Илона Шикова – Мышеловка для дикого (страница 27)
И со мной в придачу.
Во дворе дома припарковался очень быстро. Знал наверняка, что сегодня у Конфетки по графику выходной. А значит, должна быть дома моя строптивая красавица.
«А может и не должна!» – мысленно простонал, доставая из кармана телефон, но в последний момент передумал. Лучше сразу поднимусь и заслуженно удостоюсь осуждающего взгляда Ирины Васильевны.
Этой уж точно нет смысла от меня бегать.
На мое счастье, даже в домофон звонить не пришлось. Только я щелкнул брелоком и закрыл машину, как из подъезда вышла старушка, которой я поспешил любезно придержать дверь.
Пацаном себя чувствовал, который принес из школы двойку и сейчас получит от родителей по первое число, когда поднимался на нужный этаж. Но тянуть я больше не могу. Пора уже поговорить и окончательно решить, что делать дальше.
Нажал на кнопку звонка и даже затаил дыхание, прислушиваясь к звукам по ту сторону двери.
Поворот ключа, скрип открываемой двери – и передо мной Ирина Васильевна. Смотрела не то, чтобы с удивлением, скорее с какой-то настороженностью. Не меньше минуты, если не больше.
– Ну, здравствуй, Артур, – первой произнесла старушка, все так же не отводя взгляда.
– Добрый день, – кивнул в ответ, вроде как агрессии со стороны бабульки нет. А значит, можно и в атаку. – Марина дома?
– Нет Мариночки, ушла по делам, – покачала головой Ирина Васильевна, и я уже ждал, что она сейчас передо мной захлопнет дверь, но неожиданно открыла шире и вздохнула: – Проходи, чего на пороге-то стоять.
– Спасибо, – даже не поверил я сразу, выдыхая. Сам того не понял, как все это время в напряжении каком-то странном пребывал.
Все ждал, что пошлют…
– Разувайся, я пока чайник поставлю, и женщина даже улыбнулась, чем вызвала у меня очередной вздох облегчения.
Вроде бы не все так плохо, как я изначально настроился. Но это еще Конфетки дома нет, так что рано я расслабился. Надеюсь, что хоть в присутствии своей бабушки она не будет сильно на меня рычать.
Сексуально. Очаровательно. Как же меня заводит! Может и вправду, через плечо и к себе в четырехкомнатное логово? А что, пусть осваивается, вдруг на моей территории все-таки удастся нам договориться?
– Ирина Васильевна, – остановился в дверях кухни, прислонившись плечом к косяку, – вы меня…
– Не передо мной надо извиняться, – перебила меня старушка, ставя, и как и говорила раньше, чайник на плиту. – Ты присаживайся, в ногах правды нет, – кивнула на табуретку и поставила передо мной чашку. – Надо было сразу все рассказать.
– А ведь вы догадались в первую нашу встречу, – вспомнил я изучающий взгляд цепких глаз и даже улыбнулся.
– Артур, я ведь жизнь прожила, разных людей видела, – пожала плечами женщина, тоже вроде как улыбаясь. – И пусть понимала, что к Мариночке у тебя все по правде, но видела, как что-то ты явно недоговариваешь. И рассказ о деревенском парне, который работает водителем, уж извини, – махнула рукой и слегка скривилась, – но никак не вязался с человеком, которого я увидела перед собой.
– Но вы ничего не сказали Марине, – заметил этой проницательной женщине, пытаясь понять до конца ее отношение ко мне. – Почему?
– Мы должны учиться на своих ошибках, получать собственный опыт, – глубокомысленно изрекла Ирина Васильевна и, прищурившись, посмотрела на меня как-то странно. – Артур, ты только при разговоре с Мариночкой постарайся не волновать ее. Она и так вся как комок нервов.
– Хорошо, – спокойно согласился, удивляясь столь необычной просьбе.
Волновать Конфетку я в принципе не собирался – только помириться. И на ловца, как известно, и зверь…
Только ответил, собираясь задать еще парочку вопросов Ирине Васильевне, как услышал голос из коридора:
– Бабуля, я дома.
Глава 38
Марина
Как хреново-то! Просто сил нет шевелить ни ногами, ни руками. Всего-то в супермаркет практически за углом сходила, а еле доползла до своей квартиры. Ноги ватные, голова кружится, низ живота не сильно, но тянет – Господи, дай теперь мне сил до кровати доползти.
– Бабуля, я дома! – крикнула, зайдя в квартиру.
Странно, что она не сразу вышла. Даже удивительно, что на мою бодрую старушку совсем не похоже. Обычно я даже не успеваю дверь захлопнуть, как бабушка уже в коридоре. А сейчас стояла подозрительная тишина. Может, ушла куда? Хотя вроде и не собиралась никуда, вдруг передумала?. Но тогда бы точно позвонила – всегда так делает.
Поэтому и странно. Ладно, разберемся.
