Игорь Рябчук – Роман-трилогия «Миры ушедших богов». Книга вторая: Империя ванаров (страница 15)

– Дорогие братья, только благодаря вашей помощи и заботе я жив. Ночью напали дикие животные, но купол защитил. С местными жителями контакта не было. Сейчас обустраиваю лагерь в лесу. Изучаю съедобные растения, позже отправлю подробный отчёт. Прошу сообщить Уру, что со мной всё хорошо.

Пока хватит, есть и более важные дела. После обеда собирался выйти в тонком теле обследовать местность, но для этого нужно подготовиться – как минимум изучить в сети карты местности, почитать о планете, её климате и прочем. Этим и занялся, пока не пропала связь.

Ну что же, визуально я выбрал самое удачное место для лагеря. Сейчас было начало местного лета, зима тут короткая и не очень суровая, но месяц будет периодически выпадать снег, значит, нужен дом. Местная звезда – Сет – ярче Солнца, её свет не желтоватый, а почти белый, смотреть на него опасно для зрения. На планете два огромных материка, разделённые океаном. Расстояние между самыми близкими точками – почти полторы тысячи километров. Сами материки равно удалены от полюсов, но в силу огромных размеров имеют разные климатические зоны. На карте были обозначены реки, озёра, степи, горы, пустыни, но, судя по снимкам из космоса, леса занимали две трети поверхности обоих континентов. Мелких островов было много, но они меня не особо интересуют – я искал поселение людей.

Вбив как ориентир космодром, стал изучать окрестности. Извилистая змейка реки разделяла степь и лес, на севере были небольшие горы, а вот и характерные квадраты полей с хозяйственными постройками.

– Твою мать! – вырвалось у меня.

Маршрут протяжённостью четыреста четыре километра проходил по сложной местности. И почему я думал, что поселение в десятке километров от космопорта? Да потому что логично, чёрт побери! Всё, решено: остаюсь здесь. Разведку проведу, но не более того.

Местная картошка так понравилась организму, что на обед хотелось только её. Отварив второй клубень в солёной воде, я полил его маслом и съел с величайшим удовольствием. Завтра можно попробовать сделать салат из зелени, что одобрил анализатор, с картофелем должно быть вкусно. Следующим утром попытаюсь понять, кто меня подкармливает. Корнеплоды мне однозначно положили намеренно, но кто? Сегодня поищу, где они могут расти. Жаль, ботвы нет, сложно будет…

После сытного обеда потянуло в сон, этим я и воспользовался для выхода в тонкий план. Начал с обзора местности с высоты птичьего полёта. Мою палатку полностью скрывали кроны деревьев, а вот степь была как на ладони. Я без труда нашёл космопорт – он оказался совсем рядом, километров пять по прямой. За сутки ничего не изменилось.

Сегодня у меня по плану была разведка прилегающей местности, а посетить колонистов и осмотреть морское побережье всегда успею. Облетев окрестности, понял, что так я ничего не добьюсь – внизу колыхалось сплошное зелёное море лесов с ниточкой реки. Снизившись, стал двигаться вдоль русла реки, которая уходила вглубь леса и становилась всё мельче и мельче, пока не растворилась в болотце, где били ключи, дававшие ей исток. До него было километров десять.

Вдоль берега росло много кустов, на которых висели крупные спелые ягоды. Как я понял, что они спелые? Их поедали местные медведи, причём с нескрываемым удовольствием, причмокивая и облизывая лапы. Мишки были мелкими с серой шкурой и вытянутой мордой, напоминали земных гималайских. Немного напрягало их обилие, но, наверное, так и должно быть, ведь это дикий лес.

Если ночной лес безраздельно принадлежал стаям хищных обезьян, то днём в нём преспокойно бродили травоядные, к которым я отнёс медведей, так как они игнорировали пришедших на водопой мелких диких свиней. Как вся эта живность умудряется выживать ночью? Наверное, у них глубокие норы. Из хищников сначала встретил серую лисицу, что ловила в траве мышей, но дальше я заметил тропу, ведущую вглубь леса, и полетел вдоль неё, пока не встретил стаю волков, цепочкой семенивших к реке. Насчитал девять зверей с короткой тёмной шерстью, но мельче земных собратьев. Может, это близкие родственники койотов? Они выглядели поджарыми, сильными, бугры мышц перекатывались под шкурой, и ещё им было жарко. Вся стая двигалась тяжело дыша, свесив языки. Когда они достигли реки, все животные попрятались. Я оказался прав: кругом были хорошо замаскированные норы, от которых животные далеко не уходили. Мишка забрался на дерево и наблюдал, как одни волки жадно пили воду, а другие их охраняли, потом они поменялись ролями. Стая перешла реку и скрылась в кустах.

