Игорь Журавлёв – Фокусник (страница 1)
Фокусник
Игорь Журавлёв
© Игорь Журавлёв, 2026
ISBN 978-5-0069-0509-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
(Бытие 7:17—20)
Посреди красивого сада, в тени деревьев – фруктовых и просто лиственных, было не жарко. Да еще легкий ветерок, дувший словно бы из ниоткуда и сразу во всех направлениях, нежно ласкал лица сидящих в удобных плетеных креслах молодых людей, собравшихся за большим столом под пышно цветущими кустами сирени самых разных оттенков: от кипенно-белого до темно-фиолетового и почти черного. Странно, если задуматься, сейчас совсем не время для сирени, она давно отцвела, вот только место, где собрался Совет адамов империи, периодически менявшей свое название от Киевской Руси, Новгородской республики, Московского царства, Российской империи, Советского Союза и до Российской Федерации, что нисколько не отражалось на сути этого древнего государственного образования, было очень непростым.
Все собравшиеся за этим столом были Фокусниками, причем Фокусниками очень опытными, давным-давно перешедшими на эту ступень дара Демиурга. А потому и само место, где раскинулся этот красивый дом и роскошный сад, найти было практически невозможно, если не знать, как, когда и где сюда можно пройти. Его защищала от посторонних глаз невероятно качественная иллюзия. А реальное расстояние-то до этого места было совсем пустяшным, не более десятка шагов из любого места Срединного мира, вот только пройти это расстояние могли лишь такие, как они: во-первых, адамы, во-вторых – Фокусники, в-третьих, только те из перечисленных существ, у кого был доступ. Ну и, конечно, те, кого они захотят сюда пригласить. Могли, конечно, пройти адамы более высоких ступеней посвящения, вот только таких в Срединном мире не было. Кроме одного, но собравшиеся, как им казалось, приняли серьезные меры, чтобы единственный в этой реальности Гений ничего не узнал.
Местечко было совсем небольшим: дом, сад и лужайка у прозрачного пруда, в котором плавали разноцветные рыбки, а больше здесь ничего и не было, на этом клочке рукотворного мирка, затерянного в складках пространства и времени. Но ничего больше и не было нужно, поскольку место сие предназначалось исключительно для собраний Совета и решений текущих вопросов. Как сегодня, например.
Пожалуй, самое время представить собравшихся, без всяких сомнений, заслуженных и выдающихся адамов последнего как минимум века, а как максимум… да кто ж его знает? Председатель собрания выглядел как молодой мужчина в возрасте между двадцатью пятью и тридцатью годами: высокий, стройный, спортивный, с густыми светло-русыми волосами. Звали его Евгений Шуйский. Впрочем, все присутствующие выглядели молодо, были спортивными и стройными, так что об этом в дальнейшем можно даже не упоминать, за исключением, пожалуй, одного адама по имени Георгий и по фамилии Воротынский. Он единственный выглядел старше остальных, лет минимум на десять и был, не то чтобы толстым, вовсе нет, но и до спортивной подтянутости его фигура недотягивала, а небрежно зачесанных назад темных волос, пожалуй, давненько не касалась рука парикмахера.
Третьим был Иван Оболенский, старинный друг Игоря Виноградова, Гения и отца нашего героя. Можно даже сказать, друг-соперник, когда-то надеявшийся получить благосклонность Лидии, мамы нашего героя, но она отдала предпочтение другому. Нельзя сказать, что с тех пор между приятелями пробежала черная кошка, по крайней мере, внешне это никак не проявлялось, и Иван был даже свидетелем со стороны жениха на свадьбе, но некоторая неловкость все же присутствовала. Несмотря на молодость, выглядел Иван очень солидно, трудно сказать, почему именно такое впечатление складывалось у всех, кто его видел.
Последнего мужчину в совете звали Михаил Голицын, и был он ничем особым не примечателен, кроме, пожалуй, страсти к спортивным пиджакам. Говорят, у него для таких пиджаков, свозимых со всего света, выделена специальная комната в доме. И это притом, что никаким спортом он сроду не занимался, да и спортивным болельщиком никогда не был. Вот и сейчас на нем был спортивный пиджак темно-синего цвета с непонятной эмблемой то ли университета, то ли спортивного клуба, то ли просто для красоты.
Три девушки, представлявшие в Совете прекрасную половину сообщества адамов России, как и остальные, принадлежали к старинным российским фамилиям, ведущим свою родословную, если верить Общему гербовнику Российской империи, еще от Рюриковичей и Гедиминовичей, а на самом деле, намного более древние, были прекрасны и лицом, и телом, как только могут быть прекрасны настоящие Фокусницы, ведь иллюзию Фокусника невозможно отличить от реальности никаким образом, если только ты не адам высшей ступени посвящения.
