Игорь Павлов – Древесный маг Орловского княжества 11 (страница 40)

— Просто оставь, — раздаётся едва слышно.

— Нет, мы уходим, — говорю решительно, поднимаясь.

— В таком виде я не могу вернуться, — выпалила Люта слабенько.

— Не переживай, никто тебя и не увидит.

Быстро пособирав ценные доспехи, сгребаю девушку в охапку, завёрнутую в шубу. Выйдя из сарая, ращу крылья и сразу взмываю в воздух. Магичка даже не сопротивляется, она вообще, как варёная. Похоже, истощила весь резерв и из–за этого восполнение идёт очень туго. Надеюсь, не выгорела полностью — такое мы уже проходили, когда она нырнула за мной в Разлом с Печатью запрета. Только теперь синих кристаллов у меня нет. Придётся за ними нырять в другой мир. В условиях, когда я свой город ни на минуту оставить не могу — это задача практически невыполнима.

Лечу, прижимая к себе Люту, как собственного ребёнка, и думаю… Ведь это была засада. Явно веря в успех, Гершт взял на неё даже собственного сына и ещё около дюжины самых крутых магов. Если бы я не включил мозги, они бы развели меня, как дурака, развалив исполина к чёртовой бабушке. Как бы я от них ушёл без ноги? Да хотя бы с повреждёнными сухожилиями? Вот бы было фиаско — развалиться на глазах у собственных людей. Видимо, на это и рассчитывал Биргер, командуя войскам на штурм.

Но их планы нарушила моя бешеная крошка из преисподней. Вероятно, она почуяла стороннюю, опасную силу и ворвалась, как львица. И теперь моя святая обязанность позаботиться о ней, пока уязвима. Страшно подумать, чтобы стало с Лютой, если бы польские поисковики опередили меня.

Интересно, сын Гершта выжил? Просто некогда было его искать.

Чтоб не задавали лишних вопросов, прилетел к дому Люты и забурился туда. Понимая, что никакие лекари ей не помогут, решил позаботиться сам. Уложил на кровать, придвинув её ближе к печке. Быстро развёл огонь и поставил кипятить воду для чая.

После недавней драки бытовые вопросы действуют на меня довольно успокаивающе. Несмотря на то, что из–за Люты сердце не на месте.

Особенно волнение берёт, когда даже огонь из камина ей не помогает. Кутаю, пою чаем с ложечки. А её всё лихорадит. Похоже, даже посильнее, чем в сарае. Стук зубов стоит на всю избу, периодически бедняжка дрожит в голос.

В очередной раз пытаюсь влить в неё силы прикосновением. Но что–то блокирует энергию с её стороны. Будто она всё ещё на боевом взводе и не может перестроиться. Не может успокоиться до сих пор. Смотрит на меня с надеждой, но тут же уводит взгляд.

Похоже, я понял… к чёрту всё.

Скидываю с себя броню и снимаю всю одежду. А затем ныряю под пуховое одеяло, прижимаясь голым телом к ней со спины. В первое мгновение лежащая на боку Люта вздрагивает. Свернутую калачиком малышку очень легко обхватить, что я без зазрения совести делаю. Чувствую её прикосновение на своих руках. Кажется, что она хочет отвести мои нахальные руки. Но вот она уже прижимает загребущую лапу к своей обнажённой тугой груди. Обнимает её, как плюшевую игрушку, жмётся сама. Какая же она горячая… Чувствую её выдох с облегчением, будто до этого времени она сомневалась, жив ли я вообще. Может, думала, что Ярослав ей привиделся. А теперь она всем телом чует его заботу.

Дрожь постепенно отступает, продолжая терзать её лишь порывами, в которые она так беспомощно всхлипывает, разрывая моё сердце.

Магическая энергия мягко уходит из меня, наполняя силами котёнка в моих объятиях. Так мы и лежим минут двадцать, а затем Люта успокаивается и затихает. Вскоре становится ясно — уснула. Причём обняла мою руку так, что теперь и не вылезешь, не растревожив.

Думал, что пережду часик и вылезу. А очнулся с первыми лучами солнца, когда уже настойчиво задолбили в дверь. К этому времени Люта остыла и, судя по всему, проснулась вместе со мной. Шевелиться не решилась, я просто почувствовал, как стремительно ускоряется её сердечко. Отлип, убирая ногу, которую во сне закинул на неё. Без лишних комментариев вылез из–под одеяла и стал одеваться.

— Да иду я! Хватит дверь ломать! — Рявкнул на посыльного и стук сразу прекратился.

Смущать девушку не хотелось, поэтому отвернулся, встав спиной. Но когда уже принялся за броню всё же посмотрел на неё мельком, дабы убедиться, что с ней всё хорошо. А то совсем притихла.

Краснощёкая Люта закуталась по самое горлышко и зажмурилась, словно ждёт взбучки или критики.

— Как себя чувствуешь? — Спросил, не оборачиваясь.

— Благодарю, уже лучше, — прошептала, как умирающая птичка и добавила себе под нос едва слышно: — Как неловко…

— Спасибо тебе за помощь, сестрица, — произнёс с улыбкой, делая вид, что не услышал.

