Игорь Шенгальц – Служба Контроля (страница 27)
А вот к ее мужу следовало приглядеться получше. Вариант самой примитивной подставы еще никто не отменял. Вообще, чем проще — тем лучше, это я давно запомнил. Большинство преступлений раскрываются в первый же день, и злодеями обычно оказываются те, на кого в первую очередь и падает подозрение. В случае семейных ссор это, как правило, муж или жена, смотря кто остался цел после скандала, а кто отправился в морг, получив сковородой по голове…
— Так, давайте по очереди. Моя задача опросить всех без исключения. И не думайте, что вам удастся покинуть это помещение, прежде чем я проясню для себя все вопросы.
— Произвол! Я буду жаловаться!
— Что этот Зельден себе позволяет!
— Я в этот клуб больше ни ногой!..
Выдержав первый натиск протестов, выслушав первые показания, я знал, что наступит момент, когда раздражение на несправедливое задержание выльется прямо мне на голову. Тут не было другого решения, как просто и банально переждать волну, и, едва голоса слегка стихли, я сказал негромко:
— Жаловаться вы вправе, но не мне. У меня приказ, и я его выполню, нравится вам это или нет. Давайте лучше начнем. Итак, еще раз. Кто сегодня вечером общался с Линой или кто видел, с кем она разговаривала, что делала? Любые мелочи, подробности — сообщайте все! Чем быстрее я найду убийцу, тем скорее все пойдут по домам. А так как убийца один, а вас здесь много, то в интересах большинства следует поторопиться… Так, начнем с вас, господин, который все знает. Как ваше имя?
— Керльз…
Я начал планомерный опрос, который длился несколько часов. За это время я узнал множество вещей, совершенно мне не нужных, в том числе сообщение о том, что тетя Роза после стирки любит сушить свои титанических размеров белые трусы в горошек так, чтобы с улицы их было видно, и это очень нравится заезжим джигитам и прочим гостям города. Так же мне стало известно, что некоторые самцы совсем обнаглели и готовы изменять прямо на глазах своих благоверных. Что правительство зажралось, чиновники — сплошь воры и бюрократы, что канализацию в паре кварталов отсюда прорвало уже с неделю как, но до сих пор никто не озаботился этим фактом. Что эльфы — мерзавцы и подонки, всех их выгнать в лес и забыть, в какой именно, и много еще столь же ценного поведали мне возмущенные задержанием граждане. Ценных сведений набиралось не так много — находкой стал составленный мною список прежних любовниц Зельдена. Все имена я аккуратно записал в планшет: мало ли, может, пригодится. В любом случае, список был короткий, гоблин на любовных фронтах не блистал. Отдам Лене, пусть разбирается.
Правда, не все хотели сотрудничать с органами правопорядка, некоторые демонстративно молчали, что позволяло мне применить к ним Слово Закона, официально разрешенное в подобных ситуациях, а потом я выслушивал их исповеди, прерываемые всхлипываниями и рыданиями. Я старательно фотографировал каждого, с кем беседовал, и скидывал фото прямиком на офисный компьютер, а там уж Лена пускай сортирует дальше, как ей угодно…
К исходу четвертого часа я стал обладателем целого вагона сведений разной степени свежести и смог сделать первые выводы.
А они были таковы: никто ничего не видел, не слышал и даже не представлял, как подобное могло произойти, тем более совсем рядом, буквально в двух шагах! Ужас! Кошмар!
Весь допрос я транслировал через камеру телефона в наш офис. Новые технологии, онлайн-расследование. Вот только Лена материлась каждые пять минут, потому как давно планировала быть дома, а шеф вытащил ее так же, как и меня, не спросив согласия.
Но, с другой стороны, а кто, кроме нее?
И Лена помогла.
Когда я уже думал, что придется отпустить всех, задержав разве что Мелюзу с ее мужем: как единственных, вызвавших подозрения, — в наушнике резко заговорила Лена, изрядно меня перепугав.
Я жестом прервал бесперспективный допрос очередного хлыща, одетого, как дорогая проститутка.
— Так, Лис, слушай внимательно, — голос Лены не предполагал в этот момент обязательных шуточек и пререканий. — Начни спрашивать выборочно. Твоя цель — узнать о маленьком синем гоблине!
— О ком? — не понял я.
— Глухой? Я же сказала — маленький синий гоблин. Выясни про него все, что только можно. Я буду отслеживать твои диалоги.
Вот тебе и раз. Что за маленький гоблин? К тому же еще и синий. Гоблины, по крайней мере все, кого я знал, были разных оттенков зеленого: от благородного изумрудного до цвета дешевой зеленки, которой смазывают ранки у несчастных детей.
Но синий гоблин — нонсенс!
Тем не менее я подошел прямо к Мелюзе, как к самой подозрительной и заинтересованной, и тут же спросил:
— Маленький синий гоблин! Что вы знаете о нем?
— Чикерс? Так вы его спросите сами, он ведь где-то здесь!
