Игорь Вереснев – Стратегия света, тактика тьмы (страница 52)
Она начала перекладывать «учебные пособия», подробно объясняя, где и как их следует собирать. Максиму присесть не предлагали, сделать это самовольно он не решился. Наблюдал за мамкой стоя, честно пытался запомнить, что к чему, но запутался через десять минут. Конг сопел от старательности, то и дело скреб макушку, силясь активизировать мыслительный процесс. Судя по озадаченной физиономии великана, получалось не очень. На счастье, предназначался урок не им, а Зире. Может, у женщин природные способности к огородничеству и собирательству?
Урок длился без малого час. Когда мамка Горха замолчала, Зира поблагодарила и осторожно заметила:
– Это хорошая пища, но малопитательная. Наш раненый потерял много крови, ему надо мяса…
Мамка оскалила зубы:
– Если самец стал обузой, забейте его и разделайте. Ему не мучиться, и вам сытная еда.
Максим передернул плечами от предложения. Мамка не издевалась над ними, не злорадствовала, гвыхи практиковали каннибализм. Но все же…
– Моя наука закончена, теперь уходите! – мамка Горха повысила голос. – Чужакам не место в стойбище.
Она повернулась к своей помощнице, велела:
– Сыщи кого из молодых, скажи, пусть отведет чужаков короткой тропой к реке.
Поняв, что переговоры закончены, друзья повернулись вслед за младшей мамкой, но предводительница обладала не только острым зрением, но и отменной памятью:
– Эй, вы обещали дать ножи.
Максим и Зира переглянулись. Два крепких железных ножа, пусть и выкованных в примитивной кузнице Королевской Твердыни, – несоразмерная плата за рассказ о корешках и зернышках. Но делать нечего. Они полезли в сумки, вынули ножи, положили на подстилку перед мамкой. Та взяла один, провела пальцем по лезвию. Подтвердила:
– Хороший нож.
– Мы еще принесем, если дадите нам немного мяса… – заикнулась было Зира.
Мамка гаркнула:
– Пошли отсюда! Чтоб я вас больше не видела.
Долго искать провожатую не пришлось. Ей оказалась та самая молодая гвыхиня, что встретила их возле кладовой. Кажется, она специально поджидала пришельцев, наблюдая издали за их беседой с мамкой. По стойбищу шли молча. Лишь когда миновали коптильню, и живот Конга громко заурчал в ответ на долетевший оттуда аромат, провожатая спросила насмешливо:
– Что, красавчик, есть хочешь?
– Хочу, – честно ответил Конг.
Наверное, он надеялся, что гвыхиня сжалится, поделится хоть маленьким кусочком. Но вместо этого услышал:
– Оставайся у нас, будешь не Черноруким, а Длиннопятым. Зачем тебе идти с голокожими? Станешь моим мужчиной, деток наделаем. Ась?
Конг не ответил, насупился. Разочарованная гвыхиня замолчала надолго. Максим думал, что больше она и слова не скажет. Однако, когда прошли поляну с поваленным деревом, гвыхиня вновь заговорила, видно, очень уж ей парень приглянулся:
– Ладно, так и быть, дам я тебе мяса.
Конг остановился как вкопанный при этих словах. Гвыхиня хрюкнула насмешливо.
– Не сейчас, глупый! Сейчас мамки не позволят. Отведи голокожих за реку, потом вернешься. Когда все спать улягутся, я попрошусь еду стеречь. Тогда и придешь, деток мне делать будешь, я тебя за это накормлю от пуза. Понял, красавчик?
Конг поскреб пятерней макушку, покосился на Максима, на Зиру, ища совета. Зира кивнула, и Максим кивнул. Пусть парень развлечется и покушает заодно, кому от этого плохо?
– Мой понимать, мой приходить, – согласился Конг. Тут же задал разумный вопрос: – Как мой узнать, когда мамки спят?
Теперь провожатой пришлось скрести макушку. Придумала, осклабилась довольно:
– На поляне метку тебе оставлю. Почуешь мою метку?
Конг тоже осклабился, стукнул себя кулаком в грудь:
– Мой почует! Хороший метка, вкусный! – Сразу уточнил: – Скоро мамки спать станут?
– Не скоро, не спеши. Раньше придешь – на поляне жди, дальше не суйся.
– На поляне боязно, – покачал головой великан. – Ваши мужчины увидят, бить будут.
– Глупый! Говорила: нет мужчин в стойбище. Зверя нет, охота плохая, мужчины в дальние леса ушли. Скоро вернутся, еды много принесут, пировать будем!
Короткая тропа в самом деле оказалась таковой, – всего два часа, и они на берегу реки. Гвыхиня дождалась, пока пришельцы переправятся, и растворилась в зарослях.
