Илана Городисская – Роман с продолжением (страница 5)

В душе он был доволен тем, что все обиды и размолвки между ним и его бывшими товарищами, за прошестивем лет уже ничего не значили. Он был рад их непринужденному разговору. Ему было интересно узнавать новое о старых знакомых, ни один из которых еще не использовал в отношении него ни одно из его бывших прозвищ, хоть и мог сделать это, по старой памяти. Он бы нисколько не обиделся. Может, это даже вызвало бы у него ностальгию.

Двор и роща постепенно заполнялись. Хотя время приближалось к началу торжественной части, которая, судя по всему, должна была пройти внутри школы, никто никуда не спешил. Разговоры вокруг становились все громче, и, соответственно, музыка из динамика.

Их бывшая учительница биологии, «носатая» Хая, подошла поприветствовать их. Общение с ней заняло лишь несколько минут, так как помимо дежурных фраз, произносимых в таких случаях, им было не о чем поговорить и что вспомнить.

Где наша Дана? – со вздохом спросила Шири, когда Хая отошла. – Кто-нибудь знает о ней?

Я – ничего, к сожалению, – покачал головой Шахар, сознавая, что мог бы выяснить через Мазаль и о том, что сталось с их любимой классной руководительницей.

Думаю, она никогда не вернется сюда, учитывая все то, что ей пришлось здесь вытерпеть, – предположил Хен. – Посмотрите: все училки, которых мы видим, все эти стареющие клячи, которые в этот момент лебезят своим бывшим балбесам, то бишь нам, – это приближенные директрисы. Не исключено, что она сама же и позвала их сюда.

Ишь ты! Значит, здесь даже на встрече выпускников все еще процветает закон исключения? – фыркнул Янив.

Видимо, да, – подтвердил Хен. – И, видимо, поэтому, несмотря на все усилия «Рандеву», или как оно там называется, наших пришло так относительно мало… Эй, кого я вижу?

К ним приблизилась пара: высокий темноволосый очкарик, и довольно щуплая молодая женщина с замкнутым лицом и копной светлых волос.

Одед! Вот так неожиданность! – снова заголосил Хен и бросился обнимать его.

Все, включая Шахара, последовали его примеру.

Всем добрый вечер! Я соскучился за вами, – воодушевленно сказал вновь прибывший. Затем он представил свою спутницу: – Моя жена, Эйнав.

Привет, – поприветствовали ее Шели, Керен и Шири, подставляя ей щеки для поцелуя.

Эйнав ответила на дружеские жесты бывших одноклассниц своего супруга весьма сдержано. По ней было видно, что она явилась «за компанию».

На самом деле, сейчас у всех на языке вертелся вопрос, что же сталось с Офирой Ривлин, но никто не осмелился задать его в присутствии жены Одеда.

Ты – настоящий кладезь сюрпризов, – заметил Хен, как встарь хлопая его по плечу. – Мы и не знали, что ты женился. Почему?

Мы свадьбы не делали, – пояснил тот. – Нам хотелось спокойной росписи, без шума.

Да, – поддержала его Эйнав, демонстративно беря за руку. – Мы улетели на курорт на шесть ночей. Там и оформили отношения. Море удовольствия и существенная экономия средств, вместо изматывающего мероприятия.

Шели и Хен, сыгравшие шикарную свадьбу, а так же Янив и Шири, которые тоже устроили себе громкое торжество, обменялись улыбками.

Мы рады, что наш застенчивый друг встретил спутницу жизни, разделяющую его взгляды, – сделал ей комплимент Янив. – Помню, мы всегда утомляли его своими пьянками.

Спасибо, – поблагодарил за себя и за жену Одед, и, оглядевшись вокруг, спросил: – Ждем кого-то еще?

Мы только что это обсуждали, – сказал Ран Декель. – Все наши, кто должны были прийти, уже в сборе.

Разве? – удивился Одед. – Кажется, нескольких не хватает.

Не нескольких, а очень многих, – возразила Керен. – У Наамы заболел ребенок, поэтому она не смогла. Эрез в отъезде. Авигдор, ставший теперь глубоко верующим, отказался. Лирон за границей.

И Галь за границей, – подхватила Шели.

Галь за границей? – вздернул брови Одед.

Шахар подавил вздох. Наконец-то они заговорили о настоящих отсутствующих!

Да. У нее срочный проект, или что-то в этом роде, – затараторила Шели. – Вы ведь знаете, она – известный дизайнер.

Я всегда желал ей успехов, – взвешенно отреагировал Одед, и, после короткого молчания, прибавил: – А Лиат?

Лиат? – передернуло Керен, на лице которой сразу вспыхнула насмешка. – Лиат слишком умна, чтобы сюда прийти!

Ее сарказм был встречен кривыми ухмылками и сухоньким смешком.

Даны Лев тоже с нами нет. Непонятно, почему, – вставил слово Шахар, которого появление Одеда словно отодвинуло в тень.

Разве ты не знаешь? – с улыбкой отвечал ему сам вновь прибывший. – Наша Дана Лев –профессор литературы, доктор наук. Преподает в университете.