Сбросив обувь, зацепилась ногой за мужские туфли, и тут же горло как будто спазмом перехватило. Сдавило так, что резко в легких кислород закончился. А в груди бешено начало отбивать чечетку сердце.
Не может быть! И у него хватило наглости припереться ко мне домой?
«А вдруг это Валера?» – мелькнуло в голове, и я попыталась успокоиться, но все равно замерла, навострив уши.
Еще и на туфли снова взгляд опустила – дорогие, даже очень. Вряд ли Валера, а значит у этого негодяя хватило наглости припереться ко мне домой.
Из кухни – ни звука. А я еще шла, так погрузившись в свои мысли, что не обратила внимания на машины во дворе.
– Мариночка, – все-таки бабушка вышла мне на встречу, улыбаясь на все свои тридцать два зуба.
А я так и стояла возле входной двери, прижавшись спиной к стене. Ноги еще сильнее подрагивали, и казалось, что я сейчас сползу на пол. Или грохнусь без сознания – еще и тошнота дала о себе знать.
– Привет, – ответила своей старушке, глубоко вдыхая и медленно выдыхая, чтобы хоть немного успокоиться.
Мне сейчас нервничать категорически противопоказано, но довольный взгляд бабули никак не настраивал на позитивный лад. Мысленно застонала, прикрывая глаза – по моему взгляду старушка определила все мысли, что бродили в моей многострадальной в голове.
– Пойдем, Мариночка, чайку попьем.
Лучше бы она меня снова в магазин отправила, а сама в это время выпроводила Артура за дверь. Успел, гад такой, бабулю охмурить.
Вот чего ему, спрашивается, на месте не сидится? Зачем лезет и лезет со своими извинениями?
«Долго будешь стоять истуканом?» – я себя все-таки одернула, хоть и чувствовала загнанной в ловушку.
Как будто жирный кот загнал меня как мышь… вы мышеловку! Бац, и захлопнулась! Не выбраться, можно даже не пытаться.
Единственный путь отхода – дверь сбоку, но не могу же я вечно бегать. Пора поговорить, раз он так сильно жаждет встречи со мной. Тем более сейчас, когда не только наша судьба решается.
– Пойдем, – ответила я бабуле, открывая глаза, и, вздохнув, поплелась за ней на кухню.
Раз, два, три – надо войти. А вот на Артура можно не смотреть. Но не смогла. Хотя пока только наблюдала за его руками, которые разворачивали конфету. И сколько сразу ненужных ассоциаций! А воспоминаний! Просто душу рвут на части, а сердце пропускает несколько ударов.
Я бы могла подумать, что он издевается надо мной, но, переведя взгляд на его лицо, поняла: просто нервничает. Вот и теребит в руках первое попавшееся под руку.
Надо же, какой впечатлительный!
– Привет, – попыталась сказать непринужденно, но получилось сипло.
Теперь не держали не только ноги, ни и руки стали непослушными.
– Ой, вы знаете, – вклинилась в разговор бабуля, – мне же надо таблетки выпить.
Испарилась, только пятки засверкали. Я даже не сразу поняла, что она имела в виду. Какие, нахрен, такие таблетки? Зачем она сбежала? Проводила ее взглядом, понимая теперь, что это только повод. И уже хотела вслед крикнуть, что сама принесу, но старушки и след простыл.
Точно, сговорились за моей спиной!
– Марина, – Артур сам, кажется, не был готов, что я так спокойно отреагирую, – я не…
– Послушай, понимаю, что ты хотел сказать: не хотел, чтобы так вышло, не подумал, заигрался и так далее, – усмехнулась, подойдя к окну и уставившись на двор.
Сжала руками подоконник (хоть как-то же надо унять нервную дрожь), сцепила зубы и почувствовала, как снова горечь затапливает грудную клетку. Опять кислорода мало. Дышать практически нечем.
– Все, что я говорил, правда, – не сдавался Артур. – О моих чувствах к тебе. Помнишь? Что бы ни случилось…
– Все было настоящим, – вспомнила я, пытаясь унять непрошеные слезы. – И я ведь верила, пока правду не узнала. Вот скажи, – я резко повернулась к Артуру лицом. – Как можно снова поверить человеку, который со мной так поступил?
Я не повышала голос – говорила спокойно и уверенно. Но как же хотела прижаться к Артуру, почувствовать его руки на своей спине, тепло тела.
«Ну же, скажи, Марина», – настойчиво шептало сознание, но я никак не могла решиться.
Просто стояла и ждала. Сама не знаю, чего именно. Ну скажу, и что тогда? Сбудется мечта идиотки – богатый парень, наверняка шикарный дом, можно бросить работу и воспитывать нашего ребенка.
Круто, конечно, только как-то все… не по-настоящему. Фальшиво. Я боялась, что именно после моей новости все и изменится. Нужно это Артуру или нет? Чувства чувствами, а вот малыш – это совсем другое.