Что таить? Да не одну!
Скрипка ж нежно тут спросила:
– Знать, я тоже ПЕТЬ могу?
– Ну, конечно же, родная.
Голос твой, как тот хрусталь!
Каждой скрипке – СВОЙ смычочек
– это главная мораль!
Тут очнулся дед Пафнутич,
усмехнувшись произнёс:
– Неужели в даль такую
Бог за тем тебя принёс,
чтобы выдать эти песни,
и смычком её обнять?
Никогда мне, НИКОГДА-А-А
этим глупостям не внять!
Столько лет учиться кряду
и мечтать всю жизнь о том,
чтобы главную руладу
ОТ… ИГРАТЬ своим смычком…
Я, к примеру, взял подвинул
тот футляр в любой момент.
И бутылочку поставил,
на закусочку – рулет.
Эко, что за чудо-диво?
Я таких что ль не видал?! —
Просто скрипка, ясно дело.
Место ей – футляр-подвал.
Ну, а если уж приспичит,
я футляр отпёр ключом —
пару скрипов проскрипела —
ну и счастлив я на том.
– Нет, Пафнутич, ты не в теме!
Я ж полмира прошагал,
но такой певуньи страстной
нет, нигде не повстречал!
Я тебе решил поведать,
постарайся ты понять,
что певунью из подвала
лучше б мне с собой забрать.
Посуди ты сам, братишка,
для тебя она – не «ФИШКА».
Не поможет и картечь
«свечку» ту тебе зажечь.
Ты оставь себе бутылку
и рулет на закусон.
А футляр с той скрипкой ценной
я возьму – тебе поклон!
А ещё проси, что хочешь
за богатство в футляре́ —
всё отдам!.. брильянтов горы!..
…только где бы взять их мне?
Коль отдашь, то будет слушать
день и ночь весь шар земной
песни счастья, песни страсти —
голос скрипочки одной!
Пожалей её ты, старче,
ведь умрёт от духоты.
Пусть возьмут умелы руки.
Ведь уме́лы!! – СЛЫШАЛ ты?!
Покумекал наш секьюри:
– Что ж, Никколо, забирай!
Ты видать игрок, что надо.
Пусть забудет мой сарай.
Пусть поёт про счастье песни.
Я ж слова-то все забыл.
