Игорь Рябчук – Роман-трилогия «Миры ушедших богов». Книга третья: Великая нагайна (страница 9)

– Четыре года без живого общения… Только представь, как я соскучился, друг. Никакие гаджеты не заменят личной беседы. Как ты справлялся без меня?

– Я тоже соскучился. Мне не хватало тебя, когда я жил в лесу один. Плохой из меня отшельник. А вообще на Терре мало техники, тебе было бы скучно. Почему Тая не знакомит меня со своей дочерью? Такой милый ребёнок.

– Спроси у неё сам.

– Что-то ты часто стал так говорить в последнее время.

– Я пообещал Тае не рассказывать тебе некоторые личные подробности её жизни, в том числе о её ребёнке и муже, и она имеет на это полное право.

– Справедливо. Прости моё неуместное любопытство. Не зря нашу планету называют дикой, похоже, я и сам одичал – совсем забыл о приличиях.

– Спасибо, что понял. Жаль, что тебе придётся улететь с Атави. Последний раз Тая была такой счастливой, когда вы встречались в Ясной поляне.

– Как там дела? Слышал, вы навещали их.

– Власти всё больше присматриваются к их воспитанникам, делают «выгодные» предложения. Пока отбиваются, но долго они так не протянут.

– Что предлагают чиновники?

– Как всегда: мы вас не трогаем, а вы делитесь имеющимися ресурсами. Люди для них – просто ресурс. Хотят забирать часть воспитанников старше двенадцать лет в кадетские корпуса. Им нужен хороший генофонд, но их не устраивает свободолюбие наших выпускников. Поняв, что заинтересовать их ничем не могут, силовики начали мешать работать агрокомплексу толстовцев: запретили заключать с ним контракты, повысили земельный налог, сняли серию очерняющих репортажей. Ничего нового, однако живётся им непросто. А какие у тебя проблемы на Терре?

– С чего ты взял, что у меня там проблемы?

– Когда ты вспоминаешь о Терре, в твоей ауре появляется тёмное пятно – словно печаль.

– У губернаторов всегда есть проблемы, поэтому у них такая большая зарплата.

– Не хочешь рассказывать? Что ж, дело твоё.

Я и правда не собирался рассказывать о найденном мною портале нагов, ведь тогда Адам захочет полететь со мной, а я не желал оставлять Таю без такого ценного помощника.

– Какой план на завтра?

– Теперь не знаю. Новость о заключении союза между двумя мирами однозначно внесёт свои коррективы. Возможно, будет объявлен национальный праздник. В любом случае готовься к череде утомительных официальных мероприятий.

– Тогда постараюсь немного поспать.

– Приятных снов.

Вернувшись в тело, я почувствовал, как сразу стал засыпать, но в этот раз глубоким полноценным сном – усталость взяла своё.

Утром меня никто не разбудил. Будильник был отключён, поэтому, открыв глаза, я впервые за долгие годы увидел за окном не предрассветные сумерки, а яркое солнце. Приняв холодный бодрящий душ, я оделся и вышел в гостиную. На столе ждал завтрак: сэндвичи с сыром, сок, свежие фрукты и какие-то конфетки. Устоять было невозможно – я съел всё, что было на столе.

Ещё вчера подумал: «Раз оказался в таком красивом и спокойном месте – надо заняться созерцательными практиками». Забравшись на подоконник, я сел в позу полулотоса и погрузился в медитацию. Вдоль позвоночника побежали мурашки, и вскоре меня накрыла волна безмятежного блаженства. Я сидел, глядя на горные вершины, зелёную долину, парящих птиц, полностью растворив сознание в созерцании совершенства природы. Мысли остановились, я видел проявление божественной красоты в каждой детали.

Закончив медитацию, почему-то вспомнил пещеру, в которой побывал вчера. Слова о том, что в этом месте жили великие мудрецы прошлого, не выходили из головы. Что в ней такого особенного? От этих размышлений меня отвлёк звук колокольчика. Открыв дверь, я увидел Таю в сопровождении дюжины служанок.

– Господин губернатор, доброе утро! Как вам спалось? Вам уже сообщили план официальных мероприятий на сегодня?

– Ваше величество, прошу позволения ненадолго удалиться для медитации в ту пещеру, что вы показали мне вчера. У меня есть духовные обязанности, которыми я не хотел бы пренебрегать.

– Простите, я упустила это из виду. Машина с сопровождением в полном вашем распоряжении. Надеюсь, вечером у вас найдётся время, чтобы продолжить обсуждение условий сотрудничества наших планет.

– Безусловно, ваше величество.

– Тогда до вечера, губернатор.

Тая улыбнулась и, развернувшись, поспешила по своим делам, окружённая свитой. А я спустился в подземный гараж, сел в машину с водителем и отправился к водопаду в сопровождении пары охранников, которые не отставали от меня ни на шаг.

– Адам, скажи им, чтобы не входили в пещеру, пока я там нахожусь, и никого не впускали внутрь – хочу побыть один. Это возможно?

– Ты мог бы сам им сказать – у них подключены переводчики. Ладно, иди. Я передам твоё распоряжение.

