Илона Эндрюс – Грань cудьбы (страница 20)

— Они очень, очень тяжелые.

Джек усмехнулся.

— Ты пытался?

— Да, и не рекомендую этого делать. Для начала нужен крепкий грузовик с подъемником для инвалидных колясок и тележка. Арендованный грузовик с пандусом тоже подойдет. И это в том случае, если упомянутый банкомат не привинчен к земле. Во любом случае нам нужен вот такой благотворительный магазин, как этот. — Кальдар свернул налево и припарковался перед простым бетонным зданием. Вывеска над дверью гласила: «КОМИССИОННЫЙ МАГАЗИН».

— Когда мы войдем, не высовывайтесь. Ни на кого не смотрите, не смотрите в глаза и слегка пошаркивайте ногами. Это третья причина делать покупки здесь: люди, которые работают в этих магазинах, либо добросердечны, либо восстанавливаются после своей прежней жизни: бывшие наркоманы, бывшие пьяницы, бывшие бездомные. Они знают, каково это — оказаться по ту сторону черты бедности. Все, что они увидят — это человека, которому не везет в поисках одежды для своих сыновей. Они берут наличные и не слишком внимательно смотрят на лица. Если придут копы, они не вспомнят, что видели тебя. Помните: опустите голову, выглядите скромно и не привлекайте внимания. Джек, не надо бесноваться и бежать по проходу, как последний идиот, потому что ты увидел кошку, мышку или что-то в этом роде. Джордж, постарайся вспомнить, каково это — быть бедным. Одна усмешка, и я спалю обе ваши шкуры. Это ваш тест, ребята.

Кальдар вышел из машины. Джек последовал за ним. Сама скромность, хорошо. У него может получиться.

Через полчаса они снова были в пути. Джек понюхал свою новую одежду. Его выцветшая черная толстовка пахла одним сортом мыла, джинсы другим. По крайней мере, Кальдар позволил ему оставить свои сапоги. На заднем сиденье Джордж был одет в серую толстовку с карманом спереди и рваные джинсы, которые нужно было выбросить. Кальдар также купил ему подержанный скейтборд — деревянную доску на четырех колесах.

Джордж поймал его взгляд.

— Что?

— Ты выглядишь нелепо, — сказал ему Джек.

— И это говорит мне тот парень, что раздевается на ходу догола и бегает так по лесу.

— Я не стыжусь своей человеческой или рысьей формы. Я ношу одежду, потому что люди заставляют меня это делать. Мне не нужно каждое утро надевать костюм, чтобы чувствовать себя лучше.

— Совершенно верно. Ты ведь простое создание не так ли?

— Простое в человеческом мире обычно означало глупое, — усмехнулся Джек. — Почему бы тебе не наклониться поближе, чтобы я мог объяснить тебе, насколько я прост.

— Да помогут мне Боги, я разверну эту машину, — сказал Кальдар. Его лицо было расслабленным, но взгляд приобрел острый, опасный оттенок. Нехороший.

— Ты другой, — сказал ему Джек.

— Что значит другой?

— Ты гораздо спокойнее, когда приезжаешь навестить Серизу.

— Это потому, что когда я навещаю Серизу, я ее забавный, очаровательный, любимый братишка. Самое трудное, с чем я могу столкнуться — это сильно досадить моему дорогому родственничку, прежде чем он превратится в волка и попытается разорвать мне горло. Прямо сейчас я агент «Зеркала», обремененный двумя детьми, а это значит, что если кто-то выскочит перед этой машиной и попытается убить вас, я выстрелю ему в сердце, прежде чем он успеет моргнуть.

Джек захлопнул рот и выпрямился.

— Я все понимаю, поверьте мне, — сказал Кальдар. — У меня есть старший брат, и я стараюсь разочаровывать его хотя бы раз в месяц. Но сейчас вы таким образом отвлекаете меня. Вам нужно избавиться от этого детского образа мыслей, потому что это убьет вас. Вы можете заниматься этим дурацким соперничеством друг перед другом в свое свободное время.

Казалось, что сейчас самое подходящее время вести себя тише, и Джек так и сделал. За окном мелькал город. По дороге от границы они прошли через какой-то лес. Старые, покрытые шрамами деревья, выглядели так, будто они принадлежали к Зачарованному, а не Сломанному миру. Лес вторгся в город… Джек заметил места, где он пробирался вглубь, участки леса, которые никогда не расчищались между понатыканными домами; огромное дерево, которое кто-то забыл срубить, растущее на небольшом клочке земли, не задетом голым тротуаром; раскинувшиеся парки… Казалось странным, что люди хотят жить здесь, в месте, где всегда идет дождь, и лес сражается за свободу.

Кальдар продолжал ехать: направо, налево, сворачивая на постепенно расширяющиеся улицы, пока, наконец, не остановил машину на большой парковке перед высокой башней из стекла и камня.

— В этом здании работает Одри Каллахан.

— Откуда ты знаешь? — спросил Джордж.

