Игорь Шабельников – Стрелок (страница 38)

Я удивился – это была моя каска. Как она могла оказаться в центре бара? Оглядел бар, возле моего столика стоял, улыбаясь, Меченый. Стало всё ясно – Меченый запустил моей каской в голову Шотландца. Я пошел к Меченому.

– Спасибо, хороший бросок, брат, и главное – во время, – сказал я, протягивая руку для пожатия.

– Не за что, брат, этот Шмон уже всех достал. У меня самого давно чесались руки начистить ему харю, – ответил Меченый, пожимая мне руку.

– Но теперь и тебе следует его опасаться, очень злопамятный, гад, – сказал я.

– Мне опасаться? – удивился Меченый, – Шмон просидит на губе суток трое, а я завтра ухожу в Затон на зимовку. А вот он пусть сильно опасается, когда я весной сюда вернусь.

– Слушай, Меченый, а в Затон ведь можно попасть и через станцию Янов? – спросил я.

– В принципе можно, а что? – спросил Меченый.

– Понимаешь, бармен сватает меня курьером с товаром на станцию, даже готов нанять для меня проводника. Ты бы не согласился меня туда отвести? – спросил я.

– Ну не знаю, не знаю, это крюк какой, – ответил Меченый, почёсывая щетину подбородка.

– А я за этот крюк хорошо заплачу, – сказал подошедший бармен, ставя перед нами стаканы с выпивкой.

– А что за товар? – спросил Меченый.

– Анестетики и антибиотики. Сам понимаешь, это у нас тут, почитай, тишь да благодать, а там идет настоящая война с мутантами. К зиме большинство сталкеров и бандитов выходят из зоны, а тварям мутанским кушать хочется, вот они и собираются вблизи людского жилья, – ответил бармен.

– Так и пробиться через мутантов к станции в это время трудно, – возразил Меченый.

– Так кому ж идти, если не вам? Ты, Меченый, там каждую тропку знаешь, а Ведьмак – спец по мутантам, «тушканчика» в глаз бьёт, – продолжал уговаривать бармен.

Заинтересованность бармена была понятна, за лекарства станция будет расплачиваться артефактами. Это настоящий навар, не то, что от продажи в баре самогонки.

– А ещё я вам «швейную машинку» дам, и патронов подкину, – добавил бармен.

Вот это – да, «швейную машинку» – игломёт! Я слышал о таком. Своё название 12-зарядное револьверное ружьё 12 калибра, получило не столько из-за звука им издаваемого, как из-за начинки патронов. Обычные с виду ружейные патроны заполнены иглами и бекасиновой дробью. Каждая игла изнутри полая, как у шприца (по всей видимости, из одноразовых шприцов умельцами и производится). Полость в игле заполнена нейротоксином. Иглы «запечатаны» с обоих концов ртутными шариками. При выстреле каждая игла спекается со свинцовой дробью и летит по замысловатым траекториям. Когда игла ударяет в цель, ртутные шарики внутри неё, продолжая движение по инерции, выдавливают токсин в тело. Каждая инъекция – чрезвычайно болезненна, а множественные поражения смертельны. При этом – угол разлета игл более девяноста градусов. Несмотря на запрещение всеми международными конвенциями – идеальное оружие при обороне от стаи мутантов.

– Ладно, по рукам, – согласился Меченый.

4. Свалка (Меченый)

Как, однако, всё удачно сложилось. Я не знал, как подкатить к Юрке, и как его увести на зимовку вглубь зоны. И тут эта драка в баре и моё скромное участие в ней. А после драки Юрка, узнав, что я ухожу в Затон, сам попросил быть ему проводником на станцию Янов. Бармен, посылавший Юрку на станцию курьером, горячо поддержал эту идею. Я, поломавшись для виду, «нехотя» согласился.

Затарившись боеприпасами и продуктами в баре, мы с Юркой вечером ушли с базы. Дежуря по очереди, скоротали ночь у костерка в развалинах дома вблизи подстанции. Там-то я оценил преимущества нетрадиционного для сталкера Юркиного прикида – плащ-накидки «Леший». Бесшумная и теплая, не бликует и не мешает при стрельбе. Надо будет и себе на зиму такую заказать.

Погода за сутки переменилась, подувший южный ветер, хотя и нагнал рваных облаков, но на смену заморозку принес оттепель. Деревья намек погоды поняли – скоро зима, начали дружно сбрасывать пожелтевшую листву.

Наскоро позавтракав, двинулись в сторону Агропрома. Юрка не шел, как ходят сталкеры, а как бы крался, поминутно оглядываясь.

– Ведьмак, ты чего? – удивился я.

– Меченый, там, в развалинах, кто-то есть, – тихо сказал Ведьмак.

– Нет там никого, ни людей, ни зверья, это тебе шуршание падающих листьев действует на нервы, – улыбнувшись, возразил я.

– Нет, нет, Меченый, у меня такое чувство, что мне кто-то смотрит в спину, у меня аж спина чешется, под этим взглядом, – возразил Ведьмак.

Если сталкера мучают предчувствия или сомнения, то к этому надо относиться серьёзно.