Я вытащил микронаушник, положил его на камень у входа и вошёл в грот. Идти дальше в тёмную холодную пещеру не захотелось, поэтому, сорвав свежей травы, сложил из неё мягкую подстилку и уселся лицом к потоку воды. Размяв тело гимнастикой, стал делать дыхательные упражнения, расфокусировав взгляд, глядя на кончик носа. Как только появилось ощущение невесомости, стал нараспев повторять мантры, которым меня обучили в ашраме. Исчез гул падающей воды, появилась приятная вибрация в теле, ко мне вернулось утреннее безмятежное блаженство – и вдруг всё вокруг залил яркий свет, в сиянии которого растворились очертания пещеры.

По ощущениям это продолжалось минут пятнадцать. Потом свечение погасло, оставив меня в сером полумраке грота. С трудом встав, я подошёл к струям водопада, подставил ладони и стал жадно пить. Вода показалась вкуснее любого напитка. Напившись, почувствовал, как разыгрался у меня аппетит – нужно было срочно чем-то перекусить, поэтому я решил вернуться во дворец. Охранники, по-прежнему стоявшие у входа, как-то странно посмотрели на меня, но ничего не сказали.

Только в машине вспомнил про микронаушник, оставленный в пещере. Вдруг один из сопровождавших меня сумати, будто прочитав мои мысли, молча протянул его мне. В ухе сразу послышался голос Адама.

– Все монахи такие неадекватные?

– Не ругайся, лучше объясни, чем я тебе не угодил в этот раз?

– Ты обещал девушке встречу – она ждала, расстроилась. Я уже не говорю о сорванных протокольных мероприятиях.

– Не понимаю, о чём ты. Неужели нельзя полчаса человеку отдохнуть?

– Полчаса?! Ты просидел в пещере целые сутки! Мы четыре раза охрану меняли.

– Разыгрываешь меня, да? Раньше лучше получалось.

– Идиот. Сам с Таей объясняйся, понял? Всё, конец связи.

Посмотрев в коммуникаторе, какой сегодня день, я не удивился – этот жулик мог легко её подправить, а вот пятнадцать вызовов… Неужели не обманул? Сомнения окончательно развеялись, когда я встретил Таю.

– Ишан, разве так можно? Мы все переживали за тебя, о таком надо предупреждать заранее. Я уже хотела отдать приказ войти в пещеру, чтобы посмотреть, жив ли ты вообще.

– Прости, Тая, это произошло помимо моей воли. Мне показалось, что прошло не больше пятнадцати минут. Похоже, пещера обладает уникальными свойствами – их следует изучить.

– Не знаю… это излюбленное место туристов, и раньше такого не случалось. Скажи, что столько времени можно делать в холодной, сырой пещере?

– Я медитировал – это моя ежедневная практика для развития концентрации. Уверен, дело в самом месте.

– Ты целый день провёл без еды. Иди скорее обедай. Я дам поручение – тебе принесут горячий суп.

– Спасибо, и прости, я правда никого не хотел тревожить.

Сначала Тая выглядела обеспокоенной и даже хмурой, но к концу нашей беседы улыбнулась мне. Впредь следует быть осторожнее: оказывается, все эти мантры и медитации не такие безобидные, какими кажутся.

Как обещала Тая, мне принесли большую керамическую посудину с горячим ароматным супом из каких-то корнеплодов. По цвету он напоминал тыквенный, пах картофелем, а на вкус был сырным. Вдобавок на стол поставили тарелку с пшеничными гренками и соусницу со сметаной. Уж не знаю, голод на меня так повлиял или действительно суп был настолько хорош, но я съел всё без остатка, решив, что нашёл своё любимое блюдо на этой планете.

Официальных мероприятий избежать не удалось: посещение картинной галереи, знакомство с местной аристократией, военный смотр сил быстрого реагирования и даже ужин с представителями местного бизнеса шли бесконечной чередой. К вечеру я был выжат как лимон. Видя моё состояние, Тая и Адам не стали беспокоить меня просьбами провести время вместе. В апартаментах я набрал полную ванну тёплой воды и лёг в неё, наслаждаясь покоем.

Всё это не моё: светская роскошная жизнь, постоянное внимание публики, фальшивые улыбки, особенно неловко было из-за прислуги. Не привык, чтобы за меня застилали постель, убирались в комнате, мыли посуду, стирали одежду, готовили еду. Я понимал, что моё неприятие дворцовой жизни – результат длительного одиночества и здесь всё устроено именно так, как должно было быть. Просто мне здесь не место.

Спать лёг на диване в кабинете. Тут было уютнее, чем в огромной пустой спальне.

Утром появилось знакомое чувство нарастающей тревоги. По опыту я знал, что игнорировать его – себе дороже. Интуиция меня никогда не подводила. Закрыв дверь на щеколду, сел в кресло и постарался вспомнить всё, что оказало на меня сильное впечатление за последнее время, тем самым позволяя подсознанию дать подсказку. Ум прокручивал картинки: грот с водопадом, улыбающаяся Тая, ребёнок в кроватке, парящие в небе орлы, тюремная камера, кричащая в трюме «Вояджера» Захарова, Баринов, смотрящий в небо на космодроме… Стоп! Вот источник тревоги. Я вернул образ друга, стоящего под небом Терры, и тогда с новой силой навалилось чувство приближающейся беды. На Терре назревала настоящая катастрофа. Связь между планетами настолько медленная, что пройдёт месяц, прежде чем Виктор Николаевич получит мой вопрос, и ещё один, пока до меня дойдёт его ответ. Выход был только один – срочно лететь домой. В этот момент руку дёрнул коммуникатор, сообщая о входящем звонке. Это был Зак.