Игорь Петровский – Византия. Христианская империя. Жизнь после смерти (страница 22)

В первую очередь Собор занялся разбором деяний предыдущего, «разбойничьего» Собора, ведь именно его решения отказывался признать папа римский. На первых же заседаниях прозвучали обвинения против Диоскора Александрийского в самоуправстве, и тот был вынужден из участников перейти в обвиняемые. Вскоре он был осужден и низложен, а следом осуждена и ересь Евтихия.

Казалось, все вопросы были решены. По крайней мере, так считали легаты папы римского. Но у императора Маркиана был другой взгляд на все эти вещи. Ему нужна была совершенно четкая, конкретная христологическая формула. Он даже запер шестерых участников Собора в притворе храма святой Евфимии, для того чтобы они эту формулу выработали. Так и родилась эта великая Халкидонская формула, это золотое исповедание веры о том, что во Христе две природы, Божественная и человеческая, соединены неслитно, неизменно, нераздельно и неразлучно.

На месте древнего Халкидона теперь находится стамбульский район Кадыкёй. В нем тоже есть церковь святой Евфимии, построенная в 1694 году греками. Где-то рядом с этим местом и проходил Халкидонский Собор. Святая Евфимия была очень чтима именно здесь, в Халкидоне, потому что она родилась здесь, ходила по этим улицам, и в этой связи есть еще и второе предание о том, как появилась эта халкидонская формула. Говорят, когда дискуссии зашли в тупик, отцы Собора положили во гроб святой Евфимии два свитка: на одном была православная формула, на другом еретическая. И когда через три дня гроб вскрыли после усиленных молитв, православное исповедание веры Евфимия держала в руке, а еретическое лежало у нее в ногах, и фактически этот свиток был уже гнилой. Так это было или иначе, мы не знаем, но мы знаем точно, что все эти великие события происходили именно здесь.

До наших дней никаких археологических свидетельств найдено не было. Лишь из письменных источников нам известно, что церковь располагалась примерно в одном-двух километрах от центра Кадыкёя. Как описывают историки, из храма открывался потрясающий вид на Константинополь. Что это значит? Скорее всего, находилась она где-то в районе казарм Селимие и квартала Йелдермини. Там находилась могила святой, часовня на месте ее погребения и сам храм. В VII веке, когда на Халкидон напала персидская армия, саркофаг с мощами святой перенесли в Константинополь.

451 год был судьбоносным для всего христианского мира. Во-первых, в этом году завершился Халкидонский Собор, который поставил точку в христологических спорах, как полагали. Они длились целое столетие. Во-вторых, в 451 году на Западе, в Галлии, Аэций, этот последний римлянин, разобьет Аттилу и его гуннов. А в-третьих, на другом конце мира, в Армении, в 451 году произойдет знаменитая Аварайрская битва, и хотя христиане-армяне получат серьезное потрясение во время этого сражения, они будут разбиты, но персы-зороастрийцы навсегда оставят идею обратить их в свою веру. Армения останется христианской. Но, к сожалению, все эти положительные итоги трех главных событий 451 года оказались хрупкими и недолгими.

Глава 8

Святая София. Небо на земле

70-е годы V столетия от Рождества Христова. Территория Западной Римской империи сократилась до одной Италии, а императоров возводят на престол и свергают варварские вожди. Ни один из четырех последних императоров Рима не правил больше года. В 475 году военачальник Орест провозгласил императором своего сына Ромула Августула, но уже на следующий год против него поднял мятеж другой командир наемников Одоакр.

В 478 году в Константинополь прибывают корабли посланников от Одоакра с необычным посланием. Флавию Зенону передают символы императорской власти, так называемые инсигнии, которые хранились в Риме, а также сообщают, что Одоакр ни на что не претендует, он лишь просит для себя титул патриция Римской империи. Вся власть теперь в стране сосредоточилась в Константинополе. Падение Западной Римской империи было масштабным историческим событием, которое положило конец эпохе Античности и начало эпохе Средних веков, однако император Зенон, скорее всего, ничего этого не заметил: он был занят совершенно другими делами. Ему нужно было сдерживать натиск варваров на Балканах, вести изнурительные войны с персидским Государством Сасанидов, а также разбираться с волнениями внутри империи по причине IV Вселенского Собора.

В Египте, Сирии и Палестине, Армении, почти всех негреческих областях империи большая часть населения не приняла решений Халкидонского Собора 451 года. Среди отвергавших великую халкидонскую формулу о соединении во Христе двух природ были епископы, богословы, но, что гораздо важнее, за ними стояли толпы монахов и простых людей.

В Египте постоянно держали войска, которые должны были обеспечивать безопасность александрийского архиепископа Меликита, сторонника Халкидона, потому что как только войска выходили, сразу же происходил бунт и сторонник Халкидона в лучшем случае лишался своей кафедры, а в худшем – головы.

Собственно говоря, то, что мы сегодня называем Коптской Церковью – это и есть древняя Александрийская патриархия, практически полностью ушедшая в раскол в середине V века.

