Игорь Соловьев – Тропами прошлого (страница 30)
Прошли молча, обуреваемые самыми разными чувствами. Сергей остановился лишь на мгновение, чтобы снять головной убор, отдавая дань мертвецам. Остальные, не произнеся ни слова, последовали его примеру.
Только когда кладбище осталось позади, люди понемногу вновь стали перебрасываться фразами, заинтересованно оглядываться, – любопытство брало свое.
Когда добрались до самого здания, пришлось удвоить усилия: начался заметный подъем местности вверх. Сооружение было словно врезано в склон огромного холма, за которым начинался более крутой скат, к нему жалась текущая внизу река.
– Постой, слышишь? – Грегори придержал Сергея за рукав.
Сокольских прислушался. Сначала ничего необычного он не услышал, но потом разобрал, как в шелест травы, тихий разговор научников, вплетается еще один, чужеродный звук.
«Кажется, движок работает. Ну да, точно». – Теперь он уже четко разобрал чуть приглушенное завывание дизеля со стороны речки. Звук нарастал. Поверхность воды была скрыта от глаз, так как лента реки находилась ниже и густо заросла прибрежной травой.
«Лодка, что ли, моторная идет? Странно».
– Ах, чтоб меня!! – вскрикнул Птица, когда наконец увидел источник звука…
Глава 12
Треща прибрежными кустами, из воды на берег выползла БРДМ-2, называемая в армии – «Бардак». Бронированная разведывательная дозорная машина – четыре мощных, цепких колеса; спроектированная для дальней разведки. Были у нее под днищем еще и выдвижные вспомогательные колеса для преодоления особо трудных участков местности. Техника имела отличную проходимость и даже могла плавать.
Броню «Бардака» густо облепили хорошо экипированные, вооруженные бойцы. Весь их облик смутно напоминал какой-нибудь иностранный «спецназ антитеррор»: темно-серые комбинезоны, навороченная разгрузочная система черного цвета, импортное оружие. На головах – гарнитура связи, лица закрыты масками-балаклавами с прорезями для глаз. Но, в отличие от военных, ни у одного из этих бойцов не было шлема. И бронежилетов тоже не было.
Сразу двое или трое десантников заметили научную группу и указали на нее остальным.
Сержанту Грегори хватило нескольких секунд, чтобы оценить обстановку.
– Внимание всем! Бегом в элеватор! Здесь, на открытой местности, нас положат, как куропаток.
Морпех был прав: случись стычка, группе нечего было противопоставить крупнокалиберному пулемету боевой машины.
– Кто это такие?? – крикнул Птица на бегу.
– Я не хочу даже этого выяснять, достаточно того, что я их не знаю и они не выглядят как регулярные силы ОВК. И подозреваю, что они здесь не просто так.
– Смотрите, вон второй! – прокричал Макс, показывая налево.
Метрах в двухстах от первой БРДМ выползла из реки вторая бронемашина. И на ней сидела еще одна группа вооруженных людей.
Прячась за складками местности, Птица и сержант замыкали бегущую команду экспедиции.
Намерения неизвестных очень скоро стали понятны. Когда научники добежали до элеватора, по его широким деревянным воротам гулко ударил крупнокалиберный пулемет.
К счастью, углы вертикальной наводки не позволили стрелку опустить ствол немного ниже. Тяжелые пули пролетели в полуметре над головами беглецов, кроша и выламывая куски старых досок. Однако эффект это произвело значительный. Никого подгонять не пришлось. Торопливо, один за другим, все протиснулись в сумрак огромного помещения.
– Натан, что с фоном? – спросил сержант, проверяя можно ли прикрыть за собой ворота.
Бесполезно. Тяжелая створка давно просела под собственной тяжестью и намертво вросла в землю.
Научный руководитель группы поводил дозиметром по сторонам. – В пределах допустимой нормы. По крайней мере, у входа.
– В самом помещении раньше фон тоже был в норме, – мрачно добавил Птица.
– Был уже внутри? – Грегори окинул взором помещение гигантского здания.
– Да, пришлось однажды заночевать. Возвращались осенью через это место с напарником, ранние сумерки здесь нас и застали.
– Что про здание можешь сказать?
– Весь первый этаж – это огромный зал. Вон в конце сарай, там закуток три на пять метров, с топчаном. Кстати, там еще одна дверь небольшая на улицу есть. В прошлый раз она на цепь была закрыта, сейчас не знаю. Дальше. Наверх ведут три лестницы, одна, вон та, ближайшая к нам, – бетонная, с лестничными пролетами, все как положено. Вторая рядом, но начинается со второго этажа, отсюда не добраться. Идет почти параллельно, с нее можно контролировать часть основных пролетов главной лестницы, но до четвертого этажа. В конце зала – третья, техническая. Она попроще, да и завалена старым хламом изрядно. Что еще добавить? Этажей тут восемь. Почти все пустые. Собственно, этажи идут вокруг вот этого, центрального зала, от пола до потолка. По правой части элеватора не пройти, ни по одному из этажей.
