Икан Гультрэ – Тень. Своя судьба (СИ) (страница 13)

Словом, наше появление во дворце было окружено строжайшей тайной. Я даже не поняла, знал ли сопровождающий о моем присутствии, но по некоторым признакам решила, что все-таки знал. Во всяком случае, мне ни разу не пришлось уходить в тень, чтобы избежать столкновения с ним.

Спустя полчаса ход привел нас в мрачное помещение со сводчатым потолком и без окон. Бьярта о чем-то тихо переговаривалась с провожатым, а я застыла в ожидании. Потом мужчина в сером выскользнул за дверь — не ту, через которую мы пришли, а другую, — и через несколько минут оттуда послышались шаги и голоса. Я чувствовала присутствие как минимум десятка человек, но когда дверь снова отворилась, вошли только двое — все тот же серый мужчина и девочка моих лет.

'Принцесса!' — догадалась я.

Меня девочка пока не видела, а вот я могла разглядывать ее в свое удовольствие. Светлые волосы ниже лопаток чуть завивались на концах, пухлые губы то и дело норовили скривиться в гримасе — то ли заплакать принцесса собиралась, то ли злилась. Но сдерживалась. Милое личико сердечком — не красавица, но очень симпатичная. А вот глаза в полумраке не разглядеть, но видно, что светлые — серые или голубые. И ресницы длиннющие так и хлопают. А еще она все-таки слегка напугана — вон как ежится. Но виду старается не показывать.

— Вам придется, покинуть нас мар Стеумс.

'Мар' — это обращение к государственному чиновнику высшего ранга. Значит, не так уж прост наш невзрачный сопровождающий.

Стеумс нахмурился, но возражать чародейке не решился, вышел молча и аккуратно прикрыл за собой дверь.

— Будет немного больно, ваше высочество, — обратилась Бьярта к принцессе, — но придется потерпеть.

Чародейка прихватила руку девчонки, резким движением нанесла удар — откуда появился крохотный кинжальчик, я даже заметить не успела при всей своей тренированности. Принцесса пискнула и закусила губу, а я на мгновение испытала мрачное удовлетворение — пока это еще ее боль, а не моя. Пусть почувствует.

Выступившую на запястье кровь Бьярта сцедила во флакон с желтовато-оранжевым содержимым, отчего жидкость сразу приобрела более темный, насыщенный оттенок, и над ней заколыхались спиральки пара.

В этот раз мне не пришлось раздеваться — Бьярта велела мне повернуться спиной, откинула немного отросшие за последний месяц волосы и изобразила на загривке один-единственный знак. Я даже почувствовать ничего не успела.

— Крови сей отдаю свое служение, — повторила я за чародейкой короткую ритуальную фразу.

Бьярта повернулась к принцессе. Та была на удивление послушна — безропотно позволила чародейке освободить от волос шею и нарисовать знак. Разглядеть я его, увы, не смогла, а вот фраза, которую принцесса повторила вслед за Бьяртой, врезалась в мое сознание:

— Кровью своей принимаю власть над Тенью до смерти или освобождения.

— Всё, — подытожила чародейка.

Принцесса развернулась резко, словно только этого и ждала, и уставилась на меня.

— Это она?! — губы девушки искривились. — Мне говорили, что мы похожи. Но она… серая… непонятная какая-то, — принцесса передернула плечиками.

— Это чисто условное сходство, — пояснила Бьярта, — описательное. И касается оно той внешности, какой обладала Тень… до того как стала Тенью.

Принцесса задумчиво кивнула, словно и в самом деле что-то поняла, но все-таки добавила:

— А подстричь нормально ее нельзя было, что ли?

Я только хмыкнула, слова принцессы ничуть меня не задели. После того, что я услышала от Сельяса, неприязненная реакция на мою внешность меня больше не шокировала. А волосы… ну, я догадывалась, что они выглядят не лучшим образом. После принудительной стрижки, которую мне когда-то устроил мастер Оли, я время от времени подрезала их сама — тоже кинжалом. И ни разу ни от Бьярты, ни от мастера ничего не слышала по этому поводу. Вероятно, их все устраивало. А значит, и меня тоже.

Бьярта тем временем выглянула за дверь и пригласила Стеумса.

— Вы закончили? — голос этого человека я, кажется, услышала впервые. — Ваше высочество, вас сейчас отведут в ваши покои. Тень последует за вами чуть позже, я хотел бы с ней побеседовать. Я полагаю, мне не стоит напоминать вам, что о ритуале никому рассказывать нельзя, это вопрос вашей безопасности.

Принцесса вскинулась, словно собиралась высказаться резко, но сдержалась, просто кивнула и молча вышла. Я даже почувствовала что-то вроде восхищения: вот ведь, принцесса, вполне может возмутиться, однако сдерживается, но не потому, что слабой себя чувствует — просто считает, что так лучше. Может, мне удастся с ней поладить?

— Где она? — вновь заговорил мужчина, когда принцесса оставила нас.

