Илона Эндрюс – Грань cудьбы (страница 19)

— Эй, эй, эй! — Мужчина извивался в руках Кармаша. — Хорош.

Хелена стянула перчатку, расстегнула плащ и позволила ему упасть. Позади нее Мура, темноволосая, резкая и заостренная, как лезвие кинжала, сделала шаг и поймала живую ткань, прежде чем та коснулась земли. Плащ замерцал, приобретая нездоровый оранжевый оттенок, пытаясь воспроизвести измененную магией кожу Муры.

Хелена встала перед мужчиной. Она была одета в мягкую кожу и темную ткань. Кожаный пояс стягивал ее тунику до талии, вместе с изготовленными на заказ ножнами, которые содержали два ее изогнутых меча. Она вытащила из-за пояса черный нож и шагнула к наркоману.

Пленник уставился на нее сверху вниз.

— Что, теперь ты надо мной поработаешь? За что же? Я пытаюсь заключить сделку.

Она вздёрнула свои тонкие брови.

— Я не заключаю сделок. — Она схватила тонкую ткань его рубашки и разрезала ее, обнажив его костлявую грудь.

— Слушай, ты совершаешь ошибку. Ты потратишь все свое время и энергию на меня, и ради чего? Просто дай мне мой маленький кусочек пирога, и я тебе все расскажу.

Хелена закатала рукав и показала ему синий клык, вытатуированный на ее мускулистом предплечье.

— Я Гончая Золотого трона. Ты знаешь, что это означает?

По его лицу она поняла, что он понятия не имеет.

— Знаешь ли ты, что герцогство Луизианы является колонией Великой Галльской империи?

Он кивнул.

— Конечно.

— Когда трон Галлии хочет вскрыть нарыв, он призывает меня. Я не заключаю сделок. Я не торгуюсь. Я не жалею. Я разрушаю во славу своей страны. Посмотри мне в глаза, чурбан.

Он уставился в ее сине-зеленые глаза. Она смотрела на него так, как тигр смотрит на свою жертву, пока не заметила первую дрожь страха на его лице.

— Скажи мне, если увидишь хоть каплю милосердия. — Ее магия поднялась вокруг нее, как дымчатый плащ тьмы.

Наркоман застыл, как испуганная птица. Наконец-то она завладела его вниманием.

Хелена на мгновение опустила голову и закрыла глаза.

— Я Гончая Золотого трона. Я имею право судить в пределах Галльской империи и всех ее колоний, и я считаю тебя, Алекс Каллахан, виновным. Ты враг Галлии.

Вспыхнула магия. Кармаш отпустил Каллахана, и тот, мигнув, исчез из вида и появился в двадцати футах от него. Он сорвался с места и помчался вниз по тропинке, выжимая из своего измученного тела все до последней капли. Интересная сила. Еще интереснее было то, что Кармаш почувствовал что-то неладное и действовал так, чтобы спасти себя, а не удержать пленника.

Хелена взмахнула пальцами. Сома и Киллиан побежали по дороге вслед за Каллаханом. В два вздоха ищейки догнали бегущего человека. Киллиан врезался в наркомана, прижав Каллахана к земле. Ногти Эджера впились в руки Киллиана и соскользнули, не причинив ему вреда. Киллиан был одним из ее более продвинутых ищеек: его кожа была толстой, как кожа животного. Вдвоем, они с Сомой, оторвали Каллахана от земли и понесли назад.

— Пригвоздите его к дереву, — приказала Хелена.

Двое ищеек рывком подняли Эджера. Себастьян вытащил два кинжала из ножен на поясе и вонзил оба в плечи мужчины, прямо под ключицей. Каллахан закричал, пригвожденный к дубу, как насекомое.

Хелена подошла к нему, держа в руке нож. Это было превосходное лезвие, острое как бритва и прочное, как и все ее инструменты, человеческие или нет. Она провела им по торсу Эджера. Лезвие едва коснулось бледной плоти, но его острый, как бритва кончик, прочертил яркую красную линию на коже мужчины.

— На помощь! — закричал Алекс. — На помощь! Помогите!

Нож сверкнул раз, другой. Так она обычно рисовала у себя в кабинете: быстрые мазки ярко-красной краски по белому холсту.

Алекс закричал и согнулся, но ножи крепко держали его.

— Предательство покупается с агонией. Когда ты предаешь своих партнеров, особенно если эти партнеры твоя семья, ты должен делать это только после долгих страданий. Плоть слаба. Когда боль становится слишком сильной, большинство людей ломаются. Чем сильнее предательство, тем страшнее боль, которую будет испытывать пленник.

Хелена воткнула острие ножа в первый же надрез, который сделала, зацепила кожу и резким движением сдернула ее вниз. Алекс издал отчаянный, полный боли вопль. Красные мускулы блестели на его обнаженной груди. Она всегда была отличным скиннером.

— Не волнуйся. Я позабочусь о том, чтобы боль, которую ты испытываешь, была равносильна твоему предательству. — Хелена подняла левую руку, все еще в мягкой коричневой перчатке. — Солью.