— В этом помещении его нет и не было.
— Ну как же? — искренне удивилась фея. — Он же только что стоял рядом, да и весь вечер находился тут, и от Лины не отходил. Вы его лучше опросите, он мог многое видеть!
— Как вы думаете, это я такой тупой или окружающий мир? — поинтересовался я, недобро поведя взглядом по сторонам.
— Что вы имеете в виду?
— А то, что я не видел сегодня никакого маленького гоблина, тем более синего! Не бывает таких гоблинов, черт вас всех раздери!
Фея замолчала, что-то обдумывая. Наконец, придя к определенному выводу, сказала:
— Знаете, вы правы. Его не было с нами, когда нас привели сюда. Я даже и не сообразила поначалу, он ведь всегда крутился поблизости…
— Маленький синий гоблин?
— Конечно, Чикерс? Это он!
— И куда же он подевался? — Я начинал злиться. Плохой признак, но поделать с собой я ничего не мог. Алкоголь отпускал, а значит, злость набирала обороты.
— Ушел? Я не знаю, правда. Он был весь вечер с нами, а потом… хм… я не помню. Я думала, он тут, в этой ужасной комнате, рядом…
— Так, хорошо… Эй, вы, подойдите ко мне! — я дернул первого попавшегося гостя и, злобно уставившись прямо в душу, вопросил: — Маленький гоблин?
— Чикерс? Тут где-то крутится…
Это уже слишком. Либо все меня считают за дурака, либо я и есть дурак.
— Так, отойдите. Вот вы, идите сюда. Кто такой Чикерс?
Очередная жертва моего произвола приблизилась, боязливо поглядывая по сторонам.
— Ну как же? Вы же с ним говорили, тут он был, только что… Или чуть раньше, не помню точно…
— Так, Керльз! Вы где?
Всезнающий гоблин оказался тут как тут.
— Где Чикерс?
— Синий-то? — презрительно скривил нос гоблин. — Ушел, уже давно, а потом, кстати, все и началось. Пришел Зельден, подошел к своей ненаглядной Лине, а потом как заорет!..
Лена, молча слушавшая мои диалоги со свидетелями, внезапно сказала:
— Все, можешь отпускать народ по домам, иначе потом не отмоемся от соучастия в незаконном задержании. Адрес этого Чикерса я узнала, ты прямо туда и езжай. Мне кажется, он тут ключевая фигура…
Словам Лены я не мог не доверять. Все же она — глава и единственный представитель нашего аналитического отдела. И не было случая, чтобы она ошибалась, хотя, конечно, разного рода огрехи периодически случались и у нее, как у каждого из нас.
— А остальные клиенты больше вопросов у тебя не вызывают? — поинтересовался я у Лены, а то она славилась своим умением задвигать прочие версии ради той, которую она считала главной.
— Черт с ними, никуда не денутся, а синий гоблин может уйти насовсем, есть у меня такое предчувствие…
— Понял тебя, диктуй адрес!
— Улица Туманная, дом три, квартира сорок восемь. В миру его зовут Чикерин Владлен Сигизмундович.
— Еврей, что ли?
— Российский синий гоблин — еврей? С ума сошел? Не остри. До связи!
И Лена отключилась, оставив меня наедине с проблемами. И даже Вик сегодня не мог составить мне компанию. То ли его посетило великое предчувствие, то ли так выпали карты таро, но он отпросился на пару дней и уехал из города по личным делам. Так что мне придется расхлебывать всю эту кашу в одиночку, без своего постоянного напарника, чему я, конечно, совершенно не радовался.
— Так! — грозно рыкнул я. — Все свободны! Можете расходиться по домам, но из города не выезжать до особых распоряжений!
Я подошел к двери и забарабанил в железные створы. Прошло не меньше трех минут, пока тролли, предварительно проверив в маленькое окошечко, что это именно я прошусь наружу, отперли тяжелые двери.
— Всех отпустить! — приказал я. — И извиниться лично перед каждым!
Зная троллей, можно было предположить, что они примут задание ответственно и, прежде чем выпустить пленников, начнут приносить свои многословные, крайне косноязычные извинения, чем задержат их выход на свободу еще на пару часов. А я тем временем успею проверить жилище Чикерса, не беспокоясь о том, что его успеют предупредить.
На выходе из клуба меня перехватил Зельден. Вид у него был подавленный.
— Лина начала есть мясо, — сообщил он. — Это выглядит так… неприглядно.
— А что вы хотели? Зомби могут испытывать только одно чувство — голод. На вашем месте я договорился бы в местной мясной лавке о скидках при оптовых закупках. Иначе можете разориться. И это вовсе не шутка, в день здоровый зомби способен употребить до двадцати килограмм сырого мяса. Да, и советую подготовить надежную клетку с толстыми прутьями и крепким замком. Зомби обретают невероятную силу, и старые привязанности их уже не держат. Так что осторожнее, она может напасть на любого, и на вас в том числе.