Илья Бородин – О дивный другой мир! (страница 26)
«Как ей управлять?» — задался я вопросом.
Посмотрел на один из шрамов, что был на левой руке и сказал: — Излечись!
…
Ничего.
Совсем.
Что я делаю не так?
Так, попробую еще раз:
— Излечись! Излечись! — повторял слово с разной тональностью.
Однако, труды мои были вознаграждены.
Я стал злиться от того, что занимаюсь хернёй. В груди зажегся огонь и будто черпая силу из него вырвалось слово силы. Ну, как вырвалось…
— Изле… — не договорив слово, харкаю кровью и падаю на подушку.
Глаза закатились наверх. Тело всё дрожало.
Минут пять, а по чувствам все тридцать, помучался и пришел в себя.
«Так, на себе лучше не использовать. А если?» — решил еще раз рискнуть и посмотрел на стакан.
— Тресни! — пространство с объектом зарябило и у кружки треснул край.
— Интересно, — улыбнулся я.
Глава 13. Вечеринка!
Сейчас я сидел на больничной койке Щита и сверлил взглядом стакан.
Что я делаю, спросил бы любой увидевший эту ситуацию?
— Что ты делаешь? — прозвучало эхом по комнате.
Я же, подумав, что показалось, продолжил мысленно насиловать стакан ужасными словами.
«Тресни! Взорвись! Сдохни! Превратись в песок!» — и тому подобный бред.
— Эй, я к тебе обращаюсь! — появилась София из темного облака.
Я поднял на неё уставший взгляд и осмотрел девушку.
«Хм, спортивка с красной линией по бокам? А маска всё еще на ней.» — сконцентрировал взгляд на разрезах под глаза.
— Чё ты на меня так смотришь? — отстранилась София от меня на полметра и небось подумала невесть что.
— Да так, пытаюсь пробудить в себе гиасс, — прищурил взгляд и продолжил посылать сигналы в мозг Софии.
«Сними маску! Сними маску!» — но её блокада стояла непробиваемая.
— Ты какую-то херню несешь, — покрутила у виска пальцем и покачала головой.
— Бывает, — перевел взгляд обратно на стакан. — Ты пришла сказать, что Полина ждет внизу?
— Да, собирайся, — сдернула занавеску София, открывая вид на такие-же койки в помещении, и пошла в сторону двери. — Уже поздно и тебя ждет дома родня.
София подошла к двери, протянула руку к ручке двери и остановилась. Я же также сидел на койке и смотрел девушке в спину.
Усталость даёт о себе знать.
— И еще… — было видно, что девушке тяжело говорить. — Михаил Сергеевич заказал для тебя одежду, — через силу говорила София. — Доставка будет завтра с утра…
И всё. Больше ничего не сказала, помялась на месте несколько секунд и пропала в тёмном облаке.
«Интересно, с чего такие подарки?» — поднял взгляд и посмотрел на белый потолок. «Ах да, я же похож на его сына.»
Встав с койки в одной лишь белой пижаме и надев также белые тапочки, не забыв захватить жетон, что лежал на тумбочке, направился на выход.
Одежду мою, как понимаю, просто выкинули. Вспоминая, что происходило в поле, понимаю зачем это сделали.
— Что-ж, пора и честь знать, — размял шею до хруста и направился на выход.
Вышел в коридор и направился к лифту.
«Почему мне кажется, что на данном этаже опасно?» — кричал внутри меня сумасшедший кролик от истерики.
«Ох, ё!» — вовремя прижался к стенке возле двери так, чтобы при её открытии не заметили мою тушку.
И не зря. В этот же момент огромная дверь открывается как пушинка со скоростью пули и оттуда выныривает гигант в латексе.
Гигант встал в позу ищейки и громко шмыгая начал принюхиваться.
— Серёжа, — кричали с кампуса такие же здоровяки. — Что случилось?
— Я чую, — пошмыгал еще пару раз гигант. — Что кому-то здесь не хватает Га-а-чи! — голова Сережи задергалась, а правый глаз поплыл наверх, игнорируя собрата.
— Да ладно тебе, — крикнул короткостриженый розоволосый гигант, которого я видел через щель двери. — Сейчас начнется Жо-Жо! Третья серия!
— Ааааа!! — писклявым голоском Сережа закричал на весь коридор и запрыгнул обратно к собратьям, предусмотрительно закрыв за собой дверь.
— Это было близко, — дрожащей рукой стёр со лба холодный пот.
Дальше на цыпочках добрался до лифта и запрыгнул в открытые двери.
«Фух, можно расслабить булки.» — двери практически закрылись, но на мгновение я увидел огромную тёмную фигуру в тонкой прорези и смотрящий на меня безумный голубой глаз.
Лифт двинулся вниз.
«Никогда! Никогда на этот треклятый этаж не заходить! Лучше сдохнуть!!» — оперся ладонями о колени и кричал в голове себе установку по жизни.
Лифт открылся и я, придя в себя, потопал на выход через склад.
Горело тусклое освещение, а на тумбочке стоял дневальный, который увидев меня скорчил недовольную рожу.
Я просто проигнорировал такое обращение и потопал к огромным металлическим дверям.
Вышел на свежий воздух, что тут же согнал с тела всё тепло и подарил дрожь с гусиной кожей.
Тут же помчался к знакомой машине, где на водительском сиденье сидела блондинка.
Сев на переднее пассажирское, сразу подметил ужасный вид моей спутницы: растекшаяся тушь, что смешалась с слезами и образовала символический узор у глаз, что напоминал группу Кисс. Растрёпанные волосы, где виднелись одинокие седые волоски.
Девушка только-что обратила на меня внимание и шмыгнув носом, собирая всю влагу обратно, сказала: — Прости, не заметила, как ты сел.
Полина провела тыльной стороной по глазам, размазывая всё еще сильнее по лицу, посмотрела на зеркало заднего вида, перевела взгляд вперед на дорогу и сняв с ручника двинулась с места.
Поезда прошла очень в некомфортной ситуации: девушка, что убита горем и я, ответственный за это горе.
«Мне срочно нужно разобраться, что со мной происходит. Ибо это может повториться вновь…» — корил себя за причинённый вред, хоть и не близкому, но человеку, с которым должен работать.
В прошлой жизни я себе такого не позволял. Всё было в рамках приличия. Если заказ был оформлен на отца двух замечательных детей, и он по глупости взял кредит, что не мог осилить, то я переводил взгляд на заказчика. Проверял их подноготную, узнавал о скелетах в шкафах и о всей жизни в целом.
Так я заработал себе имя честного убийцы, что больше занимался чисткой от швали, чем избавлялся от мирных граждан.