Илья Бородин – О дивный другой мир! (страница 24)

Не дождавшись ответа, встаю в стойку, занося правую ногу за собой для дальнейшего удара. Мгновение и туфля с плевком врезается ублюдку по шее, бросая того на землю.

От упавшего гопника слегка поднялась пыль.

Беглым взглядом анализирую остальных верзил: трое загорелись яркой аурой, что обтянуло всё их тело и стали выглядеть как ёлочное украшение в новый год. Двое пропали в тумане, а оставшиеся направили раскрытые ладони в мою сторону.

Секунда и началось. Уклоняюсь от ледяных и огненных заклинаний, пущенных магами.

Интуиция не подвела и резко ухожу в сторону, а за спиной выглядывает две руки с кинжалами. Хватаю одну и вытаскиваю хозяина из облака. Валю его на землю.

Хочу прописать этому ублюдку кулаком по носу, но тут же чувствую сильнейший удар в бок, что уносит меня от скрытника на пять метров.

«Сука!» — бок болит, а изо рта вырывается кровь.

Не успеваю опомнится, как тут же получаю еще один не хилый удар по блоку, что чудом успел поставить. Если бы не успел, то голова улетела дальше, чем тело.

Встаю на ноги и снова чудом ухожу от скрытника, но получаю в ногу ледяную стрелу, что замораживает конечность и врезается в почву.

«Дрянь!» — в груди пылал огонь.

Ставлю блок от удара сверху от очередного верзилы, что использует усиление.

Удар был такой силы, что пришлось встать на колено свободной ноги.

«Дрянь! Дрянь! Дрянь!» — глаза краснели. Давление било в голову ударными волнами. Сердце увеличило скорость кровотока.

Меня зажали на одном месте, где избивали двое верзил. Кости в руках уже были все в трещинах, но блок я так и не снимал.

Но, всё когда-нибудь заканчивается.

Моя реакция не успела уследить за удар ноги темника, что пришелся по голове.

Я падаю, но встаю вновь.

«Убить! Убить! Надо всех их убить!»

Вторая ледяная стрела прилетает мне во вторую ногу и теперь я полностью обездвижен. Блок до сих пор держу чисто на силе воли.

— Йо, парни, погодьте! — избиение закончилось. — Держите его руки.

Верзилы схватили меня за обе руки и прижали к земле.

Ко мне подходит тот ублюдок, что получил первым и наступает на голову.

— Я смотрю ты безбашенный парень? — ублюдок еще раз плюнул. В волосах почувствовалась влага. — Я таких ненавижу!

Взял меня за волосы и подняв голову вбил обратно в землю. В рот попала земля.

«Убить! Убить! Я хочу их убить! Убивать! Убивать!» — в голове бушевал круговорот кровожадных мыслей. От этого немного подергивало тело.

— Я тебя сейчас тут кончу, а дальше займусь твоей семьей, — ударил еще раз меня по голове. — Уверен, что у тебя мать красавица! А если и сестра есть, то точно отожжём с парнями! Будем с братками трахать их до смерти! — рассмеялись все вокруг.

«Убить! Убить! Надо всех уб…!!!» — и что-то щелкнуло у меня в голове.

Голову подняли за волосы и приставили клинок к горлу.

— Последнее слово, звездюк! — сильнее надавил ублюдок в гавайке мне на шею. Кровь потекла по лезвию, стекая на землю.

— Моё последнее слово спрашиваешь? — улыбаюсь.

Я уже не понимаю, что творю. Просто наблюдаю как зритель за происходящим.

— Я, — наслаждался мгновением. — Хочу, — набрал побольше воздуха. — Что бы тебя расхерачило!

От моего голоса вокруг зарябило пространство.

— А? — гопник проморгался. — Не, ребят, вы слышали, что он… — но не успел договорить, как лопнул как воздушный шар, разбрызгивая всё вокруг своими внутренностями и кровью.

Все тут же замолчали. Нависла тяжелая тишина и осознание происходящего.

Бойцы, что это время меня держали, отпустили и подошли к тому месту, где только что стоял их глава.

— Это что за херня была? — темник появился из облака в паре метров от меня.

— Узнаете, — проговорил я не своим голосом. — А теперь за̵̜̒̈́м̸̱̍̄р̵̘̪̉и̶̛̥͋т̴̳̑е̴̯̮̅!̴͇̂͝!

Все замерли будто в мгновении став куклами. Однако, их сдавали ошарашенные глаза, что бегали из стороны в сторону.

Я попытался встать, но ноги были прикованы льдом к земле.

— О͢͟т̀͢в̧̕а̷̧͜ли͏!͡ — посылаю команду льду и тут же он превращается в воду, что смешивается с моей и ублюдка кровью.

Встав, размял шею, и хромая пошел к ближайшему темнику.

Посмотрел на его ботинки.

«Это он меня ударил!» — смотрю на ногу и посылаю приказ. — Взорвись!

Тут же нога взрывается и темник, с широко раскрытыми глазами, падает на землю как кукла.

Разум мутнеет. Из ушей всё больше идёт кровь. Голова невыносимо болит как от мигрени.

Решив больше себя не травмировать, подхожу к упавшему гопнику и схватив его голову погружаю большие пальцы в глазницы.

— Все думают, что легко вот так проткнуть глаза, — усилили пальцами давление на веки. — Но, когда занимаешься подобным впервые, сталкиваешься с трудностью, — почувствовал хлопок, а после и влагу, погружая пальцы вглубь. — Нужно быть профессионалом, чтобы понимать, как это делать.

Сворачиваю безглазому шею и иду в сторону одного из усилителей.

— Надо поставить пальцы так, будто чистишь кожуру от апельсина, — схватил того за голову и поставил большие пальцы на веки. — Обязательно нужно ставить по центру, ибо будет тяжелее продавить оболочку, — начал давить.

Снова влага и снова безглазый.

— А еще из извращенных членовредительств есть отрезание языка, — выхватываю у того же уголовника кинжал, ломая тем самым его большой палец. Кулак не хотел разжиматься, пришлось помочь.

— Так вот, — ножом открываю рот усилителю и достаю его язык. — Если обрезать вот тут кончик, — очень медленно резал мышцу, погружаясь всё дальше и дальше. У головореза из отверстий, где были когда-то глаза потекли слёзы, но лицо так и осталось недвижным. — То можно потерять большое количество крови и тем самым умереть.

Отрезав полностью кончик языка, выкидываю его в сторону и пинаю усилителя в грудь.

— А еще страшнее то, что можно захлебнуться собственной кровью! — бугай падает на спину и видно, как кровь выхаркивается легкими наружу. Но бесполезно.

Иду ко второму бугаю, что держал мою вторую руку, прокручивая кинжал в руке.

— А вы когда-нибудь вскрывали живого человека? — тихий сумасшедший смех срывался изо рта. — Я вот да.

Хотел я вскрыть живот бугаю, как заметил, что они оттаивают.

— Ох, время кончилось, — наклонил голову в бок и лизнул кончик кинжала. — Что-ж, сдохните!

Снова пространство вокруг зарябило. Все падают без чувств, а я облокачиваюсь об колени. Из глаз, носа и ушей текла кровь.

Меня мутило. Рукой вытер нос и хотел пойти дальше, но ноги подкашиваются, и я падаю на землю пластом. Кинжал залетает под машину.

«Чёт мне херово.» — не могу сосредоточить взгляд на одной точке.

Глаза закатываются наверх, а всё тело начинает трястись.

Мир пропадает.

— Вот дрянь! — София наконец нашла Марка. Но, лучше бы не находила совсем.