Секунд десять царит молчание.

— Я не всех добила, — выпалила она. Судя по звуку, приподнимаясь.

— Это были самые сильные маги поляков, если ты не в курсе.

— Мне всё равно, — произнесла Люта обыденно. И это прозвучало намного круче любого возможного выпендрежа.

— Как скоро ты сможешь встать в строй? — Поинтересовался уже более официозно.

— Дай мне час, — обескуражила ответом. — Если это необходимо.

— Тревожные колокола молчат. Да и куда теперь полякам лезть после такого провала? Так что отдыхай, я пришлю к тебе девочку в помощь.

— Не нужно, я справлюсь.

Обернулся. Люта глазища увела бесстыжие. Так захотелось её снова обнять. Не удержался и подошёл, нависая. Исподлобья взглянула, ох и няшка.

— Ты моя героиня, — вырвалось из меня. — Стольких людей спасла. И меня дурака прикрыла. Если бы не ты…

— Полно, Ярослав, — пробурчала, краснея ещё больше.

Опустился, взял за лицо и поцеловал в обе щёки, практически попадая и по уголкам губ.

Люта посмотрела на меня ошарашенно.

— Обожаю тебя, — произнёс, как на духу. — Молодец, умница.

Заулыбалась, уводя взгляд. Как же легко засмущать малышку, когда она ещё не огненная бестия.

— Сегодня отдыхай, а завтра посмотрим, — сказал напоследок и выскочил на улицу, деликатно закрыв за собой дверь.

У дома собралось два десятка конных посыльных. Вижу и подгребающих витязей с сотниками. Похоже, как только голос подал, всех и оповестили, что я здесь. А до этого не были уверены.

Общая усталость никуда не делась. Хотя, провалившись в сон я хоть немного отдохнул. И, похоже, поделил свой резерв с Лютой поровну, как это бывает с сообщающимися сосудами. Что бы это значило? Магичка сама выбрала щадящий режим впитывания энергии? Или мы просто созданы друг для друга? Времени об этом размышлять не дали. Сразу набросились с докладами и проблемами, которых хоть отбавляй.

Но ничего критичного, всё решаемо. За исключением одного — людской ресурс восполнить нам неоткуда. Даже несмотря на то, что новобранцы из жителей города рвутся в бой. Простого мяса мне не нужно. Ни стариков немощных, не молодых пацанов. Ни девок, которых в армию рвётся всё больше.

Облетев за утро периметр обороны, убедился, что враг и не думает атаковать. Но и не собирается сваливать, несмотря на крах, что они потерпели при штурме. И не взирая на гигантов, которым пока было нечего противопоставить. Учитывая их упорство, я даже засомневался, стоит ли лезть исполином и динозаврами снова. Вполне вероятно, что у польского командования имеется новый план по противодействию.

К полудню, разведав по воздуху, убедился, что враг прибегнул к новой тактике. С севера до юго–запада поляки продолжают уплотнять полукольцо, образовавшейся на расстоянии трёх–пяти километров блокады. Откатившиеся ночью формирования активно окапываются. Они в буквальном смысле роют землю! И, похоже, это первая мера против моих гигантов. Да и против зонтиков тоже сгодится.

Пока одни строят оборону с траншеями, кольями, навесами, наваливая на линию фронта всё, что попадается под руку, к потрёпанным войскам непрерывными ручейками и отрезками подтягивается подкрепление, усиливая их присутствие. Местами блокада выглядит совсем смешной, поляк пока не может обеспечить достаточную плотность. Но в целом, не сложно представить, что в скором времени тут будет уже не так просто пробиться с земли.

Видимо, получив по шапке, Биргер признал свою ошибку и теперь смиренно ждёт всю армию Сигизмунда. При этом он старается отрезать наш город, понемногу увеличивая полукольцо. А ещё он закрепляется в Сосково, заблокировав нам главную магистраль на восток. В общем, началось позиционное противостояние.

Тем временем вернулись мои ночные лазутчики. Учитывая сложившуюся обстановку, они лишь незначительно замедлили неизбежное. Поляки укрепляются на позициях, ни на секунду не расслабляясь даже в ночное время. Вместе с тем, вылазка не стала такой уж бесполезной. Китайцы потеряли пятнадцать бойцов, при этом уничтожили в десять раз больше людей, подожгли много телег с запасами и даже умудрились отравить около сотни лошадей.

Однако с новыми вылазками хочу повременить. Китайские номера могут уже не пройти с поляками, а опытных бойцов пускать на убой непозволительно. Как и отправлять в Сосково последние два резервных полка, чтоб отбить город. Понимаю, что вскоре туда нагрянет армия с курского направления, сведя наши усилия на нет. Остаётся смириться с тем, что враг так или иначе там закрепится.

Вместе с тем, пока не подтянулась основная армия с Новгорода и не пришло большое подкрепление с Европы, нужно что–то делать с Биргером. У нас трое суток, иначе потом мы будем драться уже с объединёнными силами.