Вот как! – радостно всплеснул руками Янив. – Значит, она тогда сделала правильный выбор. Действительно: что ей здесь ловить?

Наверняка, ты учился у нее, – предположила Шири, обращаясь к Одеду.

Нет, – покачал головой тот. – Я, всего-навсего, библиотекарь. А Эйнав работает в банке.

В отделе ипотек, – уточнила Эйнав.

Закончив с обменом личной информацией, бывшие соученики некоторое время молча глядели друг на друга. С их подростковыми обликами и выходками было покончено. Все они были теперь достойными представителями среднего класса, устроенными в карьере. Некоторые из них создали семьи. Жизнь удалась.

Пойдемте выпьем, пока там еще хоть что-то осталось, – предложил Ран Декель, указав на бар.

Его предложение было принято, и они двинулись к центру двора.

Пиво есть? – спросил Хен, подходя к бару.

Пива нет, – вежливо ответила стоявшая там девушка. – Есть белое и красное вино, мартини, текила со спрайтом и фидж.

Сойдет и белое вино, – махнул рукой Хен. – Мы все за рулем, не так ли?

Вся компания закивала. Спустя минуту, улыбчивая официантка из «Рандеву» разливала вино по их пластиковым стаканам.

Они отошли в сторону от бара, чтоб не толкаться с другими желающими угоститься, и встали в кружок. Шели, Хен, Ран и Янив запалили сигареты.

Что курите? – полюбопытствовал Одед.

Все то же самое, «ЛМ». Ну, за встречу! – сказал Хен, поднимая руку со своим вином и сигаретой.

За нас! – воскликнула Шели.

За наши успехи! – не остался в стороне Шахар.

Они выпили, и какие только воспоминания не всплывали в них сейчас! Для того, чтоб описать их ностальгию по всем школьным вечеринкам, в которых они принимали участие, по их совместным времяпрепровождениям и поездкам, по их незабываемому выпускному, не хватило бы красноречия всех мастеров слова в мире. В их времена, никому из администрации школы и в голову не пришло бы обращаться к услугам посторонней коммерческой организации в проведении мероприятия для учащихся. Они все делали сами, своими руками. Поэтому, все они, так или иначе, остались друг для друга «своими».

Приятно было узнавать друг в друге знакомые черты. Приятно было сознавать, что, невзирая на столько лет порознь, им все еще было о чем поговорить и что вспомнить. Еще приятней было ощущать, что взрослая, самостоятельная жизнь как будто расставила точки над «и» в их сложных школьных взаимоотношениях. Это уже были не только члены бывшей – разбитой – шестерки и их окружение. Это были личности, равные в своих возможностях и своих обстоятельствах, уважающие друг друга.

И все-таки, все они были друг для друга тенями прошлого. И этот вечер, вызвавший у каждого из них столько волнений, несмотря на свою кажущуюся праздничность и легкость, был, к сожалению, лишь блеклой тенью того, что было еще живо в их сердцах и их памяти.

Вскоре всех присутствующих во дворе попросили пройти в здание школы. Гадая, в какой же ее части пройдет торжественная церемония, товарищи последовали за другими по коридору, отвечая на рукопожатия встреченных знакомых. Ко всеобщему удивлению, их привели к… спортзалу!

Неизменный коридор. Неизменный спуск к спортзалу. Неизменная традиция. Неизменный корпус экстерновских классов, при виде которого Шахар болезненно отвел глаза.

Спортзал был оборудован скорее официально, чем роскошно. Низкие скамьи и пластмассовые стулья расставили рядами. У одной из стен возвышалась эстрада с микрофонами и аппаратурой, а рядом – белый экран. Все это напоминало обстановку конференцзала, а не помещения, где когда-то проводились дискотеки.

Товарищи заняли одну из передних скамеек, причем Одед и Эйнав скромно примостились сбоку. Шели положила голову на мощное плечо своего мужа, а перед мысленным взглядом ее проносились все сделанные ею и другими соучениками декорации из простых канцелярских материалов, которые когда-то украшали этот спортзал на их вечеринках. Почему же она не стала дизайнером, как Галь? Наверно, потому, что всегда видела в оформительстве просто приятный досуг, а не призвание. Зато теперь она «оформляет» головы и прочие части тела своих многочисленных клиенток.

Под всеобщие аплодисменты, директор, одетая в длинное черное платье, подчеркивавшее ее хищный профиль, вышла к микрофону. С нею была их бывшая завуч, ставшая ее заместителем.

Приветствую вас, дорогие выпускники! – громко произнесла она. – Я имею честь принимать вас в нашей школе спустя целых двенадцать лет. Все ли вы здесь?

По рядам пронесся утвердительный рокот. Все, кто собирались быть здесь, присутствовали. Лес голов, за которыми с трудом угадывались проплешины этого леса.

И как мне теперь обращаться к вам? – пошутила директор. – «Дамы и господа»?..

Дружный хохот.

…Или, все же, «ребята»?

Ребята! – выкрикнул кто-то из зала, и его поддержали.