Антихалкидонизм стал, как бы мы сейчас сказали, формой оппозиции не только религиозной, но и политической. Иными словами, это неприятие Халкидона и идея, что Халкидонский Собор – это некая диверсия, устроенная безнравственными и коррумпированными чиновниками для продвижения своих темных целей. И такая идея, в частности, выражена в знаменитом произведении «Плирофории» Иоанна Руфа, который записывал со слов бывших на Халкидонском Соборе его противников.

Причем здесь еще очень интересный этносоциальный аспект. Если в IV веке египетские христиане-копты будут выступать против местной грекоязычной аристократии именно под эгидой борьбы с язычниками, то уже в V веке, когда языческий элемент в Египте был не так силен, национально-освободительная борьба коптов против ненавистных им помещиков будет проходить под лозунгами борьбы за истинную христологию нашего отца и заступника Диоскора и против этих вот мелькитов.

С точки зрения противников Халкидона на этом Соборе победило несторианство, то есть учение о разделении во Христе Бога и человека на отдельные личности. Особенное неприятие вызвал утвержденный на нем томос, то есть послание, папы Льва Великого, в котором прямо говорилось о двух природах. И хотя была принята формула, что соединились они в Сыне Божием неслитно, неизменно, нераздельно и неразлучно, монофизиты утверждали, что она все равно противоречит формуле Кирилла Александрийского о единой природе Христа.

Может быть, те образы, которые в послании, в томосе Льва Великого находятся, воспринимаются в русле богословия монофизитстких церквей, как звучащие несколько по-несториански. Когда он говорил, что Господь как человек плакал, видя умершего Лазаря, и как Бог его воскресил – но ведь не сказано, что человек оплакивал, а Бог воскресил. Сказано: Он, один и тот же Господь Иисус Христос, Он как человек, то есть по своей человеческой природе плакал, видя своего друга умершим, но, обладая Божественной природой, Божественной силой и властью, Он его воскресил. Но Он один и тот же, Иисус Христос.

Волнения после Халкидонского Собора совпали с тяжелым периодом в истории Восточной Римской империи. Как и на Западе, после смерти созвавшего Халкидонский Собор императора Маркиана, правители восходили на престол при помощи варварских полководцев, которые тогда контролировали практически все высшие командные посты. Восстания и гражданские войны следовали одна за другой. К тому же обстановка на границах была весьма напряженной, поэтому все императоры стремились поскорее установить хотя бы церковный мир.

Восточноримское правительство пытается как-то затереть Халкидон, издавая все новые и новые объединительные формулы. Самая известная – это «Энотикон» императора Зенона, который в дальнейшем поддерживал император Анастасий. Эти примирительные формулы приводят к забвению Халкидона. То есть был I Вселенский Собор, II Вселенский Собор, III Вселенский Собор – отлично, несториан осудили, Халкидона нет, и все должны помириться.

«Энотикон» был издан в 482 году. Его подписали все восточные патриархи. Это привело к конфликту с Римом, который настаивал на признании томоса папы Льва. По имени Константинопольского патриарха этот раскол получил название акакианской схизмы, но на три десятилетия на Востоке империи установился хрупкий церковный мир.

«Энотикон» мог стать базой для договора, и отчасти, как ни странно, «Энотикон» был принят в качестве базы и нормы в Грузии и в Армении. Вот фактически консенсус, которого достигает Грузия, Армения и все это пространство с Византией, держится на «Энотиконе».

Однако в начале VI века ситуация стала выходить из-под контроля. Император Анастасий хотя и придерживался «Энотикона», сочувствовал монофизитам, и в 512 году на Балканах против него поднял восстание сторонник Халкидонского Собора полководец Виталиан. Началась затяжная гражданская война, которая продолжалась до самой смерти Анастасия в 518 году.

Но давайте вновь перенесемся в блистательный Константинополь, в самое его сердце, где главным развлекательным аттракционом для публики был ипподром. На константинопольском ипподроме проходили многочисленные забеги. Его величественный размер можно видеть до сих пор. До сих пор можно видеть, как древние беговые дорожки делают небольшой полукруг – это следы направляющих треков для колесниц. Они проходили именно здесь, в нескольких сотнях метров от Святой Софии, а по бокам, справа и слева, находились трибуны с многочисленными болельщиками. Они делились на две партии: «расины» и «венеты» – синие и зеленые, так как одни носили одежду и украшали свою трибуну синим, а другие зеленым цветом. И вот в 518 году, после смерти императора Анастасия, во дворце стали обсуждать кандидатуру нового правителя, но не все было так однозначно и просто. Нужно было, чтобы его еще приняли вот эти самые болельщики, эти «синие» и «зеленые». На самом деле в это сложно поверить, но именно так была устроена политическая система крупнейшей в мире державы, и порой договориться с этими «фанатами» было гораздо сложнее, чем найти консенсус внутри самого дворца. Как и водится, тогда предложили сразу несколько кандидатур, но они все время не удовлетворяли болельщиков, те устраивали потасовки, погромы, так что «дискуссия» затягивались.