Игорь Вереснев – Стратегия света, тактика тьмы (страница 38)

– Смотри-ка, грамотная. Так кто вы такие? Откуда взялись?

– Да что ж непонятного-то, Жакан? Из двери они явились, ясное дело, – чернявый сам ответил на вопрос напарника. – Вишь, одежка не нашего покроя. И волосатого с собой ведут, а в Добрии такого зверья с дедов-прадедов не водилось.

– Эк вас, молокососов грамотных, развелось, – отмахнулся тот, кого назвали Жаканом. – Понятное дело, не наши они, из другого мира явились. Только где мы, и где ближайшая дверь? Может, их зеленые подослали? Ишь, тарелкой разбитой интересуются.

Впрочем, злости в его голосе не было и строгость выглядела напускной. Максим ответил миролюбиво:

– Тарелкой мы не интересуемся, просто она дорогу перегородила.

– А за каким делом вы сюда полезли? Что в горах ищете?

Юноша хотел придумать какой-нибудь обтекаемый правдоподобный ответ, – рассказывать историю о дирижабле не хотелось, – но Огница была настроена решительно. Видно, снова ощутила себя княжной и офицером стражи.

– А по какому праву ты спрашиваешь? Или, может, вы стража дверей?

Бородачи переглянулись. Чернявый гыгыкнул, будто услышал забавную шутку. Ответил:

– Кому нынче эти двери нужны? Кто хочет теперь по Добрии шастает, хоть коротышки, – не жалко, лесов много. Мы стража Королевской Твердыни, во! – Пояснил приятелю: – К королю они идут, ясное дело. За чем иным сюда людям приходить?

– Ты, Пырей, думай, что говоришь! Если они из чужого мира, то откуда о нашем короле знают? – не унимался седой.

– Так и король родом из другого мира. Мож, это его земляки? Да ты сам у них спроси!

Огница не дожидалась, пока ее опять начнут расспрашивать, опередила стражей:

– Это король тарелку подбил?

– Он самый! – с готовностью подтвердил Пырей. – Спаситель наш и благодетель. Ежели б не он, зеленые весь народ перевели бы.

– Сильно они вам докучают?

– Так не суются больше. Как король тарелку их из огнебоя сшиб, так и нос больше сюда не кажут. Три года уж не видали их в Добрии.

– Три года? – усомнилась княжна. – И те, что в яме, три года лежат?

– Какие и поболе. Мы их всех тудыть скидывали, чтоб у детишек на глазах не валялись. Человечьи мертвяки давно б сгнили, а этим хоть бы хны. Одно слово – нежить! Так откуда вы нашего короля знаете?

Огница приосанилась, сообщила:

– Не только мы его, но и он нас хорошо знает. Ты угадал: эти двое – земляки короля, из Вирии родом. А я из Добрии, только давно меня на родине не было, по мирам путешествовала. Вот вернулась и веду к королю друзей его. Огница я, дочь князя Лестовица из Древца. Слыхали про такого?

– Князь Лестовиц… – чернявый почесал затылок. – Вроде был такой в давние времена, да сгинул со всей родней…

– Что ж ты брешешь?! – внезапно накинулся на него Жакан. – Еще грамотного из себя строишь! Лестовиц из Древца – это ж был брат королевы.

Теперь опешила Огница.

– Что? Зоряна – королева? Она здесь?

– Где ж ей быть! – поспешил подтвердить Пырей. – Жива и здравствует. Коли вы самого короля родичи и друзья, так мы вас не задерживаем, проходите.

Огница, а за ней и остальные, двинулись было дальше по уступу, но Жакан вдруг опомнился, крикнул:

– Стой! Ты куда их отправил, дурья башка? Они же тайную дорогу в Твердыню не знают. Не ровен час, сверзятся со скалы. Ты тут присматривай, а я их отведу к королю.

По едва приметным ступеням, выдолбленным в камне, он перебрался на уступ, по которому шла четверка друзей, пристроился в голове колонны рядом с Огницей. Поинтересовался у княжны:

– Вы, случаем, глушил с собой не принесли?

– Нет, – поспешил ответить Максим. Почему-то обидно было, что княжну принимают за главную в их отряде.

– Жаль, – искренне огорчился стражник. – Полезная вещь. В наших зарядов совсем не осталось.

– Зачем же таскаешь с собой разряженный? – удивилась Огница.

– Король посоветовал, чтоб дураков пугать. В лесах много народа бродит. Что такое глушило, всяк знает, – после войны-то, – да мало кто сообразит, что прежде, чем пугаться, на огонек зеленый глянуть надо.

Максим догадался, о каком-таком короле речь, но не понимал, зачем Огница ведет отряд к нему. Они ведь собирались добраться до Главца, а оттуда прямая дорога к первой двери с карты Инженера. Почему она ни с того, ни с сего план поменяла, не посоветовавшись? На душе от этого было неприятно.

Зира ни о чем не догадывалась. Спросила в полголоса:

– Что за король? Откуда он нас знает?

Вопрос адресовался Максиму, но Огница его тоже услышала. Оглянулась, сообщила снисходительно:

– Король Рен-Рендук. Вспомнила, знаешь такого?