Пора было возвращаться. На обратном пути, следуя по звериной тропе, заметил множество мелких зверьков с наполненными защёчными мешками. Проследив за ними, я вышел на ореховую рощу, где паслись кабанчики, бегали грызуны всех форм и мастей. Место было богатым: ветки гнулись под тяжестью орехов, а те, что опадали, растаскивались лесными жителями. Всё это изобилие занимало пару квадратных километров. Решил наведаться в рощу с рюкзаком позже, когда мышцы немного отойдут от боли и спазмов.

Основные выводы моей вылазки таковы: надо быть осторожнее даже днём, хищников тут много, и они активны не только ночью. Исследовать лес надо по тропам, присматриваясь к поведению животных. А главное – с пищей проблем у меня тут не будет.

Выйдя из тонкого плана, я взял лопату, ведро, повесил на пояс короткий бластер и пошёл искать «картошку». Подкапывал корни всех крупных растений, некоторые брал как образцы для анализатора, но два часа поисков не дали результатов: поблизости корнеплод не рос.

Вечером доел последний вкусный клубень, как и планировал, с салатом из зелени, заправленным маслом. На закуску пошли орешки, которые в варёном виде оказались намного вкуснее и мягче. Интересно, как их лучше хранить? Точно придётся делать погреб, к зиме нужен запас продуктов, и лучше с этим не затягивать. Мысли о холодной и голодной зиме – лучший стимул, чтобы оторвать пятую точку и начать действовать.

Вот и сейчас, хотя уже начинало смеркаться, не удержался и сходил на большую поляну, прикинув, где будет стоять дом, где баня, куда направить слив. Мозг включился, пошли образы будущего дома. Я буквально видел, как буду собирать сруб из сухих брёвен. Тут же присмотрел мох для уплотнения стыков и задумался о добыче глины. Находясь в такой медитации, чуть не проворонил закат. Стемнело резко, пришлось бежать под защиту купола.

Вечером я сел за импровизированный стол, включил голографический экран, стал делать чертежи и составлять перечень необходимых материалов. Рядом горел светильник, озаряя весь мой крохотный лагерь. За его световым кольцом тьма казалась густой, как битум, почти ощутимой.

Начали собираться красномордые обезьяны. Они щурились, закрывали глаза лапами и пятились от купола.

– Что, твари, не нравится свет? А у этого фонаря батарея на восемьдесят лет рассчитана!

Мне нужно было говорить – слышать собственный голос. Не важно, с кем, пусть это будут злобные хищные обезьяны. Они, кстати, как будто понимали, о чём идёт речь, и тревожно порыкивали, словно обсуждая дальнейший план действий. А через десять минут в меня полетели камни и палки. Конечно, купол их не пропустил, но настойчивость приматов начинала раздражать. Хотелось отключить купол, пустив в ход бластер. Рука невольно потянулась к поясной кобуре, но тут до меня дошло: они именно этого и добиваются! То, что палки не причинят мне вреда, они поняли ещё вчера, значит, сегодня они просто провоцируют. Их было всего полтора десятка – неужели остальные прячутся в зарослях, выжидая, когда я отвечу на их наглость? Стало интересно. Погасив большой светильник, я достал из рюкзака очки с тепловизором и рассмеялся:

– Перехитрить меня решили? Со своими-то куриными мозгами обдурить человека собрались? Вот вам! – Я сделал оскорбительный жест рукой, и в этот самый момент волна приматов с остервенением набросилась на купол. Их было не меньше сотни, с клыков капала слюна, падая на защитное поле, она струйками стекала на землю.

– Вы что, обиделись? Знакомый жест, да? А как вам это?!

Я упражнялся в невербальном общении с макаками до полного их исступления. Через час большинство из них тяжело дышало, раскрыв пасти. Похоже, мне удалось их вымотать. Я даже рассмеялся – теперь они выглядели жалкими. Огромная стая ничего не могла сделать с одним человеком. Приматы устали, хотели есть, пить, и скоро это состояние привело к конфликтам внутри самой стаи. Обезьяны давали товарищам оплеухи, скалились, если кто-то задевал их или наступал им на хвост. Главное – часть стаи разбрелась, потеряв интерес к происходящему. Удовлетворённый результатом, я пошёл спать в палатку. До самого утра меня никто не побеспокоил.

Проснулся я в отличном настроении. Боль в мышцах полностью не прошла, но стала другой, даже немного приятной, как после тренировки. Кряхтел и постанывал я только для виду – вроде никого вокруг нет, а привычка осталась. Сходил помыться на речку, заварил чай, погрыз хлебцы, запив их сладким напитком. Ванары перемалывали сушёные ягоды и потом заливали этот порошок холодной водой со льдом – получался полезный летний напиток. Но я по привычке заваривал всё кипятком. Должен сказать, что результат был восхитительным: чай из порошка манго – чистое блаженство! Подобрав длинную палку, я сунул в карман кобуры микрокамеру и пошёл разбираться, кто же это придумал менять корнеплоды на обезьян?