Игорь Стефанов – Просто верь (страница 1)

Просто верь

Глава

СААБ-тур. Питерский синдром

Из цикла «Просто верь»

Как всё начиналось

Как известно, Змездин не так давно нанёс полуофициальный визит в колыбель трёх революций по своим чисто медицинским делам. Инициатором и информационным спонсором визита выступил широко известный в узких околонаучных кругах меценат, бессеребренник, ретроград и футурист SD, в пьяном бреду называющий себя Ноевым Ковчегом российской науки, Троянским Конём корейской технической революции в России и Вавилонской Башней СААБерского движения Санкт-Петербурга.

Об этой, на самом деле, жалкой и ничтожной личности далее и пойдёт речь, так как практически весь мой визит был отравлен и насквозь пропитан ядом, источаемым этой пригретой на моей широкой (в переносном смысле) груди змеёй. Точнее — зелёным змеем.

Транспортный вопрос

Началось всё с того, что я был посажен в грязное, абсолютно неисправное (типа «жена надысь заезжала в гараж и снесла левое зеркало») и практически не подлежащее восстановлению транспортное средство, которое вышеупомянутый SD, исходя из своих туманных соображений, почему-то называет СААБом. Ну лана, мы даже в Опелях не плачем.

Едем в храм, бля, российской науки — LG Soft Lab. Я с трудом сдерживаю глубокое внутреннее волнение, с трепетом думаю о том, что сейчас моя не успевшая как следует отмыться в поезде грязная рука ляжет на ровный пульс российской науки. Шо бы вы думали? Имеют в виду люди, когда говорят слова типа «я работаю самым наиглавнейшим начальником всего, по-ихнему, R&D или, по-нашему, НИИ»? Они имеют в виду две жалких комнатушки под крышей, лабораторный стол начала века на литых чугунных ножках, привинченную к нему трубу, похожую на аппарат инженера Гарина из фильма с Борисовым в главной роли, и привинченный же к другому столу микроскоп.

Жоппинг и культурная программа

Дальше — больше. Добрый дядя дохтур сообщает мне, шо я полностью здоров, и у меня возникает большая куча свободного времени. Я грю: «Серёга, поехали твоего Порша гонять». Он грит: «Не, бля, старик, работы много, ты тут погуляй типа по городу, вечером соберём СААБеров, гулять будем, все дела».

Я грю: «Пойду тада жоппинг учинять». В ответ снисходительная усмешка потомственного интеллигента типа «у нас в Эрмитаже Пикассо на Пикассо висит и Дейнека погоняет, а эти москали тока и знают — жоппинг, колбаса, сыр, сосиски. Фи типа, какой у вас низкий вкус, сразу видать: чёрная косточка, не из наших, не из дворян».

Ну лана, иду от Шпалерной по Литейному в сторону Невского, по дороге прикупаю себе «Матрицу», бабе — «Эвиту». Иду прям до ст. метро «Достоевская», даже не заметив ентого ихнего жалкого Невского переулка (у меня, ш вы знаете, размах-простор-и-удаль). Лана! Возвращаюсь на маршрут, не спеша хиляю к Дворцовой, мимо всяких там Гостиных дворов, Аничковых мостов и прочих ихних так называемых достопримечательностев, прикупив ещё по дороге два потрясающих по силе воздействия техно-психоделических сидюка — «Bruno Creator» и «Narcotic Cyberorgazm».

Подойдя к бессмертному памятнику российской безвкусицы — Зимнему дворцу (архитектор расстрелян), думаю: «А мама шо до сих пор думает, шо я культурный? Дай зайду, окину взглядом ейных любимых пост- и просто импрессионистов на третьем этаже, заодно и погреюсь». Ан нет! Закрыт, подлец, для простых людей! Обошёл с набережной — хер, зашёл с Миллионной — те же яйца (то есть практически в буквальном смысле этого слова — я имею в виду от этих ихних атлантов из серого якобы мрамора)! Культурному человеку в городе делать нечего!

СААБеры и их пепелацы

Карочи, возвращаюсь в штаб-квартиру корейской разведки (Шпалерная, 36). Наконец, едем в злополучный «Сундук». Интерьер — три детских столика, семь квадратных метров, заказывать — тока у стойки, курить низзя! Народу — 7 человек. А ентот гад усосал 150 и сидит довольный. Посидели, покиздели, стали расходиться, смотреть СААБы.

Ну это, бля, ваще издевательство над машинами. Они у них не то что не помыты — половина ваще не покрашена! Я был в шоке.

Порш-924 — финальный аккорд

Ну и, канешна, последним штрихом был этот пресловутый Порш-924-Эксклюзив, придуманный стариком Поршем исключительно по просьбам и на средства германской буржуазии для смягчения классовой борьбы, шоб рабочим и крестьянам не обидно было. Сначала были отмазки типа «да лана, пошли сразу домой, да у меня тут свет не работает, тыры-пыры».