– Ладно, Ведьмак, давай, проверим. Сделаем так: выходи на дорогу и, не спеша и не оглядываясь, топай до автобусной остановки. Дойдя, заховайся там и наблюдай. А я уйду влево и обойду подстанцию вокруг. Если за нами кто-то следит, то он от нас не уйдет, возьмем в клещи. Если увидишь кого-нибудь раньше, чем меня, пощелкай кнопкой передачи воки-токи. Ничего говорить не надо, просто пощелкай. Понял? – сказал я.

Ведьмак согласно кивнул головой. Помахав ему рукой, как бы прощаясь, я, не таясь, ушел влево, в проход между могильником и подстанцией. Зайдя за подстанцию, я снял винторез с предохранителя, быстрым шагом пошел в обход. Не успел я пройти и двести метров, как сработала рация:

– Меченый, топай сюда, «соглядатай» сам на меня вышел, – в голос сказал Ведьмак. Черт, я же ему велел только пощелкать кнопкой!

Через несколько минут я вышел к остановке. Ведьмак сидел на лавочке, а рядом с ним на земле крупный ворон клевал краюху хлеба. На лапе ворона – кольцо. Чертяка, это же Карлушка, вернулся всё-таки! Не вовремя, однако. Надо как-то выкручиваться, надо срочно придумать какую-нибудь легенду для Карлушки.

Когда я приблизился, ворон схватил корку хлеба клювом и отлетел от остановки метра на три. Положив корку на землю, ворон, склонив голову на бок, готовый в любой момент улететь, подозрительно уставился на меня.

Чтобы не спугнуть ворона, я медленно повесил винторез на плечо.

– Меченый, познакомься – это ручной говорящий ворон, Карл. Карл – это Меченый, – жестикулируя рукой, представил нас друг другу Ведьмак.

О, как! Ведьмак знает Карлушку, откуда?

– «Карл у Клары украл кораллы», – от неожиданности, я вслух проговорил старую дразнилку, которую я использовал в ответ на оскорбления Карлушки.

– Кар-р-р! Стр-релок – вар-рнак! – выдал ворон и взлетел на дерево.

Твою мать, прощай конспирация! Прости, Гурон, но это твоя чёртова птица, сдала меня со всеми потрохами!

– Меченый, забыл предупредить – у Карла стойкая идиосинкразия на Клару, все, кто о ней вспоминают – стрелки и варнаки, однозначно.

Юрка ворона не понял, у меня отлегло от сердца!

– Действительно говорящий! Это твой? – спросил я, присев рядом с Юркой.

– Нет, позавчера познакомились, – ответил Ведьмак и пересказал историю знакомства с вороном.

– Всё, Юрка, ворон тебя выбрал, теперь ты, как честный человек, обязан его усыновить. Помнишь: «Мы в ответе за тех, кого приручаем», – сказал я. Сам подумал: «Гурон, звиняй, Карлушку я не выгонял, он сам улетел и выбрал Ведьмака. Не моя вина». И тут меня прострелило, – я опять прокололся, я назвал Юрку по имени. Плохой из меня конспиратор.

– Постой, Меченый, откуда ты знаешь моё настоящее имя? – подозрительно спросил Юрка.

– Брось, Ведьмак, все сталкеры, как одна большая семья – все обо всех всё знают. Ты бывший наемник, Юрка, по кличке Хантер, – попытался я загладить свой промах.

– Не обо всех, – возразил Юрка.

– Ты намекаешь на мою контуженую голову, и то, что я сам не знаю, кто я такой. Так, судя по нашей теперешней жизни, может быть оно и к лучшему, что я не помню, кем я был в прошлой. Ясно одно – и прошлой жизни я был не лучше, – ответил я.

– Извини, – сказал Юрка.

– Проехали, – ответил я, а для себя решил – теперь и про себя я не должен называть его Юркой, только Ведьмак.

– И почему ворон выбрал именно меня? – спросил, как бы сам себя, Ведьмак после некоторой паузы.

– Наверно, в его глазах, ты очень красив. Один такой в зоне, – беззлобно съехидничал я, проехавшись насчет внешности Ведьмака.

Ведьмак шутку оценил и весело рассмеялся. Я рассмеялся следом. Возникшее между нами напряжение спало. Ворон, наоборот, испугался нашего смеха и улетел.

– Ладно, Ведьмак, нечего рассиживаться. Общественный транспорт тут давно не ходит. А нам ещё топать и топать. До темноты мы должны дойти до хутора вблизи ремонтных мастерских, или, на худой конец, найти убежище на Агропроме, – сказал я поднимаясь.

– Общественный транспорт? Меченый, я слышал, в зоне есть аномалии «портал», с помощью которых можно перемещаться в пространстве, – сказал Ведьмак.

– Есть, я лично знаю о трех. Первая, кстати, тут недалеко, на Агропроме. Там через разрушенный железнодорожный туннель, время от времени, проносится в никуда призрачная мотодрезина с военными. Призрачные военные палят почём зря, по всему, что шевелится призрачными пулями. Только призрачные пули, вылетев из призрачных стволов, превращаются в настоящие.

– А откуда эта дрезина отбывает и куда направляется? – спросил Ведьмак.

– А черт её знает, дураков нет – проверять. Кстати о дураках, вторая известная мне аномалия вблизи «ковчега» Ноя, свихнувшегося сталкера в Затоне. Это он рискнул проверить портал. Его аномалия выводит на пустынное плато, на котором кроме скопища мутантов и горстки артефактов ничего нет. Я там был – я знаю.