Игорь Углов – Кайран Вэйл. Академия Морбус (страница 10)

Он говорил так, будто вскрывал лягушку на столе для препарирования. Это было неприятно, но хотя бы честно.

— Твоя точка зрения? — спросил я, сворачивая в более узкий коридор, ведущий к следующей аудитории.

— Практическая. С такой «особенностью» тебя либо списывают в архив пылесосить книги к концу первой недели, либо… находят способ её компенсировать. В конце концов, мы же не в благотворительном заведении для магических инвалидов. Здесь ценят результат, а не чистоту эксперимента.

Я остановился и посмотрел на него.

— И как, по-твоему, её можно компенсировать?

Леон пожал плечами.

— Если не можешь производить, можно создать иллюзию производства. Есть артефакты — подпорки, костыли. Маленькие аккумуляторы, которые по команде выдают стандартный магический импульс. Сгодится для сдачи базовых нормативов. Для спаррингов, разумеется, нет. — Он посмотрел на меня поверх стёкол очков. — Но тебе, я смотрю, не до спаррингов. Тебе бы с «Искрой» разобраться.

Он говорил правду. Без такого «костыля» я был ходячей мишенью.

— И где взять такой… костыль?

— У Оскара, — Леон кивнул в сторону дальнего конца коридора, где, если я не ошибался, находилась их зал. — Бридж… Руки у него золотые. Чинит всё, что шуршит, светится или пытается укусить. У него, скорее всего, есть пара бракованных или учебных «образцов». Денег он не возьмёт. Да и не в ходу они тут. Но у него свои тараканы. Он любит… обмениваться услугами. Особенно если услуга избавляет его от головной боли.

— Откуда ты это всё знаешь? — высказал я, то, что крутилось у меня на языке.

— Хожу, гуляю… слушаю. — пожал он плечами. — знакомлюсь с интересными адептами. В общем не сижу на месте.

— Леон, тебе место в Доме Шёпота, ты знаешь об этом?

— Да… — отозвался он, и глаза его забегали. — У нас с кристаллом тоже возник спор на эту тему. Но всё же я попросил его копнуть глубже, и он усмотрел наследие Дома Костей. У меня предки тут были.

Сказав это, Леон развернулся и пошёл прочь, будто просто поделился нейтральной информацией о погоде. Его помощь не была бескорыстной. Он помещал меня в свою внутреннюю классификацию, как интересный образец, и теперь наблюдал, как я буду искать решение. Может, даже делал мысленные ставки.

Мне это было безразлично. У меня появился вектор.

Оскара Бриджа я застал в маленькой нише, отгороженной от общего зала переносной деревянной ширмой. Это была его мастерская. Воздух пах озоном, маслом и чем-то сладковато-едким — запахом расплавленного метала с примесью магии. Сам Оскар, коренастый и сосредоточенный, с руками, покрытыми мелкими шрамами и пятнами неизвестных веществ, ковырялся отвёрткой во внутренностях какого-то небольшого бронзового механизма, похожего на паука.

— Бридж? — позвал я тихо, чтобы не спугнуть.

Он вздрогнул и поднял голову. Его глаза, серые и практичные, оценили меня мгновенно.

— Вейл. Ты тот, у кого со схемами … проблемы. — Он отложил отвёртку и вытер руки о тряпку. — Леон нашептал?

— Намекнул, — подтвердил я. — Говорят, ты можешь помочь. Нужен «образец». Самый простой. Чтобы искру давал и щит элементарный.

Оскар хмыкнул.

— Могу. Не проблема. У меня как раз пара учебных «искр» валяется. Бракованные, но для показательных выступлений сойдут. — Он потянулся к ящику с инструментами и вытащил оттуда простой серебряный перстень с крошечным, тусклым кристалликом в оправе. — Вот. Заряда хватит на десяток слабых вспышек. Потом — в мусорку или ко мне на перезарядку. Что, впрочем, дороже нового.

Я протянул руку, но Оскар отдёрнул перстень.

— Цена, Вейл. Деньги мне не нужны. Они здесь вообще ничего решают. — Он кивнул на груду хлама в углу ниши. — Видишь ту шкатулку? Чёрное дерево, инкрустация слоновой костью. Красивая, да? Она последние полгода каждую ночь в три часа начинает… выть. Тихим, противным таким воем. Как душа, которую забыли похоронить. Мешает спать. Отправляет в дрожь все механизмы в радиусе пяти метров. Я и заклинаниями давил — бесполезно. Но вот прикасаться к ней, значит коснуться самого призрака. Говорят, твой конёк — разбор всякой… скверны на части.

Он посмотрел на меня прямым, не моргающим взглядом.

— Разбери её. Выключи этот вой. Сделаешь — перстень твой. И, возможно, доверие. Не сделаешь… Ну, считай, мы не знакомы. И в следующий раз, когда у тебя на практикуме что-то «взорвётся», я вряд ли смогу починить твои собственные, хм, механизмы.

Он положил перстень на стол рядом со злополучной шкатулкой. Выбор был прост, как удар ножом: либо я беру в руки неизвестную, явно проклятую хреновину и рискую либо взорваться, либо выдать свою природу при её «разборе». Либо я выхожу отсюда с пустыми руками и иду на следующий урок, где мой голод снова сделает меня посмешищем и потенциальным изгоем.

