Игорь Станович – Прощание с Гоа, или реанимация (страница 2)

Рак – не рак, но с Ольгиной поясницей у него мало что получилось. Вернее, достаточно, чтобы прекратить поездки к нему.

«Что-то я тебя не лечу, а только калечу», – честно и незатейливо сказал кришнаит после шестого сеанса.

Боли усилились, теперь добираться двенадцать километров от Моржима до Арамболя им приходилось с остановкой посередине маршрута. Жене необходимо было слезать с мотоцикла, расхаживать правую ногу, ибо боль становилась невыносимой от сидения.

Как раз после слов о «не лечу, а калечу» они собирались посетить небольшое сборище в Арамболе, пока нога и поясница снова на разболелись и оставался ещё обезболивающий эффект от массажа Джитендрии, сдобренный таблеткой анальгетика. Это была сходка иностранцев, проживающих в Гоа, причём русских среди этой компании практически не было. Всё происходило на дому у одного китайца, женившегося на голландке, безумно увлечённой экзотическими танцами. Впрочем, и повод для дневной вечеринки состоял в том, что она разучила несколько новых индийских танцев, и ей очень хотелось продемонстрировать своё искусство. Кто пригласил их в этот незнакомый коллективчик, почему они присели именно в этот отдельный кружок на подушке в самом углу двора, Артём так и не вспомнил в будущем. Видимо, все наши действия просчитаны и определены где-то наверху, что-то или кто-то направил их именно сюда. Потому что именно тут оказался датчанин, которого они впоследствии называли «старый викинг», потому что он и впрямь был на возрасте, худой и ростом под два метра, к тому же настоящий потомственный в натуре викинг.

– У вас, видимо, боли сильные в ноге и справа в пояснице? – спросил он их через пять минут после знакомства. – Я видел, как вы идёте, по походке заметно.

– Да уже не первый год проблема, – ответил за Ольгу муж. – Сейчас усилилось, мы уже немного в панике, что нам делать.

– Остаётся одно: ехать к Куку в Калангут, – резюмировал викинг. – Только он поможет, иголками, кровопусканием. У меня была схожая проблема, которая лет тридцать назад началась, а решить удалось только в прошлом году. Никакая медицина не помогала, всё опробовал. Два месяца по три раза в неделю к нему ходил на иголки и банки с кровью и сейчас раз–два в месяц заглядываю. Хоть и починил он меня уже, а хочется ещё здоровья набраться, я ведь старый уже, подъедают меня годы.

И датчанин нарисовал прутиком на земле схему проезда, где можно найти загадочного доктора в посёлке Калангут.

Как ни странно, но поиск китайца труда не составил, настолько доходчиво и подробно старый викинг изобразил схему дислокации клиники. Называлась она «Сад Куку Дзена». Кроме лечебного учреждения в него входил ресторан, который работал только вечером. Тут же жили сам доктор, бригада обслуживающего персонала родом из Непала, в количестве человек десяти-двенадцати (кто их считает), друзья и женщина-китаянка по имени Сэми, совмещающая в одном лице все связанные с работой и отдыхом своего босса обязанности. А также имелись гостевые комнаты для плановых пациентов и внеплановых знакомых великого китайца, прибывающих в гости неожиданно.

Пока Куку лечил Ольгу, Артём вызвался помогать китайцу, всё равно в клинике приходилось торчать несколько часов. Чтобы время шло быстрее, он стал вынимать из пациентов воткнутые Мастером иглы. В его обязанности входило чётко следить за временем, чтобы вовремя освободить пациента, ровно через сорок минут. Хоть большой науки в этом не было, всё же имелись свои нюансы и хитрости – подкрутка иглы, словно ставишь заключительную точку в лечении, очерёдность вынимания, всё имеет в медицине значение. Впрочем, освоить эту науку не составило большого труда. Но самое важное, что Артём почерпнул из работы ассистентом у восточного доктора, это принципы самой акупунктуры. Если снимаешь с иголок по сорок человек в день, то начинаешь замечать и запоминать различные точки, в которые Куку поставил иглы, закономерность сочетаний игл. Потом уже дело техники, выведать у доктора смысл комбинаций и точное место расположения точек. Именно с этого и началась у Артёма любовь к акупунктуре, плавно перешедшая в некую наркотическую зависимость. А впоследствии сделавшая его довольно известным доктором, имеющим клинику в Гоа, а также практикующим и в Москве. Но до этого были годы учёбы и непосредственно у Учителя, и на Тайване, где он сдавал экзамены и зачёты совсем стареньким дедушкам, учителям, у которых постигал ремесло и сам Куку. И строгое выполнение указаний доктора, когда можно было начинать тренироваться ставить иглы, начиная с себя, потом своей семье, потом друзьям и близким знакомым, но не взимая плату. И вот однажды настал день, когда Учитель разрешил ему заводить собственную практику со всеми вытекающими из этого обязанностями, ответственностью и материальной составляющей. Но к этому он шёл долгие годы.

