Игорь Саврасов – МАЛЬТИЙСКОЕ ЭХО (страница 16)
– 10 —
Они подошли к ярко-красному кабриолету. Зубная боль усилилась. Вера жестом пригласила Андрея в машину. Тот никогда не ездил в таких шикарных машинах с такими интересными женщинами. Женщина набрала чересчур большую, как показалось ему, скорость, и он пригнул голову. «Да, – подумал, – права Ирина. Роковая женщина. Надо держаться, надо привыкнуть». Чтобы «упростить выражение», как говорят математики, он поднял трость вертикально, как флагшток, и громко запел: «А ну-ка, песню нам пропой веселый ветер, веселый ветер, веселый ветер, моря и горы мы обшарим вокруг Мальты, найдем все клады, что зарыты там».
«Роковая» женщина послала ему воздушный поцелуй. Андрею стало легко с Верочкой. У этой чаровницы было чувство юмора, а это важно и в деле, и в любви, и вообще, в жизни. Сам он умел быстро попадать в «свою тарелку» в любой, достаточно доброжелательной компании.
– Ты не боишься сквозняка? Поёшь во всё горло!
– Нет, я боюсь собственной «ветрености». С тобой.
– Да чего там бояться: повеет холодом – сбросим газ.
«Она еще и умница! Остроумные женщины – такая редкость! Это уже не изюм. А какой-то рахат-лукум».
И белое сухое тосканское вино нужно человечеству.
Остановились у магазина с нескромным названием «Эгоист». Вера Яновна посмотрела в зеркало, поправила прическу, брызнула на себя духами, и парочка вошла в магазин. При этом женщина сама уверенно и спокойно распахнула дверь, с прямой спиной, взглядом царицы и походкой «от бедра», вошла первой. Мужчина в подражание ей тоже поправил свою «джеймсбондовскую» прическу, сделал холодно-равнодушное выражение лица и, придерживая тростью дверь, вошел в этот ковчег эгоизма и респектабельности.
Внутри оказалось довольно просторно и работал кондиционер. Вещей, казалось, было немного. Кое-где элегантно располагались манекены, полки и вешалки с немногочисленными брюками, рубашками… и всякая мелочь: сумки, ремни, запонки и пр. Больше всего места в центре зала занимали четыре кожаных огромных кресла и столик между ними.
К гостям мгновенно подошла ухоженная дама лет сорока, за руку поздоровалась с Верой (видимо, они были знакомы), кивнула Андрею и коротко профессиональным взглядом посмотрела на мужчину сверху вниз.
Вера перебросилась с ней несколькими фразами в сторонке и села в кресло. Откуда-то выпорхнули три девицы. Одна выкатила тележку с напитками, фруктами, конфетами и подвезла к гостье. Две другие, модельной внешности, в коротеньких черных юбочках и прозрачных белых блузках, обступили Андрея. Тот насторожился.
– Мои девочки всё сделают в лучшем виде! – приободрила его дама.
Девочки смотрели на мужчину как на родного. Опытными, ловкими движениями они снимали мерки во всех местах. Верхние пуговицы их блузок как-то сами расстегнулись, и оттуда выглядывали «прелести» в кружевных черных бюстгальтерах. Эти манипуляции порхающих возле мужчины женских ручек, колыхание их волос возле его лица, витающий в воздухе дорогой парфюм погружали в тот эдем, в котором знали толк искусные гетеры в Древней Греции или куртизанки в Венеции.
Вера смотрела на него иронично, с «пониманием». Девушки принялись носить коробки, появляясь из-за занавески, как волшебницы. Сначала содержание коробок показывали Вере Яновне, попросив Андрея присесть. Та что-то одобряла и откладывала, что-то браковала. Между этим, видимо, привычным для нее занятием, она шепнула Андрею:
– Ты, фельдмаршал, чего стоял как вкопанный, как шест… Нет, как памятник Кутузову?
– Я ловил кайф, Снежная Королева, – буркнул мужчина.
Затем он примерял одно, другое, третье… Всё это – под контролем четырех пар внимательных женских глаз.
Когда алмазные глаза Снежной Королевы загорались огоньком, он радовался: дает добро. Туфли, шляпу, сумку, ремень и бельё мужчине позволили выбрать самому. Андрей надел новое облачение, старые вещи уложил в сумку, и парочка вышла из магазина, держа в руках еще четыре фирменных пакета с обновками.
– Старую одежду и кроссовки не выбрасывай – пригодятся, – задумчиво сказала Вера и хотела добавить что-то еще, но у нее раздался звонок. – Да, Иришка, мы будем через полчаса на Кронверкской набережной на нашем месте. Возьми такси и подъезжай. Целую. – И вновь обратилась к Андрею: – Сейчас около восьми, давай поедем покатаемся на катере, там и поговорим о деле. Владелец катера – мой знакомый, он будет нас ждать в условленном месте. И сестренка подъедет туда.
Вера припарковала машину, и они прошли к причалу. Катерок с улыбчивым молодым человеком, владельцем и командиром катера, был уже на месте.
– Добрый вечер, Вера Яновна, – парень кивнул Андрею, – я на пять минут до киоска – куплю воды, мороженое. Проходите на борт.