Я посмотрел на шкатулку. Она лежала безмолвно, но я уже почти физически чувствовал ту тошнотворную, застывшую печаль, что исходила от неё. Это была не просто порча. Это был след. Сильный, старый и голодный.

Мой собственный голод, до этого требовавший чужой магии, на секунду затих насторожившись. Потом повернулся к шкатулке с… любопытством?

Я вздохнул.

— Ладно. Давай попробуем? — ответил я. — Как ты мог заметить, маг из меня пока никакой, но родовой Дар со мной, и он работает независимо от моего умения обращаются с эфиром и техниками.

— Я бы её унёс, но мне не хочется повторять те незабываемые ощущения могильного холода. — ответил он, и кивнул на шкатулку. — И никто не хочет.

Я потянулся к артефакту, ощущая в нём заряд магии, да это было не Тепло, но Голод не сильно привередлив, когда он голодный, а выбора нет. Прямо, как сейчас, когда хочется коснуться этого тёмного артефактора.

— Одного прикосновения хватит, чтобы ощутить какой-то замогильный холод. — Предостерёг Бридж, он оказался рядом, наблюдая за моим движением…

И я резко коснулся пальцами тыльной стороны ладони.

Ай!.. — воскликнул он, с ужасом посмотрел на меня. — Такие же холодные!

Я лишь пожал плечами, и коснулся шкатулки. Для меня она была тёплой, и магия влилась в меня, по ощущениям, как «половина Солерса». Я аж вздохнул полной грудью от облегчения. На какое-то время этого хватит.

— Готово, можешь пользоваться. — улыбнулся я.

— Так, и… что там было? — оживился Бридж. — Проклятье, осколок души, зачарование на крови?

— Не знаю. — развёл я руками.

— Э… — подвис парень. — Но ты же Вэйл!

— Ну, ты знаешь, Родовой Дар в моём случае не принёс знаний о том, как разбирать техники и их читать. Именно поэтому я поступил сюда.

Бридж задумчиво посмотрел на меня, и кивнул. Осторожно коснувшись шкатулки, он начал осматривать её. Взял в руки, покрутил перед глазами. Я даже ощутил, как он влил немного маны туда, но ничего не произошло.

— Не понял? — отозвался он, и влил больше маны, но она вся вышла через поры дерева. — Вэйл, я не понял, ты вообще все плетения там внутри разрушил?

— Откуда ж мне знать? — вновь пожал я плечами, и вернулся к столу, где лежит кольцо. — Ты просил развеять проклятие. Проблемы больше нет.

— Артефакта больше нет! Это теперь простая шкатулка! — подскочил к столу Бридж, и буквально из-под моих рук, выхватил со стола кольцо. — А проблемы?.. Всё зависит от настроения моего наставника.

— Бывает… — хмыкнул я. — В следующей раз попробую тоньше действовать.

— Только не с моими артефактами. — ответил он. — Сделка отменяется.

— Дорогой артефакт был? — уточнил я.

— Бесценный!.. В смысле у него было цены. Но он был древним!

Бридж всем своим видом показал, что меня для него больше не существует, и я покинул его кабинет. Да и время уже поджимало, и я поспешил на следующий урок.

Но я не сделал и трёх шагов по коридору, как меня догнал запыхавшийся Марк Дьюс, наш тихий сосед с веснушками. Его лицо было бледным, глаза огромными от ужаса.

— Кайран! — он схватил меня за рукав, дрожа. — Ты… ты там что-то делал?

Лёд сковал мне спину, и я вспомнил его особенность — Чувствующий эхо.

— Ничего особенного. Попробовал помочь с одной штукой.

— «Ничего особенного»? — он прошептал, озираясь, будто боялся, что стены подслушают. — Я… я просто шёл мимо. Я же чувствую остаточные эмоции, помнишь? Так вот… оттуда, из кабинета… на меня волной накатило. Сначала — старый, старый ужас. Прямо древний, ледяной. А потом… — он посмотрел на меня, и в его взгляде был чистый, животный страх, — …а потом пришло что-то другое. Что-то… голодное. Пустое. Оно это всё… съело. И после этого осталась такая тишина… Мёртвая тишина. Хуже, чем был ужас.

Я лишь непонимающе посмотрел на него.

— Я ничего никому не скажу, — быстро затараторил он. — Клянусь. Просто… пожалуйста. Больше не делай этого рядом. Мне потом ночью всякое… сниться будет.

Он развернулся и почти побежал прочь, оставив меня стоять в пустом коридоре.

Теперь меня боится и в меня всматривается не только Леон-аналитик. Теперь меня почувствовал и другой сосед. И почувствовал не «слабость», а саму суть моего голода. Никогда не обращал внимание на это, и как же повезло, что за прошлый год, не встретился ни один из таких как он.

Этот случай в очередной раз напомнил мне, что нужно быть осмотрительным, всякий раз, «перед трапезой».

Следующий урок полезнее чем предыдущий. «Укрощение потока», и мне наполненному сейчас маной, куда проще выполнять задания профессора Спируса. Мне даже удалось стать едва ли не лучшим учеником за урок, и набрать немало баллов. На удивление всего класса…