— Перед вами, — чародейка положила руку мне на плечо.

— Тень! — Стеумс поморщился. — Чувствую себя полным идиотом, разговаривая с пустым местом. Почему нельзя было сделать амулет хотя бы для меня?

— Такова была договоренность с его величеством.

— Его величество… Его величеством ты, Бьярта, крутишь как хочешь!.. — мужчина хотел еще что-то добавить, но вместо этого выдохнул с шумом и снова обратился ко мне. — Слушай внимательно. До сего дня принцессу постоянно охраняла дюжина гвардейцев, теперь охрану сократили до четверых. Разумеется, о причинах этого никому не сообщили, но люди не дураки, многие из них наблюдательны и болтливы, потому слухи поползут, и с какого-то момента твое существование перестанет быть тайной. Чем позже это случится, тем лучше, поэтому в присутствии посторонних себя не выдавай. О тебе во дворце известно его величеству, ее высочеству и мне. Я возглавляю Тайную Канцелярию, в моем ведении все вопросы, касающиеся безопасности королевского семейства. Тебе все ясно?

Я кивнула, но тут же сообразила, что Стеумс моего жеста не видит, и исправилась:

— Мне все ясно, мар Стеумс, — это особое искусство, 'проявленный' голос, если я хочу, что бы меня слышал кто-то, не связанный со мной ни ритуалом, ни амулетом.

Есть еще прием 'выбор слушателя', когда можно обращаться только к одному из присутствующих, а остальные и не догадываются, что я говорю. Сложная штука. Бьярта заставляла меня упражняться на слугах, а те пугались…

— Жить будешь в покоях принцессы, — продолжил глава Тайной Канцелярии, — насколько я понял, тебе необязательно постоянно находиться при своей подопечной…

— Совершенно верно, — подтвердила Бьярта.

— Однако за трапезой твое присутствие необходимо, равно как и в тех случаях, когда принцесса соберется покинуть свои покои.

— Ее высочество знает об этом? Не получится так, что она захочет выйти, не предупредив меня? — вновь подала голос я.

— Ей все доходчиво объяснили. Она обещала, что не станет создавать сложности… Бьярта, ты можешь быть свободна. Я уже отправил сигнал.

— Условия выполнены?

— Да, запрет снят.

Разговор был интересный, и мне очень хотелось его послушать, но голос, внезапно раздавшийся в моей голове, заставил меня отвлечься. Это был голос моей наставницы, несомненно. Как-то она умудрялась говорить одновременно вслух — со Стеумсом — и мысленно — со мной.

'Будь внимательна, девочка. Слушай, смотри по сторонам, жди поворотных моментов и постарайся их не пропустить. Придет пора — начинай действовать. И запомни: нет живущих без судьбы. Ритуал не решает всего, он лишь задает рамки… Если очень понадоблюсь — зови. Но только в самом крайнем случае'.

— Прощайте, — услышала я… и чародейка исчезла.

Нет, мне доводилось читать, что некоторые маги владеют искусством мгновенного перемещения в пространстве, и я даже догадывалась, что Бьярта тоже умеет, но она никогда не демонстрировала при мне этого умения.

Надо сказать, на главу Тайной Канцелярии исчезновение Бьярты тоже произвело сильное впечатление. Во всяком случае, экспрессивная тирада, в которой я не поняла и половины слов, свидетельствовала об эмоциональном потрясении.

— Ты-то хоть здесь? — выдохнул наконец он.

— Здесь, — отозвалась я, стараясь не выдать голосом своего веселья.

— Что ж, пойдем.

В этот раз мы вышли через ту же дверь, что и принцесса, и минут пять поднимались по лестнице, которая привела нас в один из дворцовых коридоров.

Здесь не было изобилия спешащих по делам людей, как мне представлялось когда-то. За все время, пока я шагала за главой Тайной Канцелярии, мы встретили всего двух слуг и одного придворного, и все они приветствовали моего спутника почтительными поклонами. Мне даже показалось, что придворный склонился несколько глубже и простоял так дольше, нежели слуги, а длинные тонкие его пальцы нервно подрагивали все это время.

Вероятно, мар Стеумс считался опасным человеком, от его решений зависели судьбы, а встреченный нами придворный знал за собой какие-то грешки. Впрочем, все это были лишь мои фантазии.

Сам дворец произвел на меня мрачноватое впечатление, несмотря на то, что света из окон было достаточно, а там, где не хватало окон, горели светильники — на освещении здесь явно не экономили. Тем не менее, мне было темно и неуютно — возможно, из-за внутреннего беспокойства при вступлении в новую жизнь, а может, то, что я знала о нынешнем короле и его ближайших предках, заставляло воспринимать их территорию как заведомо враждебную. Про себя я решила, что это даже полезно — лишний раз не расслаблюсь, буду начеку.

Покои принцессы располагались в изолированном коридоре, у входа в который дежурили два гвардейца. Еще двое стояли у внутренних дверей, из-за которых слышался взволнованный, даже со слезой, женский голос.