Игорь Журавлёв – Перестройка 2.0 (страница 56)
— А какое у тебя пиво? — вдруг спросил я.
— Как какое? — удивилась она, — немецкое.
— А сорт какой?
— А я откуда знаю, ты хотел просто немецкое пиво, вот оно и есть — просто немецкое.
Я почесал лоб. Сначала хотел почесать затылок, но было лень поднимать голову.
— М-да, надо будет в следующий раз как-то быть точнее.
И тут меня прорвало. Я вскочил на ноги и закричал:
— Но как? Я ничего не хотел, ничего не заказывал! Я сам удивился, когда всё это увидел здесь!
— Егор, неприлично голому мужчине скакать над лицом женщины.
Я непонимающе уставился на нее, потом покраснел, быстро сел и пробормотал:
— Извини.
— Что касается твоего вопроса, — как ни в чем не бывало, продолжила Ольга, — то желание не обязательно должно быть озвученным или даже внутренне сформированным. Главное, оно должно быть сильным.
— Не понял. Это как?
— А я откуда знаю?
И я вылил на нее сок. Она в ответ плеснула в меня пивом и набросилась сверху. Началась борьба, совершенно неожиданно закончившая объятиями, которые совершенно неожиданно продолжились поцелуями, которые, опять же — кто бы мог такого ожидать? — совершенно неожиданно перешли в… то, во что надо.
А потом мы купались, загорали. Потом ужинали в кафешке на площади перед старым собором св. Христофора в Гаване. Потом много танцевали в латиноамериканских ритмах, как и вся площадь вокруг нас. За полночь завалились в снятый номер ближайшего отеля и проспали почти до обеда. И так все три дня отпуска, данного мне лично Председателем КГБ СССР.
И лишь прощаясь на время или навсегда, что одно и то же, я спросил у Ольги:
— Ты сказала, что люди, подобно Богу, творцы. Но это о подобии. А что там с образом?
Она поцеловала меня и молча подтолкнула к двери.
16 декабря 1986 года должны были начаться первые в СССР массовые беспорядки в Алма-Ате в связи со снятием Горбачевым главы Казахской ССР Динмухамеда Кунаева и назначением на его место этнического русского Геннадия Колбина. Мы обговорили этот момент с Путиным и Лавровым, и было принято решение избежать беспорядков, назначив вместо Колбина Нурсултана Назарбаева. Путин отдал команду Горбачеву, и на этот раз все прошло тихо, учитывая, что таких экономических трудностей в СССР, как в той истории сейчас не было. Однако я считал, что необходимо готовить распад СССР, естественно, на наших условиях, поскольку центробежные националистические тенденции становились все очевиднее. Рванет не здесь, так там. Если, конечно, не произойдет какого-то внешнего события, которое сплотит народы СССР. Все же, даже националисты пока еще верили в то, что СССР слишком силен. Да и Запад не видел предпосылок к его развалу. То, что случилось в моем варианте истории, было неожиданностью для всех Вопрос в том, была ли эта неожиданность закономерной и этой закономерности просто не смогли спрогнозировать, или это был просто случай, и карта вполне могла лечь иначе?
Здесь наши мнения разделились. Путин был за то, чтобы попытаться спасти СССР, мы с Лавровым были уверены, что это лишь продлит его агонию. Лучше все спланировать заранее, нежели, как в тот раз, просто плыть по течению. И, в конце концов, Владимир Владимирович согласился с нашим мнением.
Закон "Об индивидуальной трудовой деятельности" в этом варианте был принят не 19 ноября, а 15 августа 1986 года. Но в этот раз все было продумано с учетом имевшегося опыта, с одновременным созданием Налоговой службы. Практически сразу советский рынок был открыт для продукции западных компаний, филиалов международных фирм, банков и создания совместных предприятий. Что на полгода раньше, чем в другой истории, но гораздо более широко. При этом рубль сохранялся как внутренняя валюта, не был объявлен свободно конвертируемым. Что позволяло сдерживать рост цен на минимальном уровне, пусть и искусственно. Конечно, в перспективе, он должен был стать международной валютой, но так, чтобы от этого не сильно пострадало население. А, наоборот, только выиграло.
Я, честно говоря, в экономике вообще ничего не понимаю, вижу только, что магазины по всей стране завалила разнообразная западная продукция, и все это продавалось, хотя и дороже отечественных товаров, но по вполне разумным ценам, что мог позволить себе почти каждый. И, что самое главное, это было не только в столице и крупных городах, но даже в сельских магазинчиках. То, что не могла сделать советская промышленность, позволили сделать промышленности западной. И это заметно снизило напряженность в стране, к тому же, в этой истории не было сухого закона. Алкоголя в магазинах было завались. Правда, он стал дороже, и в дальнейшем планировалось повышение его стоимости, как и повышение стоимости табачной продукции. С одной стороны — лишний доход казне, с другой — пропаганда рублем здорового образа жизни. Самая действенная пропаганда.
