Игорь Власов – Операция Паломник (страница 45)
– Я уверен. – кивнул Кузнецов. Он вскочил на ноги и прошёлся вдоль пульта.
– Более чем уверен: у них в руках схема объединения накопителей в единый контур. Когда призраки появятся в следующий раз, нужно подсмотреть эту схему. Понимаю, предложение звучит безумно, но у нас нет лучшей подсказки, и вряд ли таковая предвидится в обозримом будущем.
– Кто тут обо мне вспоминал? – к мужчинам подошла Аннет. – Всем, кто не переносит вида упаковок пищевого концентрата, посвящается. – она поставила на столик возле пульта поднос с тарелками. Блок настроек синтезатора пищи так и не удалось реанимировать. Мы с Линдой стряпали, как могли. Без изысков, но, думаю, вполне съедобно.
– Ну-у-у… – Готье потянул носом воздух. – Не нужно прибедняться. Пахнет не хуже, чем в хорошем парижском ресторане. Мы как-то с Евой… – он осёкся, помрачнел и уже молча взял с подноса тарелку.
– Так что вы обо мне говорили? – Аннет переводила взгляд с Сэмюэля на Владимира и обратно, словно ждала, кто же первым признается.
– Аннет, – начал Кузнецов, избегая смотреть на капитана. – Догадываюсь, что об этом неприятно вспоминать, но… Сколько раз ты видела Томаса и Радика после того, как… как произошла катастрофа? Если не хочешь, – поспешно добавил он, – Можешь не отвечать.
– Каждый день по несколько раз. – спокойно произнесла девушка. – Для меня это чуть ли не в ритуал превратилось. Даже за накопителями начала следить, чтобы знать, в какое время ждать гостей. Когда над пятым возникали какие-то оптические явления, вроде марева, струящегося перегретого воздуха, это служило признаком, что вскоре появятся Чертч и Шухарт. Днём марево особенно хорошо видно, а ночью над пятым накопителем я замечала странное свечение, напоминающее полярное сияние на Земле.
– Спасибо. Если позволишь, еще один вопрос…
– Может, хватит? – не выдержал Томсон. – Без ее участия, никак?
– Со мной все в порядке, Сэм. – одними уголками губ улыбнулась Аннет. – В том числе, благодаря тебе. Если Владимиру нужно о чём-то знать, моя память к его услугам. Я – исследователь, а не истеричная девчонка, которую напугали вампирской маской на вечеринке в канун Хэллоуина.
– Аннет, – воодушевленный ее предыдущими словами Кузнецов решился: – Ты никогда не обращала внимания, что написано, или нарисовано на том листе бумаги, который держит в руках Чертч? Я видел это всего один раз и заметил только изображение маятника.
– Я еще до начала эксперимента видела эту бумагу в кабинете Конрада Лоренца. Особо не вглядывалась, но могу сказать, что она собой представляет. От руки вычерченный план участка местности, где расположены накопители энергии. Есть там еще какие-то расчеты, но не поручусь, что поняла, какие именно.
– Чтоб меня… – еле выдавил Гарднер. Рот наполнился вязкой противной слюной вперемешку с кровью, в голове звенело, в глазах двоилось. И это при том, что пилотское кресло обеспечивало лучшую защиту от перегрузок и болтанки, чем пассажирские сиденья. Стефан скосил глаза на Маккейна и поразился выдержке Джона, тот, как ни в чём ни бывало, управлял винтолётом. Гарднера отчаянно тошнило. Решив, что ему только хуже при взгляде вперёд через лобовой обтекатель, Стефан развернул кресло.
– Дамы и господа, – хриплым голосом произнёс Маккейн, – мы попали в зону турбулентности. Воздержитесь от передвижений по салону, убедитесь в том, что ремни безопасности надёжно зафиксированы. Если у вас есть с собой незакреплённая ручная кладь, – он усмехнулся и с ехидцей продолжил: – то она, скорее всего уже превратилась в хлам. Контейнеры для мусора расположены…Честно говоря, дамы и господа, я понятия не имею, где они расположены на данном типе воздушного судна. Если зона турбулентности продлится еще немного, то наше воздушное судно станет одним большим мусорным контейнером…
Из тех, кто занимал пассажирские сидения, шуточки пилота мог оценить разве что Донован. Он сидел с выпученными как у глубоководной рыбины глазами, сжимая в руках свои очки. Щёки астробиолога тряслись в такт болтанке, но в целом он не выглядел человеком, пребывающем в прострации. Судя по всему, Пол пренебрег рекомендациями Маккейна и не стал использовать ограничитель движений головы. Сейчас Андерсон находился в бессознательном состоянии и беспомощно бился затылком при каждом резком движении винтолёта. Стефан не мог определить, насколько тяжело пришлось Ирен. Её хрупкую фигурку было почти не заметно из-за сидевшего рядом Донована. В редкие мгновения Гарднеру удавалось видеть её бледное лицо, и только по безвольным движениям кистей рук он догадался, что девушка без сознания.