В конце концов на ультиматум «Или выгоняй Порша, или ща начнётся» была сделана робкая попытка запустить почти не видимый в гараже девайс (что это на самом деле, я так и не понял, врать не буду). Вместо мощного рыка мотора девайс ответил на аттемпт каким-то тихим жалким журчанием — чисто корейский ручеёк в ночи. Оправдано такое поведение было типа месячным стоянием в гараже без воздуха и севшим аккумулятором.

Я, канешна, не специалист по Поршам, но у меня, к примеру, «восьмёрка» (кличка «Крыся») стоит в гараже, я её иногда вывожу погулять, так у ней ниче не садится. А у Порша, вишь ты, садится.

Карочи, поймал Змездин Опеля да и укатил на вокзал.

Такие-то, брат, дела.

ГЛУБОКИЙ ШОК

Невротические танки

Строфы Рубоко

Новое прочтение перевода со старояпонского

Первое издание РУБОКО ШО (980–1020?) [Ночи Комати, или Время Цикад] (Токио, 1985) вызвало настоящий скандал в японской научной и литературной среде. Мультимиллионер и библиофил Ки-уо Кавабаки, публикуя купленный по случаю на книжном развале в Киото свиток пергамента X века, не ожидал ничего подобного.

Настоящее издание, названное «ГЛУБОКИЙ ШОК», является новым прочтением, которого уж точно не ожидал ни мультимиллионер, ни библиофил, ни сам издатель.

Если раньше прежде всего поражал жанр — эротическая танка, до последнего времени неизвестный в средневековой японской литературе, то теперь в первую голову, равно как и в ребро, поражает открывшийся новый смысл этих древнеяпонских текстов. Истинные СААБеры, конечно же, ни хера не знают ни о возникшем в XIV веке театре Но с его фривольными пьесами, ни о фарсах кэгэн, где с общественно-политическими и бытовыми мотивами часто сочетались довольно откровенные эротические сцены; многие даже не слышали о рискованной живописи Моронобу, Утамаро или Судзуки Харусигэ с их сладострастными, пластичными сюжетами; многим ваще всё это по хую, но — невротическая танка!

Разрабатывая малый жанр бесхитростных лирических излияний — танка («верное зеркало народных нравов», Конфуций) — поэт насыщал свои произведения тёмными намёками, скрытыми цитатами и заимствованиями из других авторов. Подобный приём рассматривался как литературный комплимент, но если раньше оценить такие стилистические реверансы мог только настоящий знаток обеих литератур — как японской, так и китайской, — то в настоящей редакции толкования издателя позволяют понять глубинный смысл этих текстов рядовому СААБеру. Благодаря титанической работе издателя над материалом раскрыты тёмные намёки, отброшены в сторону реверансы и экивоки, а то, что раньше было недосказано, высказано с пролетарской прямотой. Искусство, блядь, даже японское, должно принадлежать советскому народу, в первую очередь русскоговорящим СААБерам всей планеты.

Танки Рубоко отличаются резко выраженной субъективной окраской. Стихотворение чаще всего подаётся как динамическая реакция на любовное событие — реальное или вымышленное, но всегда остро переживаемое поэтом. Но нам, товарищи, на это положить с прибором. Нас прежде всего в этих древних текстах интересует их истинная подоплёка, а именно: какого, дорогие товарищи, хуя автор взялся за перо (или что у них там в древней Японии было). Как вы, дорогие друзья, увидите из приведённого ниже текста, ни хуя там у них в древней Японии не было, окромя тяжелеющих нефритовых стволов, вздрагивающих кораллов, распахнутых кимоно и СААБов. Судите сами…

× × ×

Все тихо

Только крики сторожей —

Стук колотушек, сладостные вздохи

Порою нарушают тишину

Гостиницы.

Комментарий: «Частенько СААБ просто молчит в ответ на повороты ключа зажигания. Скорее всего, у автора сел аккумулятор или окислились клеммы. В таких случаях попробуйте прочистить клеммы».

× × ×

Открывает багажник

Достает длинный шнур

Еще хранящий тонкий аромат —

Вот зыбкий мост

Между двумя мирами.

СААБы обычно ломаются вдали от станций техобслуживания, причём ломаются окончательно и бесповоротно, хотя по приезде на станцию могут и завестись как ни в чём не бывало. Поэтому лучше всегда возить с собой буксировочный трос.

× × ×

Отбросив кимоно

Уселась ты в «восьмерку»

От берега шестом я оттолкнулся,

Уплыл к далеким

Островам Пяти Озер.

Всегда лучше иметь простенькую запасную машину, так как иногда СААБ вообще отказывается ехать — чаще всего когда очень надо, по неизвестной причине.

× × ×

Рассыпалось ожерелье,

Слиняли кармин и сурьма,

В укусах твой рот,

А пышная некогда грудь

В царапинах от ногтей.

Особенно остро постоянные неприятности и геморрой с СААБом воспринимают женщины. Поэтому, если не хотите довести любимую до состояния описанного автором, подарите ей Хонду.

× × ×

Ты вскрикнула,

Найдя рукой РКПП,

И снова тишина —