В лагере за время их отсутствия не случилось ни хорошего, ни плохого, даже Жакан, накачанный лекарствами, еще не очнулся. Единственно, Рен-Рендук сумел успокоить людей, так что на совете в этот раз сидели только командиры троек. Конга король к обсуждению результатов дипломатической миссии не допустил. Резон в этом имелся, – согласился Максим.
После слов о хранилище с копченым мясом бойцы зашушукались воодушевленно, но, когда юноша дошел до урока ботаники и передал слово Зире, перешептывания сменились угрюмым молчанием. Договорить вирийке не позволили. Хребтолом прорычал зло:
– Значит, они дичь жрать, а мы траву щипать, будто кролики?
– Если гвыхи не разрешают охотиться, может, согласятся дать мяса из своих запасов в обмен на ножи? – спросил Рен-Рендук.
– Я предлагала, – пожала плечами Зира. – Просила мяса для раненого. Их предводительница отказала категорически.
– Посоветовала самца на мясо забить, – ляпнул Максим. И прикусил язык, сообразив, что этого говорить не следовало. Поздно.
– Жакана на мясо?! – взвился Хребтолом. – Да пусть сами друг друга жрут!
– Чего мы вообще с этими людоедами разговоры разговариваем? – поддержали его стражники. – Много чести!
– Правильно! Идем на охоту, и баста!
– Пусть попробуют помешать!
Бойцы распалились не на шутку. Рен-Рендук слушал их, и на губах его играла довольная усмешка. Позволив выпустить пар, он поднял руку, призывая к вниманию. Когда вновь установилась тишина, произнес:
– Вы невнимательно слушали старшего проводника, друзья мои. В близлежащих лесах зверя нет, охотиться не на кого. Разве что на кротов, если кто-нибудь знает, как их достать из-под земли. А если мы переправимся через реку и пойдем в глубь территории гвыхов, то неминуемо сами окажемся дичью. Эти существа людоеды, да.
Стражники уныло опустили головы.
– Так что, нам и впрямь корешки жевать? – спросил Хребтолом. – Охлянем, пока до двери дойдем.
Улыбка Рен-Рендука сделалась шире.
– Мне кажется, у старшего проводника есть план получше.
План у Максима действительно был. Забрезжил в голове, когда они возвращались из стойбища и молодая гвыхиня подбивала клинья под Конга. Только юноша вовсе не был уверен, что план этот безукоризненный. Посоветоваться бы с Зирой и Огницей, однако случая не представилось, а Рен-Рендук смотрел так пристально, словно дырки в голове просверлить пытался. Максим сознался:
– У гвыхов есть запасы мяса. Пока они будут спать, мы можем немного… позаимствовать. Кладовая стоит в стороне от жилья, можно подкрасться незаметно.
– Они что ж, не охраняют свое стойбище? – недоверчиво спросила Огница.
Пришлось рассказать, как можно «нейтрализовать» караульную при помощи Конга. На лицах стражников появились ухмылки. Похоже, план многим нравился. Лишь княжна не унималась:
– Ладно, украли мы мясо. Дальше что? Они погонятся за нами, когда пропажу обнаружат.
Добрийка глядела в самую суть, это был ключевой момент плана.
– Некому гнаться! – торжественно объявил Максим. – Мужчины племени ушли на охоту в дальние леса. Да, их женщины тоже умеют драться. Но их забота оберегать мамок и детей, они не отходят далеко от стойбища. Это во-первых. А во-вторых: пропало несколько кусков мяса, так что? Голод племени не грозит, скоро вернутся охотники с богатой добычей. Гвыхи могут быть свирепыми. Но при этом они непосредственные как дети и не злопамятны, – я знаю, я жил в их племени. Когда охотники принесут добычу, гвыхи первым делом устроят пир, празднество. О нас они попросту забудут. Или поленятся догонять. Да и будем мы к тому времени далеко.
– Коли так, коли в логове одни самки с детенышами, – Хребтолом осклабился, – тогда, пожалуй, выгорит дельце.
Бойцы уже не ухмылялись украдкой, – улыбались во весь рот. И Огница улыбалась, и даже Рен-Рендук растянул губы. Максим тоже невольно улыбнулся… и наткнулся на взгляд Зиры. Вирийка не улыбалась, на лице ее читалось сомнение.
– Маакс предложил интересный план, – произнес Рен-Рендук. – Королю нравится. Зови своего гвыха… нет, позже объяснишь ему.
Он начал делить обязанности:
– Поступим так. Наш гвых отправится на поляну идождется, когда самка подаст условленный знак. После этого он отведет ее подальше от стойбища и будет… развлекать, сколько потребуется. Маакс, дай ему свой говоритель и научи пользоваться, чтобы он сообщил нам, когда путь будет свободен. Хребтолом, отбери две тройки, – самых надежных! – пойдете с проводником…
– Зачем так много? – удивился Максим. – Пару человек достаточно.
– Я пойду с ним, – поддержала Зира.