Игорь Шенгальц – Служба Контроля (страница 56)

— Проводите их, — приказал Демарк.

Недолго думая, нас повели серыми коридорами и вскоре вывели в административный корпус, где каждый из нас получил отобранные при задержании личные вещи, расписался, и лишь после этого нам достаточно дружелюбно указали на выход, коим мы не преминули тут же воспользоваться.

И лишь когда мы оказались на улице, я обратился к Ване:

— Это тот самый маг-детектив, о котором ты говорил?

— Так и есть — Демарк, он особый. Я не хотел, чтобы вы познакомились, поэтому не стал договариваться заранее о встрече. Сейчас думаю, что зря. Просто про него ходят слухи, что он ненормальный. Помешанный. Он же, кроме работы, ничего не видит и во всех подозревает преступников. Я лично с ним прежде не сталкивался, но у меня есть знакомые, они пострадали от его произвола… И тут ведь даже в суд не подашь! Пиши в Совет, пожалуйста, этого надзирателя снимут, другого пришлют, и то, если докажешь вину. А оно мне надо? Тем более что я лишь косвенно замешан… Это он вел дело о смерти Берга, но, к моему удивлению, не нашел ни единой зацепки, не придирался к мелочам и просто-напросто закрыл дело. Мне кажется, он почувствовал, что Берг умер сам, без постороннего вмешательства, а такие вещи, как испуг, для Демарка не аргумент. Когда нет явного преступника, он не проявляет интереса. Странный он… Просто держитесь от него подальше, вот и все, таков мой совет.

Да, по лицу Вика я точно видел, что он не только не последует совету Вани, но как раз сделает все возможное, чтобы его нарушить.

А мне этот Демарк даже чем-то импонировал. Может быть, тем, что напоминал пресловутого лейтенанта Коломбо в глубокой молодости.

— А что он делал в участке? — спросил Вик, позабыв о том, что рассказывал Иван, а может быть, просто не обратив внимания на те слова.

— Работает он там! Совмещает, так сказать, обязанности мага-детектива и обычного полицейского. И вполне успешно, в городе преступность практически нулевая.

— Чувствую, подпортим мы ему статистику, — пробормотал сквозь зубы Вик.

Меня же в данный момент интересовали более практичные вопросы.

— В дом нам можно вернуться?

— Да, тело увезли, сказали «вселяйтесь на здоровье»! — обрадовал нас Ваня.

Но новый владелец дома был сумрачен.

— Сначала в кабак, выпьем по сто грамм. Нервов потрепали, дай бог восстановить!..

Вот уж не знаю… Лично меня вещь в тряпице крайне интересовала, ради нее я был готов ни есть, ни пить, а сразу мчать к пункту назначения, извлекать и изучать.

Но с Виком спорить я не стал, в конце концов, это он тут землевладелец, а я лишь сопровождающее лицо.

Иван, очевидно, подумал так же. Ни слова не говоря, он отвез нас в один из местных ресторанов, усадил за столик, предоставил меню, а сам, откинувшись на спинке стула, заметил философски:

— Мой отец всегда говорил, не вмешивайся в неприятности. Я же всю свою жизнь считал, что неприятности — это единственное, что заслуживает внимания. И вот теперь впервые я не уверен в правоте своих суждений…

— Ваня, это еще не неприятности, — обрадовал его Вик. — Но если тебе уже хватило, то езжай домой. Мы и без тебя управимся, поверь.

— Нет уж, — Йохан Ларин выглядел очень серьезно. — Я никуда не пойду. Хватит того, что я испугался и не зашел с вами в кабинет. Позор! Я ведь столько лет изучал жизнь вашего дяди, а тут оплошал. Испугался! Струсил! Мне стыдно!..

— Тут нечего стыдиться, — Вик заказал бутылку коньяка и набулькал каждому из нас по полстакана. Официантка смотрела на этот произвол, находясь в абсолютном шоке. Обычная разовая доза равнялась тут двадцати миллилитрам, а двойная, соответственно, сорока. Так что стопятидесятиграммовые стаканы, которые мы тут же молча опрокинули в себя, внушали ей суеверный ужас. Даже Иван выпил, не раздумывая. Наше общество плохо на него влияло. А Вик тем временем разлил по стаканам остатки.

— Старик Буль пошел на огромный риск, — я задумчиво вертел стакан в руках. — А это значит, что цель его поисков чрезвычайно важна. И, возможно, связана со смертью Берга, что бы ты, Иван, ни говорил. Думаю, мы просто обязаны выяснить все до конца!

— Согласен, — Вик допил коньяк одним глотком и резко поднялся на ноги. — Поехали!

— Я не могу за руль, я же выпил! — удивился Ваня.

— Отрезвить? — предложил Вик, но тот лишь покачал головой.

— Возьмем такси, а машину я тут оставлю, парковка бесплатная, позже заберу.

Стоянка такси оказалась неподалеку, и через двадцать минут мы уже вновь оказались во владениях Вика.

