Икан Гультрэ – Тень. Своя судьба (СИ) (страница 33)

Старик вывел меня из подвала, оставил в уже опустевшей гостиной, а сам вышел. Не было хозяина примерно с четверть часа, и вернулся он, довольно потирая руки.

— Я распорядился, чтобы тебе приготовили комнату и купили всякие мелочи, необходимые молодой девушке. Кроме одежды — для этого я пригласил портного.

— Портного?! — я опешила. — Как вы себе это представляете? Или портной у вас тоже видящий?

— Портной у нас будет… не-видящий, — старик снова хихикнул.

Мне оставалось только вздохнуть. Игривое настроение хозяина я разделить не могла, но и беспокойства оно не вызывало, просто мне не нравилось не понимать, а Райнер не спешил с объяснениями. Да, кстати…

— А как мне вас называть?

— Так и называй, Райнером. Эпитет 'безумный', ладно уж, можешь не прибавлять, я легко обойдусь без этих светских расшаркиваний, — хозяин ухмыльнулся.

Я пожала плечами — мне по-прежнему не было весело. В гостиной повисла тишина. Я разглядывала комнату, хозяин не сводил пристального взгляда с меня. Мне пока не хотелось больше ни о чем спрашивать, а старик то ли иссяк, разом вывалив на меня поток слов, то ли просто пожалел мою бедную голову.

Минуты текли в безмолвии, пока в гостиную не заглянула давешняя служанка. Женщина склонила голову, метнув на хозяина беспокойный взгляд, и произнесла тихо:

— Покои для гостьи готовы.

— Ну что ж, пойдем! — тут же бодро подскочил Райнер.

Гостевые покои в доме старого Видящего не шли ни в какое сравнение с дворцовыми — всего одна скромно обставленная комната — шкаф, кровать, туалетный столик… Но зато к ним примыкала ванная комната, а там — горячая вода, несбыточная мечта моей нынешней жизни.

Я едва дождалась, пока хозяин удалится, бросив напоследок:

— Располагайся. Портной придет после ужина.

Вдоволь наплескавшись в ванне, я обнаружила, что ужин мне подали в комнату — видимо, хозяин действительно решил пощадить мои непривычные уши и оставить на время в покое.

Портного я ожидала с любопытством: что же такое задумал Райнер? Что ж, когда мастер зашел в комнату, я оценила слова о 'невидящем': на глазах портного красовалась повязка. Мужчина в нерешительности замер на пороге, и я протянула ему руку, помогая войти.

Мерки он снимал на ощупь.

— Мне сказали, вы не носите платьев? Какие костюмы вам бы подошли? Какие цвета предпочитаете?

Впервые в жизни меня спросили о предпочтениях в одежде, и я озадачилась — до сих пор не приходилось задумываться о таких вещах. Это оказалось странно и… приятно. И я с удовольствием, словно это была новая интересная игра, обсудила с портным свой будущий гардероб и даже пощупала образцы тканей, чтобы оценить, какие из них будут приятней к телу. Хотя и о практичности не забывала — вдруг уже через пару дней мне придется сорваться с места и отправиться в дальний путь? Я еще не приняла окончательного решения.

Напоследок портной наклонился к моему уху и шепнул:

— Вы… пленница в этом доме?

— Я здесь гостья, — успокоила я его.

Впрочем, мне показалось, он не слишком успокоился после моих слов. Я его понимала: быть пригашенным в дом признанного безумца и получить заказ на наряды для дамы, которую нельзя видеть…. Кто угодно встревожился бы!

А я после визита портного наконец расслабилась и почти сразу улеглась в постель, блаженно растянувшись на чистой простыне — тот, кто не знал нескончаемых дорог, едва ли способен оценить такое счастье.

***

Здравствуй, Тень!

Впервые за все время с нашего расставания я осталась на несколько часов без присмотра и могу наконец взяться за перо. Еще бы знать, с чего начать — так много хочется тебе рассказать!

Сначала мне было страшно — мы впервые остались по-настоящему наедине с Ианом. Но я боялась не его, а того, что изменившиеся обстоятельства изменят что-то и между нами. Напрасно боялась — дорога не оставляла времени для праздных размышлений, мы просто не успевали уделить внимание этим переменам.

По правде сказать, сама дорога запомнилась мне плохо, слившись в непрерывный поток сменяющих друг друга картин. Кажется, лошадей мы продали на третий день пути, сменив их на других, попроще, а днем позже Иан купил на смену нашей карете обшарпанный экипаж с жесткими скамьями и скрипучими колесами.

Все это время Ианнар правил сам, но незадолго до границы нанял кучера. Я сначала не поняла зачем. Догадалась, только когда мы, не доезжая до заставы, покинули карету и отправились через границу пешком, лесом. Все правильно, нас уже начали искать, и на каждой заставе дежурили маги, которые могли разглядеть под иллюзией наш настоящий облик. Счастье еще, что магов не так много, чтобы расставить их вдоль всей границы, а не только на заставах.

