда того не было дома, и, разбудив богиню Сив, а вместе с ней и удивлённую Труд, сообщил о своём намерении посвататься. Поначалу женщины хотели прогнать незваного гостя, но речи карлика были настолько красноречивы, а сам он показался настолько обходительным, что богини, невзирая на уродство пришельца, невольно заслушались — настолько сладка была патока его лести. Наряду с похвалой в адрес хозяек Альвис не уставал превозносить и свои добродетели.

За этим занятием и застал хитроумного карла внезапно вернувшийся Тор. Узнав о причине прихода гнома, бог едва сдержал бешенство. Альвис же, посчитавший, что его сватовство принесло плоды, во всеуслышание обратился к Труд уже как к собственной невесте:

— Не время ли нам собираться домой? Улажено дело, а нас ждёт пещера.

Стараясь не выказывать гнева, Рыжеволосый поинтересовался у карла:

— Что за гость в покоях моих? Не спал ли ты с трупом — бледнее ты бледного. Посмотри-ка на своё отражение — пострашней великанов будешь. Нет, в мужья ты никак не годишься.

Карлик с достоинством ответил:

— Зовут меня Альвис. Живу под землёй — дом мой в скале. Пришёл я сватать невесту. Если согласна она, значит, и ты, невесты отец, должен на то согласиться.

Удивившись подобным речам, Тор ответил самонадеянному мудрецу:

— Не был я в пору сговора дома. Отчего же мне быть согласным?

Альвис насмешливо воскликнул, давая понять, что не боится рыжеволосого хозяина:

— Кто тот воин, который грозится невесте запретом?

Тор, усмехнувшись на ершистого жениха (поведение карлика со стороны выглядело так, словно бы муравей задирался к медведю), ответил с достоинством:

— Тором зовусь. О таком ты не слышал? Так скажу: против воли моей взять ты решил девицу.

Карлик понял, что перегнул палку, и, сменив тон, попросил грозного аса:

— Хочу получить твоё согласие на свадьбу. Белоликую деву желаю взять в жёны — жизнь без неё мне не мила.

Тор тем временем задумался, как ему избавиться от назойливого гнома, и в голове его созрело решение. Напустив на себя благодушный вид, Тор дал понять, что не против женитьбы дочери на подземном жителе.

— Но, — сказал он, — прежде чем ты, Альвис, покинешь мой дом, я хочу знать, настолько ли ты мудр, как о тебе говорят. Задам я тебе вопросы, которые немало меня самого занимают, и если ответишь на все, то обещаю — дева твоя.

— Изволь, — согласился Альвис, — ибо, пожалуй, нет на земле вопросов, на которые я бы не знал ответы.

— Что же, приступим, — сказал Тор. — Скажи, мой гость премудрый, про всё, что есть в мире, знающий, каким названием зовётся земля в разных мирах?

Альвис не смог сдержать улыбки, которую, впрочем, прятала от собеседника его седая и длинная борода, и ответил без запинки:

— Люди её величают землёю. Асы — долом. Ваны называют её путями. У ётунов она — зелёная. У альвов — родящая.

Тор помедлил, обдумывая сказанное, и неспешно спросил:

— А как в разных мирах зовётся небо?

Поистине, карлик Альвис знал всё — едва только Тор закрыл рот, как последовал ответ премудрого:

— У людей оно — небо. У асов — твердь. Ваны знают его как ткача ветров. Турсы называют его верхом мира. Альвы — кровлей. У карликов оно — влажный дом.

Тор какое-то время молчал и покачивал головой, всем своим видом показывая, что поражён умом своего собеседника. Потом сказал:

— Ответить мне, Альвис, на третий вопрос. Как месяц зовётся в разных мирах?

Карлик, предвкушая уже скорую свадьбу с Труд и предвидя зависть, которую вызовет у гномов известие о том, что он породнился с асами, охотно посвятил хозяина и в эту тайну:

— Люди кличут его месяцем. Боги — луной. В Хель он — колесо. В мире карликов — светоч. Ётуны называют его спешащим. Альвы — счётом лет.

И вновь закивал Рыжебородый, давая понять, что восхищён знаниями мудрого карла. Однако были у него ещё вопросы:

— Ответь мне, Альвис, как в разных мирах тучу зовут, что проливает дождь?

— Нетрудно мне и на это ответить, будущий тесть, — сказал Альвис. — Слушай же! Для людей она — туча. Для асов — надежда на дождь. Для ванов — ветром гонимая. Для альвов — мощь ветра. Для турсов — влажная. В Хель зовут её шлем-невидимка.

— Что же, — сказал Тор, — видно, правду говорят о тебе, Альвис, когда называют мудрейшем из мудрых. Мимиру до тебя далеко! Сравним ты в познаниях разве что с моим отцом. Что же стоять нам в дверях? Давай-ка сядем за стол и продолжим беседу, ибо о многом ещё хочу тебя расспросить.

Польщённый карлик принял предложение хозяина. Хлопнул Тор в ладоши и велел Сив и Труд накрыть стол и принести всякой снеди. Уселись они за трапезу. Сделавшийся радушным хозяин упросил гостя отведать жареного мяса, затем угостил его лососиной и не забывал при этом нахваливать его мудрость. Когда карлик вдоволь наелся, спросил у Альвиса гостеприимный бог:

— Теперь интересуюсь ветром — как зовут его в разных мирах?

Вытерев жирные губы, важно ответил насытившийся жених:

— У людей он — ветер. У богов — ржущий. У ётунов — ревущий. У альвов — шумящий. В Хель он — порывистый.

— Поистине, нет предела твоим знаниям! — воскликнул Рыжеволосый. — Однако уговор есть уговор. Я продолжу спрашивать, а ты постарайся ответить. Но прежде выпьем с тобой пива, ибо в глотках наших пересохло.

Хлопнул Тор в ладоши, и принесли им два рога пива. Пришлось карлику выпить с хозяином. Когда же они выпили, Тор спросил:

— Ответь мне, как называть привыкли затишье в разных мирах?

Смахнув с бороды пивную пену, ответил отяжелевший Альвис:

— Люди зовут затишье — затишьем. Асы — спокойствием. Ваны — безветрием. Ётуны — зноем. Альвы прозвали его тишью дня. Мы, карлики, покоем дня его кличем.

— Я доволен ответом, — сказал Тор. — Но, думаю, одного рога будет мало.

И бог приказал жене своей Сив поднести карлику ещё один рог, который тот осушил уже с заметным трудом.

— А теперь речь пойдёт о море, которое несёт на своей груди корабли, — сказал Тор. — Знаешь ли ты, как называется море в разных мирах?

— Знаю, — кивнул и на это Альвис. — У людей оно — море. У асов — вода. У ванов — волны. У альвов — влага. У великанов — дом угря. Мы, карлики, зовём его глубью.

— Не запомнить мне, Альвис, и трети того, что ты знаешь! — воскликнул Тор. — Правду говорят, что мудрец и во хмелю не теряет рассудка! Коли так, отчего бы Сив не поднести нам ещё пива? Ведь вполне может быть, что угощает моя золотоволосая жена своего будущего родственника.