Винтолётещё разок хорошенько встряхнуло, и после этого измученный вестибулярный аппарат Стефана смог отличить верх от низа. Не сказать, что это стало таким уж облегчением. «Геракл» летел в перевернутом состоянии, а пилот, казалось, совсем не замечал положения машины в пространстве.
– Маккейн… – промычал Гарднер, из его рта на потолок кабины полилась струйка окрашенной кровью слюны, – ты нас долго ещё будешь вверх ногами катать?
– О! Простите, задумался… – Джон встрепенулся, крутнул рукоять управления, заставив винтолётзавершить затянувшуюся «бочку». -Дамы и господа, мы успешно преодолели четвертый временной барьер. Ну, не то, чтобы совсем успешно. Емкость аккумуляторов упала до значения, не позволяющего совершить обратный перелёт без дополнительной подзарядки, если мы всё-таки рискнём совершить посадку в районе третьей базы. При сохранении текущей скорости до точки невозврата остаётся не более трёх минут. Ваши предложения?
Стефан хотел возмутиться такой постановке вопроса, но его опередил Джеймс:
– Мы не за тем летели, чтобы вернуться ни с чем. На третьей базе тринадцать человек, нуждающихся в помощи. Мы обязаны…
– Дело в том, – перебил его Маккейн, – что все, присутствующие на борту «Геракла» – гражданские лица, не связанные присягой, должностными инструкциями, либо ещё какими-либо обязательствами. Передо мной сейчас стоит дилемма: можно с лёгкостью угробить четверых, в призрачной надежде спасти тринадцать человек. Причём, угробить гарантированно, при относительно невысоких шансах на успех спасательной операции. Ещё неизвестно, что там действительно произошло на третьей базе, и живы ли ее обитатели.
– Четверых? – пробурчал Донован. – А себя чего не посчитал? Заговорённый от смерти? А по поводу людей на третьей базе… Сам же видел данные телеметрии со спутника.
– Данные телеметрии – недостаточно серьезное подтверждение. Стоило бы дождаться, когда спутник снова войдёт в зону устойчивой связи. На этой планете такая чехарда со временем, что я не удивлюсь, если мы получили сигнал, отправленный полсотни лет назад, или даже раньше. Показатели здоровья при угасании жизненных функций, например во время гипоксии, вызванной недостатком кислорода, будет выглядеть точно так же, как при анабиозе. Мне это очень хорошо известно.
– Прекрати!! – повысил голос Гарднер, не сумев сдержаться. – За каким чертом ты вызвался лететь, если сейчас уговариваешь нас вернуться?!
– Кто бы вас еще сюда доставил? – хмыкнул Маккейн, ответив вопросом на вопрос. – Мой богатый пилотажный опыт позволил сохранить в целости винтолет, но я не ожидал, что временные барьеры окажутся настолько катастрофичными для аккумуляторов. Проходим точку невозврата. Повторяю вопрос: летим дальше, или возвращаемся?
– Дальше. – одновременно произнесли Стефан и Джеймс, а мгновение спустя раздался слабый голос Ирен:
– Летим. Я всю свою сознательную жизнь ждала. И люди на третьей базе тоже ждут.
– Когда Томаса и Радика видели в последний раз? – спросил Кузнецов.
– Не знаю точно. – с сомнением покачал головой Томсон. – За сегодняшний день они появлялись, как минимум, дважды. Может, и больше.
– Строгой закономерности я не уловила. – сказала Аннет. – она посмотрела в сторону обзорного окна. – Трудно предположить, когда призраки покажутся вновь. Отсюда видны только первые четыре накопителя.
– Ну, это не беда. – Кузнецов взял в руки планшет. – Сейчас снова запустим мою самоделку в воздух, подвесим над пятым накопителем и будем ждать. Заодно попробую определить, что же там творится. А то, марево, понимаешь, полярные сияния…
– Некогда мне просто так ждать. – Томсон поднялся со стула. – Пьер, пока Володя разбирается в ситуации, нам вдвоём придётся готовить «Стрекозу» к старту.
– Что там с двигателями шаттла? – спросил Готье. – рассинхронизацию удалось преодолеть? Владимир, я тебя спрашиваю!
– А? – Кузнецов был поглощён управлением квадрокоптера и отозвался не сразу. – Да-да… Всё там уже в порядке. Малышка справилась… Так-так-так, а мы всё ближе и ближе. Что за… вы только взгляните на это!
Он подключил изображение с камеры на центральный экран. На фоне тёмного ночного неба верхушка пятого накопителя сверкала, будто открытая сцена, на которой происходило грандиозное концертное шоу. Вспышки света, разноцветные сполохи, и впрямь похожие на атмосферные явления, наблюдающиеся на Земле в полярных широтах. Вскоре картинка засбоила, чего не наблюдалось, пока квадрокоптер не приблизился к накопителю вплотную.