Но самые интересные события были еще впереди.
12 июня 1987 года во время визита в Западный Берлин президент США Рональд Рейган призвал Михаила Горбачёва разрушить Берлинскую стену. На что Горбачев в прямом эфире объявил, что в этом нет ничего невозможного. Более того, СССР готов даже пойти на то, чтобы народы ГДР и ФРГ воссоединились в одну страну, если, конечно, на то будет их воля. Но такое возможно только в случае выхода объединенной Германии из НАТО и одновременной ликвидации американских и советских военных баз на ее территории.
После такого заявления было решено собраться на саммит лидерам СССР, США, ГДР, ФРГ, а так же представителям блоков НАТО и Варшавского договора. Саммит состоялся первого июля 1987 года. В отличие от прошлой истории торг шел очень серьёзный. США хотели сохранить Германию в НАТО, но СССР предупреждал, что в этом случае ни о каком объединении не может быть и речи. Сильная Германия в НАТО — это совершенно неприемлемое решение. Для лидеров ГДР и ФРГ важно было договориться, а поскольку ГДР полностью поддерживала условия СССР, в результате было решено следующее:
— В течение шести месяцев после подписания данной декларации провести одновременные всенародные референдумы в ФРГ и ГДР с одним вопросом: "Хотите вы или не хотите объединения двух стран в одно государство?"
— В случае положительного решения народов двух стран (а в этом мало кто сомневался), начинается процесс, состоящий из нескольких этапов.
— США обязуются в течение одного года вывести все свои войска из ФРГ, а НАТО обязуется ликвидировать всю инфраструктуру, включая всё ядерное оружие, так, что ФРГ становиться неядерным государством.
— Одновременно с этим СССР в течение одного года обязуется вывести все свои войска из ГДР, Варшавский блок обязуется ликвидировать всю инфраструктуру, включая всё ядерное оружие, так, что ГДР становиться неядерной страной.
— Поскольку это миролюбивый шаг Советского Союза, ФРГ обязывается предварительно построить военные городки и жилые комплексы для войск СССР на территории СССР, куда они будут передислоцированы из ГДР.
— После того, как все иностранные войска будут выведены с территорий ГДР и ФРГ, происходит плановое поэтапное объединение двух стран, в результате чего появляется единое немецкое государство, которое принимает на себя обязательство не входить ни в какие военные союзы.
Данное решение не могло не натолкнуть другие страны на подобные мысли, поэтому мы уже ожидали начала процесса развала Варшавского договора, а за ним и Союза, но в этот раз твердо решили диктовать миру свои условия. Необходимо было приурочить к ликвидации Варшавского договора одновременную ликвидацию блока НАТО, хотя бы на территории Евразии, с гарантией всех стран континента не входить ни в какие военные блоки. Или, хотя бы, понимая, что подобное может и не выйти, официальных и запротоколированных гарантий того, что новые страны на территории Евразии в НАТО приниматься не будут.
Не уверен, что всё пройдет так, как мы планируем, но уж точно будет не хуже, чем в моем прошлом варианте истории. Если ничего не изменится.
Эпилог
— Образ Божий в человеке — это не данность, это итог, — говорила Ольга.
Мы шли с ней, взявшись за руку вдоль линии прибоя по белому песку Варадеро, и накатывающие волны Атлантики ласкали наши ноги. Ольга была одета в какое-то умопомрачительное, всё такое развевающееся лёгким тёплым ветерком платье. Все, что я мог про него сказать — оно было красное. Почти как солнце, садящееся над океаном. А я был в простых шортах и белой футболке с короткими рукавами.
— Итог чего? — спросил я.
— Ну, это же очевидно, итог жизни человека.
— Я не очень понимаю. Пожалуйста, объясни.
Она искоса с подозрением глянула на меня: не издеваюсь ли я, задавая такие вопросы? Но я и правда, хотел знать ответ.
— Все, что человек делает в жизни или не делает; все, что говорит или не говорит, все что мыслит — это все или приближает его к образу Бога или удаляет от него.
— Как может приближать или удалять то, что не делаешь или не говоришь?
— К примеру, ты мог помочь другому человеку или любому живому существу, но не помог — прошел мимо. Ты мог заступиться, сказать слово в защиту несправедливо обвиняемого, но промолчал. И вот этих "мог, но не сделал" или "мог, но не сказал" — очень много в жизни каждого человека. И каждое из них отдаляет его от образа Божьего.