– Почему? – Сержант задумчиво осматривал заброшенную постройку.
– В одном месте все галереи обрушены. И еще на третьем этаже аномалия была – «разрядник». Да вон же она!
На третьем этаже правой галереи действительно виднелось синее статическое мерцание аномалии.
– Долго же она тут висит. – Птица удивленно хмыкнул. – Ладно, еще тут куча открытых вспомогательных площадок, какие-то переходы, навесные мостки, черт ногу сломит.
– Хорошо, а вон по тем транспортерам можно наверх подняться? – Морпех показал на огромные ленты подъемников, пересекавших зал.
– Нет, они ржавым металлоломом забиты, его сверху вниз спускали. Потом там пробка образовалась, и так это все и застряло.
– Тогда вот что. Марек, Натан, Фред, Бронко и Иева, бегом по лестнице наверх, в район четвертого этажа. В дальнюю часть здания. Сидите там тихо как мыши. С пистолетами вы тут много не навоюете. – Саймон, Ольга, Руди, – вы за ними, на второй и третий этажи технической лестницы. У вас автоматы, будете контролировать, чтобы никто с тыла не просочился. Я, Макс, капрал и проводник, – поднимаемся по этой лестнице и держим оборону тут, у главного входа. Тактика такая: контролируем лестницы, отстреливая с высоты атакующих. Все, господа, пошли, с Богом!
Сергей поднялся на второй этаж и притаился за кучей металлических швеллеров. Их сильно разъела ржавчина, а снизу облепил густой зеленый мох.
Свет из гигантских окон, состоящих из множества толстых стеклянных окошек-сот, пробивался с улицы, причудливо освещая монументальное помещение элеватора.
В этой игре солнечных лучей медленно оседали частички пыли, напоминающие множество планет-мирков в необъятном космическом пространстве вселенной.
– Ух ты! – восхитился Сокольских, заметивший внизу, на побуревшем от времени, ржавом распределительном валу горстку синих кристаллов. Они едва заметно пульсировали, создавая вокруг себя красивое, сиреневато-голубое свечение. «Это же „звездочеты“ – ценные артефакты, за них можно неплохо денег урвать!»
Кристаллы, именуемые «звездочетами», действительно были очень дорогой штукой. Возникали они стихийно и очень редко – как правило, на каких-то старых металлоконструкциях. Разрастались колониями – от совсем крошечных точек до отдельных крупных экземпляров размером с кулак взрослого мужчины. Ходили слухи, что «звездочеты» использовались в Большом мире в качестве очень мощных источников питания, сохраняя при этом удивительно компактные размеры.
«Эх, жаль, не собрать. Такая вещь пропадает!» Сокольских посмотрел вниз, прикидывая, успеет ли сбегать вниз и собрать добычу, а потом вздохнул и отогнал эту мысль, как вредную.
«Где же противник? Что-то долго они сюда ползут». Ожидание изматывало, росло внутреннее напряжение.
Противник обозначил себя минут через пятнадцать.
Сначала на улице, за проемом дверей два раза мелькнул чей-то силуэт. Потом возникла длинная, тревожная пауза.
Внутрь помещения закатился небольшой цилиндрический предмет. Раздался хлопок, и все огромное пространство перед дверями заволокло густым белым дымом.
«Умно!» – подумал Птица. – «Соображают, что у нас, уже окопавшихся внутри, перед ними преимущество».
Тут же раздались еще два хлопка. С визгом по многочисленным ржавым конструкциям ударили осколки гранат. Нападавшие «зачищали» вход, штурм начался.
С секции второго этажа в дымное облако ударил пулемет капрала Сандреса. Пули летели густо, расчерчивая белые клубы вдоль и поперек.
Где-то там, в дыму, раздался крик, тотчас захлебнувшийся и перешедший в тонкое подвывание. Его оборвали еще три длинные очереди из пулемета.
Все, больше никакого движения не наблюдалось. Скоро дым стал понемногу рассеиваться. У входа было пусто, но Сергей даже из своего укрытия отчетливо разглядел черное пятно свежей крови и две кровавые полосы, тянущиеся к выходу. В стороне валялась английская штурмовая винтовка, сделанная по схеме «буллпап».
«В дыму и суете не забрали», – сообразил Птица. – «А вот своих вытащили. Интересно, наглухо их Сандрес привалил или только ранил? Хорошо бы, чтоб ранил».
Для наступающих наличие в отряде раненых было хуже, чем потери состава. Тяжелое ранение не позволяет бойцу участвовать в дальнейших боевых действиях, однако отвлекает остальных участников на перевязку и транспортировку товарища. Да и вообще действует деморализующе. А судя по тому, что тела эти вояки с собой все-таки утащили, то им было не наплевать на судьбу соратников.
«Возможно, минус трех-четырех, это как минимум, мы с их стороны уже имеем».