– Магистр? Так он здесь?

Максиму показалось, что в голосе вирийки прозвучало не только удивление, но и радость. От этого сделалось еще неприятнее.

Глава 3, в которой Максим играет роль королевского гостя

Королевская Твердыня оказалась пещерным городом, частично естественного происхождения, частично выдолбленным в толще плато. До города вранов, некогда мельком виденного Максимом, ему было далеко. Но это и был не столько город, сколько крепость, скрытая от посторонних глаз. Друзья поняли, что проводник доставил их к «городским воротам», лишь когда из-за выступа скалы над головой окликнули:

– Кого привел, Жакан?

– Родичи и друзья короля, из другого мира пришли. Покажи им, куда идти, а я на варту.

Из укрытия спустился еще один страж, такой же бородатый и нечесаный, повел по пещерам, лестницам, переходам. Сколько народа живет в Твердыне, определить было невозможно, – бледные осунувшиеся лица выглядывали из ответвлений и закутков, фигуры в шкурах или лоскутных одеяниях, – остатках былой задверной роскоши, – попадались навстречу, жались к стенам, почтительно уступая дорогу. С водоснабжением в Твердыне было неважно, с канализацией вовсе плохо, – чад жировых светильников не мог забить тяжелый запах. Зира начала кривить нос первой, потом и Огница насупила брови. Даже Конг удивленно нюхал застоявшиеся ароматы. Впрочем, страж провел их глубже и выше помещений общего пользования, в королевские чертоги. Как ни странно, в глубине пещерного города воздух оказался чище. Максим удивился такому обстоятельству. Еще сильнее удивился, когда увидел впереди свет. Пусть неяркий, рассеянный, но несомненно, солнечный. Единственное объяснение: вентиляционные и световые колодцы, выходящие к поверхности плато.

– Туда теперь идите, – махнул рукой в сторону света провожатый.

Путники вышли в довольно обширный зал. Это была самая настоящая пещера, стены которой местами подровняли, местами задрапировали рваными, обожженными по краям гобеленами, наверняка доставленными сюда из разрушенных княжеских дворцов. Куда идти, друзья не знали, потому переминались с ноги на ногу, разглядывая картинки на гобеленах, когда один из них резко отдернулся в сторону, и в зал вбежала девочка-подросток. Тоненькая, нескладная, голенастая, с узкими плечиками, одетая в латанные штаны и рубаху-безрукавку. Черты лица Максим не разглядел в тусклом освещение, но, когда девчонка выскочила на середину, волосы ее в столбе света блеснули золотом.

– Огница? – окликнула она. Сделала несмелый шаг к княжне.

Та удивленно уставилась на девчонку. Вдруг брови ее приподнялись, рот приоткрылся, губы сложились в букву «О».

– Лучик? – спросила недоверчивы.

Шагнула навстречу, развела руки в стороны. Девчонка бросилась к ней, повисла на шее. Огница обняла ее крепко, оторвала от пола, приподняла. Но сразу же поставила обратно.

– Да ты большая какая выросла, прямо невеста!

– Мне пятнадцать годов уже сравнялось, – гордо подтвердила девочка.

– Пятнадцать? – Огница снова округлила глаза. – Тебе же восьми не было, когда мы последний раз виделись!

– Так то когда было! Еще до войны. А уж сколько лет минуло, как мы зеленых побили.

Девочка стрельнула глазками в сторону остальных гостей. Огница спохватилась, принялась знакомить:

– Это мои друзья: Макс, Зира. Я с ними по мирам путешествую. А вон тот большой – Конг.

Девочка посмотрела на гвыха с интересом, но без опаски. Спросила с сомнением:

– Он что, тоже человек?

– Да… почти. Он не понимает наш язык.

– Мой понимать! – обиделся здоровяк, и Огнице пришлось поправить себя:

– Вернее, понимает, но сказать не может. И он очень сильный. – Она повернулась к спутникам: – Это Лучик, моя двоюродная сестрица. Ее мама, Зоряна, младшая сестра моего отца, а отец – князь Славмир, правитель Большого Ковшня.

– Батюшки нет давно, – грустно сообщила девочка. – Как зеленые на Добрию напали, он дружину собрал и сражаться пошел. Неизвестно, что с ними случилось, никто с той битвы не вернулся. Мама поняла, что город нам не удержать, увела всех в лес. Только от тарелок и в лесу не сильно-то спрячешься, поэтому она повела людей в горы, к пещерам. Дошли до Главца, а дальше редколесье и пустыри. Верно, не добрались бы мы до гор, если бы не король Рен-Рендук. Он с дружинниками крепость в Главце до последнего удерживал. Но когда мама ему о пещерах рассказала, сразу согласился, что она правильно придумала там укрыться. Пошел вместе с нами, тарелки зеленых огнебоем распугал. Так мы здесь и оказались. Пещеры превратили в Твердыню, начали уцелевших людей со всей Добрии созывать. Мама с Рен-Рендуком повенчались, чтобы старую княжескую власть с новой королевской соединить и вместе править. Иначе зеленых не одолеть было.

Девочка произнесла это так серьезно и бесхитростно, что Максим спросил ехидно: