Игорь Рябчук – Роман-трилогия «Миры ушедших богов». Книга первая: Шалаграм (страница 15)

Дом был оборудован ИИ – искусственным интеллектом. Не то чтобы это было чем-то необычным, но в красноярской тайге такие не строили, так что отдавать команды голосом и жестами было не совсем привычно.

– Здравствуй, избушка! – поприветствовала дом Света.

Хорошо, что не стали давать ИИ человеческое имя. Не могу сказать почему, но мне всегда было некомфортно обращаться к компьютеру, называя его «Сири» или «Алиса». Комната, отведённая мне, находилась на втором этаже и явно принадлежала раньше их сыну – маловероятно, что дочь могла увлекаться боксом. Мне выдали новый спортивный костюм, полотенце, зубную щётку. После водных процедур, переодевшись в нормальную одежду, я почувствовал себя другим человеком, оставалось решить вопрос со стрижкой. Но прежде отправился предложить свою помощь на кухне. Спустившись на первый этаж, чуть не был сбит с ног маленьким ураганом – девочка одиннадцати лет, вбежав в дом, не сбавляя скорости, обняла меня, прижавшись белокурой головой к моей груди.

– Привет! Я Валерия. Мама про тебя рассказывала, потом поболтаем, пойду с родителями поздороваюсь.

Ошарашенного таким знакомством и стоящего в гостиной с идиотским выражением лица меня застала Светлана.

– А, уже познакомились, вижу! Младшенькая у нас – гиперактивный экстраверт. Если будет надоедать – просто закройся в комнате. По-другому спастись не получится.

– Всё хорошо, я шёл предложить помощь на кухне…

– Ты мой хороший, как же приятно слышать такие слова! В этом доме все постоянно заняты, помощи допроситься невозможно. Пойдём, но предупреждаю: возможно, ты ещё пожалеешь, что вызвался помогать, вечером соберётся вся семья, работы у нас с тобой во! – Светлана подняла ладонь над головой.

Чистка и нарезка овощей для меня сродни медитации. Даже в чужом доме, на незнакомой кухне, благодаря этим нехитрым занятиям через час стал чувствовать себя намного комфортнее.

Если на обед мы приготовили только сырный суп с гренками, то вот ужин предстоял серьёзный: салат из пекинской капусты с зелёным горошком, картофельное пюре, овощное рагу в томатном соусе, хлебные палочки, брусничный морс и морковный пирог с цукатами.

Рецепт морковного пирога сразу записал себе в блокнот коммуникатора. Он источал такой аромат, что рот постоянно наполнялся слюной. Готовился пирог без добавления жидкости: мука смешивалась с сахаром, тёртой морковью и сливочным маслом, чуть-чуть орехов, цукатов, разрыхлителя, ванилина – и всё! Морковь в процессе выделяла сок, который окрашивал пирог в оранжевый цвет. Видя мой интерес к этому блюду, Света положила мне небольшой кусочек в тарелочку, предложив продегустировать его.

– Это божественно! – искренне восхитился я.

– Мой фирменный. Главное – масло тщательно втереть в муку, тогда он такой песочный получается. Ещё его нельзя растаивать, сразу ставь в разогретую духовку. Ты что, записываешь рецепт?

– Конечно, у меня своя кулинарная книга, собираю туда лучшие из проверенных рецептов. Уже сто тридцать три блюда в копилке, – с гордостью сказал я.

– Ого! Если будет настроение, приготовь что-нибудь нам из этих блюд, ладно?

– Хорошо, если поможете выбрать рецепт.

К ужину пришли родители Кости, а также все дети семьи Кузнецовых. Было немного неловко находиться в кругу семьи, где сложились очень близкие отношения, есть свои темы для разговоров. Выручала Света – она знакомила меня со всеми, тактично ведя беседы на общие темы, иногда спрашивая моё мнение.

– Дима, как ты отнесёшься к тому, что завтра утром Юрий Михайлович проведёт для тебя экскурсию по Ясной поляне?

Юрий Михайлович – отец Кости, пожилой мужчина с примечательной клиновидной бородкой, такой же высокий, как сын, но немного сутулился, иногда прихрамывал. Старик был худощав, молчалив и казался немного грустным.

– Если это будет удобно, я буду благодарен.

– Отлично. Юрий Михайлович, в десять удобно будет?

– Да, Светочка, до обеда я в полном вашем распоряжении.

За столом я находился справа от Кости, напротив детей Кузнецовых, которых будто специально посадили в ряд по росту. Они постоянно отвлекались от застолья, точнее сказать, почти всё время сидели уткнувшись в коммуникаторы. Моя персона не вызвала бурного интереса, так как в семейном чате Света уже вкратце описала историю нашего знакомства. Беседа сводилась к обмену последними новостями да обсуждению погоды. Я вежливо отвечал на вопросы о погоде в Красноярске, рассказал о большом урожае кедрового ореха в этом году.