– Привет, Вадик, хорошо. Мы с Андреем Петровичем посидим, подождем сестру.
Когда парень ушел, она добавила:
– Он работал у нас раньше в институте. Золотые руки. Мог починить любую оргтехнику и любую столярную работу сделать! Но заработки лаборанта мизерны. Вот и прикупил старую посудину, отремонтировал. Видите, какая отделка? Теперь от клиентов, даже иностранцев, отбоя нет. Я сделала заказ на два часа.
Подошел Вадик, и Ирина подъехала. Парень ушел к себе в рубку, гости удобно расположились на палубе, и катерок отчалил. Какая прелесть – свежий ветерок после городской суеты! Неспешное скольжение по водной глади давало возможность отдохнуть и глазам, и сердцу, и уму.
Ирина внимательно рассматривала преображенного Андрея Петровича.
– Как тебе? – гордо опросила ее сестра, заметив взгляды девушки.
Та подняла большой палец вверх и воскликнула:
– Просто не Андрей Петрович, а Адриано Челентано!
Польщенный мужчина приподнялся и сносно изобразил танцующего Челентано, закручивая свое тело винтом, опираясь на трость и надвигая на лоб новую шикарную соломенную шляпу.
– Класс! – теперь Вера подняла большой палец вверх. – И всё-таки пора поговорить о делах. Позволь, Андрей, узнать чуточку о твоем семейном положении. Извини уж.
– Вы уже на «ты»? – удивилась Ирина. – Узнаю сестрицу!
– Мы уже и целовались, – трепанул мужчина.
– Успокойся, Иришка! К нашему «ты» нужно привыкнуть. Это необходимо в поездке. А брудершафт в традиции «преломления хлеба».
– Мою фамилию вы знаете: Цельнов, – начал серьезно Андрей Петрович. – Я женат, двое детей и трое внуков. А живу давно один. Достаточно?
– Мы понимаем: на тебя обрушилось много нового и неожиданного. Всё происходит быстро и сумбурно. Но поверь: так сложились обстоятельства. И мне еще нужно… знать немного о твоей семье. Наша работа и наша поездка курируется и финансируется Министерством иностранных дел. Им требуются анкеты, – серьезно сказала Вера Яновна.
– Мои студенты на обложках своих курсовых пишут: «Министерство образования». Ну, хорошо… – Андрей рассеянно смотрел на решетку Летнего сада.
Тут Ирина, чтобы, видимо, как ей неудачно показалось, смягчить «допрос», поинтересовалась:
– У вас русские корни?
– Да, – с легким раздражением ответил мужчина, – и после паузы: – Мои жена и дети живут в Америке, в Бостоне. Сначала уехал сын, ему тридцать семь. Он прекрасный программист. Сейчас у него свое дело. Женился на американке, двое внучат, мальчишек – пятнадцать и десять лет. Моя жена семь лет назад поехала помочь с внуками. У родителей-то все дела. Бизнес. Затем туда перебралась дочка. Ей тридцать. Она экономист и работает в фирме у брата. Тоже вышла замуж, но за русского, из семьи эмигрантов семидесятых. Он врач. У дочки прелестная девочка четырёх лет, моя внучка. Вот жена и нянчится то тут, то там. А видимся мы пару раз в год, в Бостоне: раз я прилетаю на Рождество или на Новый год, а раз – на чей-то день рождения.
– Еще раз извините, Андрей Петрович, за расспросы, – Вера опять сбилась на «Вы», – вы, наверное, скучаете, а мы тут…
– Ничего, всё верно. Неверно только твое «Вы», – улыбнулся наконец-то Андрей Петрович. – Теперь твоя очередь, Снежная Королева, открыть мне свои секреты… не личные, а эти вот «международные», из Министерства.
– Очень подходит тебе: Снежная Королева, – завистливо вставила Ириша. – Я только Принцесса у Платоныча.
Вера Яновна не среагировала на слова сестры и серьезно, глядя в глаза мужчины, начала:
– Нам предстоит далеко не курсовая работа. Ты, Андрей, умеешь
Ирина было скорчила ироничную гримаску, но строгий взгляд Снежной Королевы остановил ее.
– Несколько дней назад мне позвонил некто Ричард, англичанин. Сказал, что он узнал из официальных источников о том, что я занимаюсь изучением архивов рыцарей-иоаннитов. Этим же занимается он. Он также знает о моем приезде на Мальту. И будет там искать встречи со мной. Может представить свои, как он выразился, должностные полномочия.
– А в чём же опасность? – не понимал Андрей.
– Давайте по порядку. Мальтийские острова – британская колония с 1813 по 1964 год. Последние великие магистры – британцы. Только в 1974 году провозглашена Независимая Республика Мальта. Немаловажно подчеркнуть, что британцы, да и мальтийцы тоже, весьма настороженно относятся к заинтересованности русских в отношении Ордена. И хотя Павел I фактически (но не в полной мере юридически) в 1798–1801 годах был великим магистром ордена иоаннитов, да еще и по просьбе самих рыцарей, спасающихся от Наполеона, отношение к нему, мягко говоря, сдержанное. Да и русских воспринимают как экспансионистов в отношении Мальты и вообще агрессивную нацию.