— Пока ты прихорашивался и выбирал одежду, я сделал несколько звонков в местные частные фирмы, указанные в телефонном справочнике. Я спрашивал об Одри. Эта фирма перевела меня на свой офисный автоответчик. — Кальдар выглядел довольным собой, как кот, который наелся сладких сливок. — План такой: я вхожу. Вы двое ждете здесь. Словно, слоняетесь без дела, но следите за дверями. Сомневаюсь, что Одри будет рада меня видеть.

— Ты собираешься ее пытать? — спросил Джек.

Кальдар остановился и бросил на него странный взгляд.

— Нет. Если увидите, что мы выходим вместе, подождите, пока мы доберемся до машины. Если вы видите, что молодая женщина с рыжими волосами выходит одна, словно спешит куда-то — это означает, что все прошло не гладко.

Кальдар полез в сумку и вытащил маленькую металлическую коробочку с выгравированным на крышке цветком. Он нажал на середину цветка. Металлические лепестки со щелчком поднялись. Джек внимательно осмотрел края. Острые как бритва и зазубренные у основания.

— Это магический следопыт. Он работает только в Зачарованном или в Грани. Он предназначен для крепления к экипажам, но он магнитный и должен прилипнуть к автомобилю. Джордж, возьми следопыт. Если Одри выйдет одна, следуй за ней и прикрепи маячок к задней или нижней части ее автомобиля. Используй скейтборд как отвлекающий маневр. — Кальдар посмотрел на Джека. — Пока он будет занят этим, ты пойдешь по моему следу в здание, найдешь меня и…

— Спасу тебя? — спросил Джек.

— Поможешь. Только прошу не увлекайся там.

— Помогу. — Можно сказать и так.

— Нам все ясно? — спросил Кальдар.

Джек кивнул.

— Тогда за дело.

ЛЮБОЙ день, который начинался с чека, был хорошим днем. Одри усмехнулась и проверила папку, которую держала в руках, проходя по длинному, устланному коврами коридору «Детективного агентства Милано». Она была одета в бежевый брючный костюм, который прекрасно подходил к тону ее кожи, волосы были заплетены в косу, а в папке лежала синяя платежная квитанция на 822 доллара, положенными на ее счет. Честные деньги, честно заработанные. Она даже не переживала из-за того, что правительство откусило кусок налогов.

Через восемьдесят два дня она сможет подать заявление на бонусы. И сегодняшний день обещал быть хорошим. Она будет играть вторую скрипку после Джоанны Паркер в деле адвоката. Она познакомилась с Джоанной вчера — ей было сорок пять, она была темноглазой, седовласой и гордилась этим. Очевидно, когда обвиняемый нанимает частного адвоката по уголовному делу, тот, в свою очередь, часто нанимает частного детектива, особенно если этот детектив отставной полицейский. Детектив выполнят всю работу, общается с копами, со свидетелями, изучает полицейские отчеты и так далее. И Одри будет сидеть со всем этим и смотреть, как работает другая сторона.

О да. Сегодня день должен быть хорошим. Если бы ей не хотелось так стать профессионалом, она бы сбежала вниз, визжа коридоре «Вииииииии!» как четырехлетняя девочка, которой только что сказали, что она пойдет в аквапарк. Она потянулась к двери своего кабинета.

— Одри! — Раздался за спиной голос Джоанны.

Одри повернулась на каблуках.

— Да, мэм?

Джоанна высунулась из своего кабинета через две двери по коридору.

— У тебя клиент. Серена поместила его в твой кабинет, потому что Джордж занял конференц-зал.

Клиент? Уже?

— Благодарю вас! — Одри взялась за ручку двери.

— Он сказал, что дружит с твоим братом.

Маленький ледяной шарик взорвался внутри Одри и та окаменела на месте. Ничто связанное с Алексом не могло быть хорошим. Это точно был не ее отец — Симус был слишком тщеславен. Он бы сказал, что он ее отец. Нет, это был либо какой-то наркодилер, либо кто-то, кто пронюхал об ограблении и хотел стрясти денег.

Она уставилась на дверь. Ее инстинкты говорили: «уходи». Отпусти дверную ручку, повернись, иди и не останавливайся.

— В любом случае, ты мне нужна в десять, так что у тебя есть около часа, — сказала Джоанна. — Как думаешь, ты успеешь закончить это к тому времени?

Одри услышала свой собственный голос.

— Да, мэм. — Отправляйся в свой кабинет, чтобы я могла сбежать. Иди в свой кабинет.

Джоанна рассмеялась.

— Ты можешь перестать называть меня «мэм», здесь, на западном побережье, мы менее формальны. Достаточно просто «Джоанна».

— Хорошо, Джоанна. — Одри заставила себя улыбнуться. Уходи.

Джоанна повернулась, чтобы зайти в свой кабинет, и остановилась.

Ну что еще?

Серена шла по коридору с пачкой папок. О нет. Не останавливайся. Прооодолжай идти.

Серена остановилась у двери Джоанны и протянула ей папку. Ей придется пройти мимо них, чтобы выбраться наружу. Ее путь к отступлению исчез.

Почему именно сейчас? Почему, когда все идет так хорошо? Я что, проклята, что ли?