Понимают ли эти люди, какой ценностью обладают? Быть рядом с близкими людьми, проводить вместе время, поддерживать друг друга… Эта мысль пришла мне в голову к концу ужина. Дети этого точно ещё не понимают – они раньше всех попросили разрешения уйти, сославшись на дела по учёбе.

Когда они ушли, старший Кузнецов обратился ко мне:

– Дмитрий, я правильно понял: вы сейчас ищете место для жизни? На родину возвращаться не собираетесь?

– Ещё сегодня утром я думал, что буду путешествовать пешком вдоль берега Чёрного моря, потом наймусь на работу, пока будет зима. А сейчас я сижу здесь, не зная, что будет завтра.

– А можно узнать, молодой человек, как обстоят дела с вашим образованием?

– Дед оплачивал частную онлайн-школу, учился только на отлично. Остался последний класс, который не получилось начать.

– Я прямо скажу: если Ясная поляна придётся вам по сердцу, то тут всегда найдётся место разумному и дисциплинированному человеку. Есть общежитие, школа, институт для учёбы – лучше места не найти, а главное достоинство нашего поселения – возможность заработать себе на жизнь честным трудом. Да, у нас всё нужно оплачивать: обучение, место в общежитии, питание, но заработная плата так же достойная.

Пришло время выложить самое главное – то, что не даёт покоя и делает из меня затравленного зверя:

– Есть одна сложность. Я Константину со Светланой говорил… У меня нет ID.

– Ну так почему бы его не получить?

Это был вопрос не в бровь, а в глаз. Почему?

– Меня тогда заберут в интернат социальной службы.

– Такое развитие событий вполне возможно. Но почему тебе так претит идея получить ID?

– Дед говорил, чтобы я не делал этого, даже слово с меня взял – не сдавать биометрические данные.

– Он старовером был?

– Нет, мы рядом жили с ними, а сами неверующие.

– А дедушка твой как без ID обходился?

– У него на внешнем носителе был, поэтому верующие позволили нам поселиться неподалёку от них. Как он его сделал, я не знаю.

– Понятно. Давай договоримся так: завтра я тебе всё покажу, потом возьмёшь время на размышления, поживёшь тут недельку, а если примешь какое-то решение, будем думать, как быть дальше. Даже если решишь вернуться на побережье, я тебе смогу кое в чём помочь.

После этих слов старшие Кузнецовы засобирались домой.

– Ну хорошо. Спасибо за ужин, всё было, как всегда, очень вкусно, но нам пора идти домой, правда, Ксения Игоревна? – обратился он к супруге, которая весь вечер что-то оживлённо обсуждала со Светой.

– Да, конечно, Юра, только луковицы лилейника возьму у Светочки.

После окончания ужина я помог помыть посуду и отправился в свою комнату. Я был благодарен старшему Кузнецову за прямоту: есть неделя на принятие решения, фактически меня уже пригласили поселиться на Ясной поляне, главное – вопрос с жильём и работой, по его словам, мог легко решиться. Возвращаться к жизни в палатке ох как не хотелось, особенно сейчас, когда по ночам становится всё холоднее. Похоже, завтра будет очень важный день.

Я проснулся от собственного крика. Было темно, сердце бешено колотилось в груди, а всё тело покрылось липкой испариной. В комнату заглянула младшая дочь Кузнецовых, кажется, её зовут Валерия.

– Страшный сон приснился? – спросила она, садясь в кресло.

– Да, каждый раз один и тот же снится.

– А я вот лунатик. Иногда просыпаюсь и вижу, что стою у окна, а как встала, дошла до него – не помню.

– Это страшно?

– Что страшно?

– Ну, вот так очнуться у окна?

– Нет, просто неприятно. Я родителям не рассказываю, а то начнут свои глупые терапии со мной проводить, брр.

– А я на всё готов, лишь бы эти сны прекратились.

– Они до тебя тоже доберутся, тесты всякие будешь делать, потом, может, даже загипнотизируют.

– Это если я здесь останусь.

– Конечно останешься. Папа сказал, что ты наш человек, а у него интуиция.

– А к вам сложно попасть? Ну, в смысле, как я, чужому человеку – поселиться на Ясной поляне?

– Сложно. Совет шпионов боится, вредителей всяких и просто безответственных. Кандидаты тесты проходят, собеседования, у нас даже служба безопасности своя есть. Не всех принимают.

– А ты, когда вырастешь, здесь останешься жить или уедешь?

– Пока не знаю.

– Слушай, я всё хотел спросить, а родители мамы вашей – они где? Не в Ясной поляне живут?

– У нас принято говорить просто «Поляна», местные не говорят «Ясная поляна». Мамины родители погибли, давно, я их никогда не видела. Говорят, в горы ушли и не вернулись.

– Понятно.