Но моложе всех смотрелась, безусловно, Татьяна Барятинская, ей никто не дал бы больше двадцати – двадцати одного года, и если бы она была обычной человеческой девушкой, ей следовало всегда иметь при себе паспорт, чтобы как-то подтверждать в магазине свой возраст, захоти она купить там, скажем, баночку энергетика. Конечно, Татьяна по магазинам типа «Пятерочки» или «Магнита» никогда не ходила, да она вообще по продуктовым магазинам не ходила, не хватало ей еще думать о том, кто и из чего готовит для нее пищу!
Есть мнение, что между ней и председательствующим Евгением явно что-то было в прошлом, ну, недаром же она периодически бросала на него презрительные взгляды, и время от времени фыркала на его высказывания. Впрочем, на это уже давно никто не обращал внимания, скорее, удивились бы, заговорили они друг с другом по-приятельски.
Дальше шла великолепная Наталья Волконская, неизменная зачинщица всех заговоров в империи еще со времен предпоследнего царя. Ходят слухи, будто за ней ухлестывали и Ленин, и Дзержинский, последний, говорят, даже подрался из-за нее с Борисом Савинковым накануне октябрьского переворота. Наталья была характера легкого и по первому впечатлению даже поверхностного, однако мало кто знал, что за образом легкомысленной вертихвостки скрывается один из величайших умов современности, правда, направленный почему-то всегда на разрушение, а не на созидание. Тем не менее Наташе прощали всё на свете, ну как можно обижаться на эту тонкую девушку с огромными, удивленно смотрящими на мир глазами подростка!
Ну и последний член совета – Екатерина Воронцова и все, что о ней можно было сказать, заключалось в одном восхищенном вздохе – чудо как хороша! За одну только благосклонную улыбку Воронцовой было время, мужчины стрелялись по два, а то и по три раза в день, дуэльщики стояли в очередь – не успевали отгреметь выстрелы первой пары, как уже на позицию заходила следующая. За разрешение поцеловать ручку спускались миллионные состояния, по копеечке собираемые поколениями предков еще в тех, полновесных царских деньгах, и даже кончали с собой, получив отказ. О таких говорят: роковая женщина, и умные мужчины всегда предпочитали держаться от нее подальше, вот только много ли тех умных, особенно когда гормоны полностью блокируют разум, а предмет твоих страданий целая Фокусница! Как сказал поэт, правда, по другому поводу, но в точку: иных уж нет, а те далече.
Сегодня в Совете рассматривался только один вопрос, уже какое-то время бывший неизменной повесткой дня всех их встреч: что делать с молодым Виноградовым, с безумной по обычным меркам скоростью взлетавшим по ступеням благодати и бравшим один дар за другим, словно таская конфеты из буфета бабушки?
***
– Можешь объяснить, что случилось? – обратился председатель Евгений Шуйский к Волконской.
Та было захлопала своими огромными ресницами и раскрыла удивленные глаза девочки-девятиклассницы, но вовремя опомнилась, взгляд потускнел и теперь, если бы кто заглянул в ее глаза, очень удивился несоответствию между глазами много повидавшей на своем долгом веку женщины, и лицом юной красавицы. Впрочем, так они могли позволить себе расслабиться только среди своих, да и то далеко не всегда.
– Я не понимаю, – развела руками Наталья, – все шло отлично. Он не мог в ближайшее время перешагнуть на ступень Фокусника. Этот дурак-печник крепко его приложил, он уже был почти в моих руках!
– Но? – нахмурился Евгений.
Волконская смутилась и тихо ответила:
– Но он стал Фокусником прямо там… и… что мог сделать даже не аватар, а лишь тупая проекция против полноценного Фокусника?
Шуйский сделал паузу и тихонько уточнил:
– То есть, ты не справилась с пустячным поручением?
Наталья вспыхнула и задрала подбородок вверх:
– Не смей упрекать меня! Это ты виноват во всем!
Евгений даже дар речи потерял на мгновение от такого нелепого обвинения, а остальные заинтересованно переглянулись, лишь Татьяна одобрительно хихикнула. Наконец, Шуйский справился с удивлением и холодно спросил:
– Что ты имеешь в виду?
– Что я имею в виду? – Наталья театрально взмахнула руками. – Только то, что Олег явно не один, здесь точно не обошлось без его папаши Гения. Ну, не может адам с такой скоростью двигаться по ступеням дара Демиурга! Вот я и думаю: а не специально ли ты подставил меня?