Флакон с солью был вложен в ее пальцы.

— Ну вот. А теперь давай поговорим о твоей сестре.

ДЖЕК выглянул в окно. Снаружи, на город под названием Олимпия в Сломанном просеивался серый дождик. Они находились в штате Вашингтон, который был похож на провинцию, но был больше размером. Кальдар угнал еще одну машину — синюю, пахнущую каким-то горьким запахом фальшивой сосны, и на этот раз Джек занял переднее сиденье. Вид из окна был мокрый и унылый.

— Здесь когда-нибудь светит солнце?

— Иногда, — ответил Кальдар. — Если подождать несколько часов и прищуриться как следует.

Джордж заерзал на заднем сиденье. На обоих мальчиках были простые коричневые рубашки и свободные брюки. Они все еще не выглядели так, будто принадлежат Сломанному, но, по крайней мере, это было лучше, чем воздушная рубашка Джорджа с оборками, решил Джек.

У него ныл бок. Он осторожно потер ушибленные ребра. Гастон был не слишком рад узнать, что они вдвоем отправились в Сломанный и попали в лапы Кальдара. Были произнесены такие слова, как «дебилы», «избалованные дитятки» и «выставили меня полным идиотом». А потом слова превратились в удары. Честно говоря, он начал первым, подумал Джек. А все из-за большого количества детских обзываний, которые надо было вынести. Они с Джорджем составили пару в сопротивлении с Гастоном, но тот был силен, как бык. И все же он все же победил. Теперь все было в порядке. Они заключили мир. Ему просто надо быть осторожным с ребрами в течение пары дней.

Джек оставил котенка с Гастоном. Им потребовалось несколько часов, чтобы долететь до Вашингтона, и они провели ночь в Грани. Пока они не вернулись в Сломанный, Джек носил котенка в корзине, которую нашел в кабине виверны. Котик пил, но не ел. Обычно это был плохой знак.

Гастон о нем позаботится. Он остался, чтобы присмотреть за виверной, и пообещал, что проверит малыша. Конечно, он так и сделает.

— Куда мы едем? — спросил Джордж.

— Мы ищем благотворительный магазин. Сойдет все, что угодно. «Добрая Воля», «Армия Спасения»…

— Армия спасения? — Джек оживился. — Крестоносцы?

— Нет, не та Армия спасения, — сказал Кальдар. — Магазин подержанной одежды.

— Что за магазин такой?

— Ты слишком долго был богат. — Вор вздохнул. — А Роза занимается благотворительностью?

— Она подает милостыню бедным, — ответил Джордж.

— И как это происходит?

— Мы подъезжаем к зданию «Рука помощи», — стал рассказывать Джек, — выходим и несем коробки с едой внутрь. Роза общается там с людьми. Какое-то время они вместе изучают счета. Она дает им деньги. Мы едем домой.

— Ясно, — кивнул Кальдар. — Магазин подержанных товаров это как «Рука помощи»: данный магазин собирает деньги для бедных. В Сломанном они обычно прикреплены к религиозным домам.

— К церквям, — сказал Джордж.

— Среди прочего. Люди приносят одежду и мебель, которые им больше не нужны, и отдают их в дар. Магазины продают их и используют деньги, чтобы накормить бедных.

Джек нахмурился.

— Зачем носить одежду, которую носил кто-то другой? — Один запах бы свел его с ума.

— Потому что ты не можешь позволить себе ничего другого, — тихо ответил Джордж. — Роза часто покупала что-то в секонд-хенде.

— У меня никогда не было одежды, которую носил кто-то другой, — сказал Джек. — Я бы знал.

— Не для нас, болван. Она делала покупки для себя. Ты не помнишь, потому что тебе было семь лет.

Джек оскалил зубы.

— Я все прекрасно помню.

— Еще одно слово, и вы оба вернетесь в Адрианглию, — пригрозил Кальдар. Его губы улыбались, но глаза были совершенно серьезны.

Джек повернулся и заткнулся.

— Комиссионный магазин — это место, в котором люди делают покупки, когда у них нет денег или когда они ищут выгоду. Мужчины, у которых проблемы с законом в той или иной степени, ну такие как мы, совершают покупки там по трем причинам. Первая, одежда будет не только чистой, но и будет выглядеть поношенной, что нам на руку. Новые вещи привлекают внимание, а этого следует избегать любой ценой. Идея заключается в том, чтобы слиться с толпой. Быть одним из парней. Вторая, в обычных магазинах есть камеры наблюдения. Они записывают посетителей, а это значит, что вас могут выследить. По этой же причине мы будем держаться подальше от любого магазина, на витрине которого есть камера, экраны телевизоров, электроника, от круглосуточных магазинов и банкоматов…

— А что это такое? — спросил Джек.

— Небольшие автоматизированные банки, которые выдают деньги.

— Почему никто не крадет эти банки? — спросил Джек.