Кучер, которому Иан основательно заморочил голову, должен был сказать на заставе, что его наниматели ждут в Илмайе, а он всего лишь переправляет оставшуюся часть багажа, для которой не нашлось места в хозяйской карете.

Задумка была примитивная, но она удалась, и кучер дождался нас на первой же развилке. В ближайшем городе Иан его рассчитал и нанял нового.

После пересечения границы мы могли чувствовать себя чуть свободнее, но расслабляться не спешили — все так же путешествовали под личиной и избегали общения, чтобы ненароком себя не выдать. Это было нетрудно в пути, когда лица и пейзажи сменяли друг друга раньше, чем я успевала их рассмотреть, не то что привыкнуть.

Зато когда мы прибыли в Гредрам — ты знаешь, это второй по величине порт Ругалдена, — я была оглушена: толпы людей, говорящих на разных языках, шум, бесконечное движение днем и ночью. В первый день я боялась выходить из гостиницы, и Иану пришлось меня уговаривать, потому что оставлять меня одну он не хотел.

В Гредраме нам пришлось осесть надолго, потому что в ближайшие недели ни на одном корабле не было свободных кают для двух пассажиров. Можно было, конечно, решиться на путешествие в трюме с бедняками, но… Иан хоть нервничал из-за длительной задержки, но предлагать мне такие условия не рискнул. И правильно. Я на многое готова, но это было бы, пожалуй, слишком.

Как ни странно, не сам побег и не расставание с тобой, а именно Гердрам поставил точку на моей прежней жизни. Здесь перестала существовать Нэлисса, младшая принцесса королевского дома Тауналя.

В Ругалдене браки заключаются не в храмах, а в городской управе. Нужно только расписаться в специальной книге. Однако чернила зачарованные, и стоит только служащему магу заверить согласие пары своей подписью на брачном свидетельстве, на запястьях появляются брачные рисунки. У нас это ольховая ветвь с шишечками. Я спрашивала у Иана, что она означает, но мой муж ушел от ответа.

Конечно, для заключения брака следовало назвать свои настоящие имена, но тут нам повезло: ведь девочки в Таунале носят родовое имя матери, а оно вряд ли известно кому-то в Ругалдене. Вот если бы о нашем исчезновении объявили официально и обратились с просьбой о помощи в розыске к местным властям, то тут бы наше путешествие и закончилось. Однако Ианнар был уверен, что этого не случится — пропажу принцессы станут скрывать до последнего. И оказался прав.

И потому на палубу корабля я ступила замужней женщиной, Нэлиссой Ауста.

Теперь я сижу за крохотным столиком в каюте и пишу тебе письмо, которое ты никогда не прочитаешь. На палубе весело переругиваются матросы (Тень, какое упущение, что на наших уроках ругалденского мы так мало внимания уделяли брани — я их почти не понимаю!), рядом спит мой умаявшийся, бледный до зелени муж — как оказалось, он подвержен морской болезни… А я от качки совсем не страдаю, наоборот, мне нравится, как колеблется пол под ногами, от этого делаются легче и мысли, и перо…

***

Я смотрела в потолок широко раскрытыми глазами, и мне казалось, что комната слегка покачивается, словно я все еще нахожусь на борту корабля.

Корабля?! Этот сон… или видение… Было ли это на самом деле? Я будто бы переместилась в тело Нэлиссы… Нет, я была ею — переживала ее воспоминания, думала ее мысли, писала письмо… сама себе. Возможно, это действовали до сих пор отголоски нашей связи. Или моя просьба, высказанная в предыдущем видении, была и впрямь услышана и исполнена таким странным образом.

И мне почему-то стало вдруг неуютно в доме старого Видящего. Словно я предала саму себя, отказалась от пути, который выбрала, подставив свое будущее, свою жизнь под удар. Поверила безумцу, позволила себе слабость, клюнула на туманные обещания и теперь сижу на одном месте и жду, пока меня схватят. А принцесса плывет через океан.

Не раздумывая больше, я сорвалась с постели, умылась наскоро, похватала свои вещи и, не дожидаясь завтрака, чтобы не встречаться с хозяином, выскользнула из комнаты.

Дом и сад легко выпустили меня, и я вздохнула с облегчением — оказывается, внутри меня успел поселиться необъяснимый страх оказаться запертой в этом странном месте.

Однако очутившись в центре города, я немного остыла, пускаться в путь прямо сейчас мне расхотелось. Я неспешно прошлась по торговым рядам, привычно лавируя в людском потоке.

С утра пролился дождь, но к полудню солнце начало припекать не на шутку. В поисках укрытия от палящих лучей, я нырнула в сумрачную прохладу оказавшегося поблизости храма. И тут же вспомнила о том, что Нэл просила молиться за нее. Лики богов, бесстрастные, одинаково чужие мне, смотрели на меня и сквозь меня, и было немного неуютно под этими взглядами, хотелось что-то сделать.