Дверь в дом аккуратно прикрывала вход, хотя и была снята с петель стараниями полицейских. Мы отставили ее в сторону и вошли в дом. Полицаи уже уехали, основательно разворотив даже то, что не успел перевернуть Буль. Искали улики. Нашли ли, нам было неизвестно. Тело несчастной Катинки увезли в морг.

— Я, конечно, не суеверен, — заметил Вик. — Но что-то мне подсказывает, что подобное происшествие при вступлении в права наследства не сделает меня счастливым.

— Может, откажешься в мою пользу? — предложил я. — Ты только скажи! Оформим у герра Штерна в момент!

— Нет уж, — покачал головой Вик. — Это мой крест, и мне его нести…

Тайник полицаи не нашли. Я осторожно приподнял доску, вытащил предмет и положил его на кухонный стол.

Самое интересное, что разворачивать тряпицу мы не торопились. Наоборот, Ваня расставил по местам валявшиеся на полу стулья, нашел в шкафу бутылку коньяка и стаканы, молча разлил по изрядной порции, мы выпили, не чокаясь, и молча закурили, слегка приоткрыв окно.

— У кого есть предположения? Что там внутри? — спросил Вик.

Иван пожал плечами, я тоже не мог дать никакого ответа. Там могло быть все, что угодно: от королевских бриллиантов до карты острова сокровищ.

— Открываем?

— Да, твое наследство, ты и действуй.

— Хорошо…

Вик, не торопясь, крайне аккуратно развернул тряпицу.

Внутри лежала пухлая тетрадь в красной кожаной обложке, перевязанная крест-накрест льняной веревкой.

Глава 3

«…Намибия, Африка.

Лагерь генерала фон Трота.

Декабрь 1905 года.

В этом месяце случилось многое. Я узнал о наличии необычных свойств у Кристалла, а заодно потерял друга. Впрочем, обо всем по порядку. Генерал Лотар фон Трот привел в Намибию целую армию, чтобы изгнать Самуэля Магареро вместе с его гереро, убившими в начале года больше сотни моих соотечественников.

В битве при Ватерберге гереро были полностью разгромлены, а те, кто все же умудрился выжить, бежали в английские колонии через Калахари.

Я в битве не участвовал, прибыв в страну на два месяца позже, зато был свидетелем того жуткого обращения с пленными, той безжалостности и к женщинам и к детям, которой отличался генерал фон Трот.

Мне не повезло, с самого дня моего приезда я вызвал недовольство генерала, и он приказал своим подчиненным особо следить за моими действиями. Поэтому все, что мне удалось позже, — лишь помочь нескольким семьям бежать.

Тогда-то мне в руки и попал Кристалл. Одна женщина в знак благодарности за спасение отдала его мне в дар. По ее словам, попал Кристалл к ней случайно много лет назад. Я еще не знал о его замечательных свойствах, но уже был поражен тем, как прекрасно он выглядел — кусок антрацита, зеркально отполированный, обтесанный в форме овала, идеально черного цвета — он сразу приковывал внимание. Может быть, мне показалось, но при осмотре Кристалла я увидел, что прежде к нему крепилось нечто вроде ручки, по крайней мере, некие следы то ли крепящего раствора, то ли ювелирного клея я нашел, но не смог до конца их идентифицировать.

Уже после я узнал, что прежде к Кристаллу и правда крепилась ручка из слоновой кости. Впрочем, ее отсутствие на свойства Кристалла никак не влияло.

Налюбовавшись вволю на прекрасный подарок, я спрятал его в дорожный сундук и почти на полгода позабыл о нем, благо и других дел хватало. Генерал фон Трот всеми силами пытался изгнать меня из лагеря, настолько я ему был неприятен, хотя о моих делах он и не был осведомлен, но тут, очевидно, сыграла роль личная неприязнь, с первого же дня возникшая между нами. Но я не уезжал, несмотря на все старания генерала, решив до поры до времени остаться в Африке.

Это ведь была страна невиданных возможностей. Именно тут я надеялся найти сведения о философском камне — моей давней страсти, систематизации сведений о котором я посвятил много трудов. Мне казалось, что именно здесь, в Африке, среди первобытных племен и народов я найду утраченный секрет.

Теперь несколько слов о моем давнем товарище, с которым я пережил множество испытаний, но не смог выдержать основное…

Он был англичанином, выросшим в Германии. Мы были знакомы много лет, вместе прибыли в Намибию и здесь практически не расставались. С детства он носил смешное прозвище «Рогатый», потому как был очень упрям, не умел отступать, и еще это вполне согласовывалось с его достаточно распространенной в тех местах, откуда он родом, фамилией.

И вот пару недель назад случилось так, что я при нем искал кое-что в сундуке, выкладывая наружу вещи, в том числе и Кристалл. Когда мой друг увидел Кристалл, выражение его лица резко переменилось. Я никогда прежде не видел таких жаждущих, полных надежды и в то же время очень страшных, как мне показалось, глаз.

Он поинтересовался, будто нехотя, откуда у меня эта вещь. Я рассказал, скрывать мне было нечего, и увидел, что за мнимым безразличием он пытается скрыть сильное волнение.