Сентябрь девятнадцатого года выдался прохладным и дождливым, как и конец лета, только ещё холоднее. Известная частная офтальмологическая клиника располагалась в элитном жилом комплексе, прямо на въезде в Северное Бутово. Что подкупало своей близостью к дому нашего героя, благо добираться до неё возможно было пешком. Он неспроста предусмотрел этот момент, так как был наслышан от бывалых знакомых, кто уже проходил операции, что возвращаться домой желательно в сопровождении кого-нибудь и уж точно не за рулём.

Попав внутрь гостеприимного медицинского учреждения, как полагается, с вежливым охранником и двумя коробами бахил на входе, Артём проторчал на предварительном приёме в общей сложности часа три, за которые ему провели консультацию, выяснили проблемы с хрусталиком, накапали в глаза атропина, чтобы лучше разглядеть через специальный аппарат их содержимое. Ужасными приборами светили в глаза и делали красивые фотографии этого содержимого. По окончании бесплатного осмотра вынесли приговор, определяющий, что проводить манипуляции, а именно, вскрывать глаз и удалять хрусталик с последующей установкой искусственного, необходимо лишь с одним левым. Правый вполне ещё годен для восприятия окружающей действительности без радикальных вмешательств. Спасибо акупунктурным иголкам, которые последнее время он ставил себе раз в три дня, строго стараясь не нарушать это правило. Более того, он даже исправил себе остроту зрения на правом глазу. А вот с левым кроме операции поделать уже нечего. Хоть сама катаракта и не была столь серьёзной, но располагалась строго по центру глаза. Отчего при ярком свете или на солнце видел он им как будто через мутное стекло. Будто линзу какой-то хулиган потёр наждачной бумагой. С сумерками картина менялась. Левым глазом он начинал видеть чуть ли не лучше, чем правым, относительно здоровым. Так как в темноте зрачок расширялся, и мутное пятно уходило куда то в сторону. Однако когда он водил машину, этот эффект сводился на нет фарами встречных, слепящих его. Потому автомобилями последнее время он предпочитал пользоваться только засветло или в качестве пассажира, да ещё на заднем сидении.

– Сколько-сколько лет вашей катаракте? – Недоумённо спросила обследующий его доктор по имени Ольга, она несколько раз пропустила мимо ушей его рассказ, как и когда он заметил первые проявления недуга. Но, видимо, упоминание чемпионата Европы по футболу всплыло в её сознании, и она поняла, что произошло это так давно, что и быть подобного не могло. Совсем не могло, именно от слова – никогда.

– У меня муж конченый болельщик, я в курсе, когда турниры проходят, чемпионат Европы состоялся в восьмом году, это уже одиннадцать лет тому назад.

– Так почитай, уже больше, нежели одиннадцать, – спародировал старушечью лексику и голос Артём. – Почитай одиннадцать и три месяца, но далось мне это очень и очень непросто, а главное, больно! Кажный Божий день иголки себе в глаз тыкал и кровью весь исходил. Шутка. Насчёт крови шутка. С иголками не лукавил.

Он рассказал доктору принцип и систему лечения китайскими методами и даже пообещал подарить аюрведические капли против катаракты с нежным названием «Дришти», о которых речь уже шла выше. Потом, как водится, преподнёс озадаченной женщине свою книжку «Наследие восточной медицины».

– Ну, что, решаетесь на операцию? – Спросила выходящего от доктор-офтальмолога Артёма миловидная блондинка Олеся на ресепшене, которой за пару часов до этого он также подарил свою книжку, только уже не «Наследие …», ибо девушка не являлась медиком, а «Гоанские хроники», творение более житейское и подходящее не обременённым наукой представительницам прекрасного пола. Книжка лежала перед девушкой, с торчащей закладкой в самом начале томика.

– Решаюсь, но только на один самый слабый глаз. Один оригинальным, аналоговым необходимо оставить про запас, так сказать, – плохо видящим глазом подмигнул он томной красавице. – Мало ли что случится, вдруг хирург с похмелья, руки дрожать будут.

– Что вы, что вы, у нас такого не бывает! Ни одной рекламации за всё время существования клиники! И врачи наши отличные, все после них видят, как в детстве!!!

– Вы знаете, новорождённые видят мир вверх ногами, так что никому так не говорите. Мало ли что подумают. Шутка юмора у меня такая, извиняюсь, возрастное это у меня, – спохватился он, ибо девушка не всё может воспринять как прикол.