Игорь Патанин – Семь слонов (страница 7)

– Спасибо за помощь, доктор. Мы ещё свяжемся с вами.

– Всегда рад помочь правосудию, – Беркут проводил её до двери. – И, следователь Свиридова… удачи вам. Такие дела всегда оставляют след в душе.

Выйдя из центра, Анна позвонила Дорохову.

– Он знает больше, чем говорит. Отрицает знакомство с Соколовым, но заметно напрягся при упоминании Твери и фарфоровых слонов. И ещё – я видела карту пациента с синим кружком, как пометки в журнале Соколова.

– А у меня новости, – голос Дорохова звучал возбуждённо. – Я проверил связи. Елена Андреевна действительно была пациенткой центра «Новая жизнь». Два года назад, курс терапии по поводу повышенной тревожности. И направил её туда… догадайся кто?

– Виктор Михайлович Астахов.

– Точно. Более того, нашлись записи о том, что Софья тоже проходила там «диагностику». Всего три сеанса. Потом мать прекратила терапию. И вот что странно – в электронных картах обеих стоят цветные метки. У матери – синяя. У дочери – зелёная.

– Жди меня. Нужно срочно поговорить с Еленой Андреевной.

Сознание возвращалось медленно, словно всплывая из глубин тёмного озера. Софья открыла глаза и несколько секунд смотрела в потолок, не понимая, где находится. Комната. Та же комната с бетонными стенами. Но что-то изменилось. Стены… на них появились рисунки. Цветные изображения слонов – десятки, может быть, сотни фигурок, нарисованных словно детской рукой.

Она попыталась сесть, но тело плохо слушалось. Голова кружилась, во рту пересохло. Что они ей вкололи?

– Ты очнулась. Хорошо.

Софья повернула голову. В углу комнаты на стуле сидела девочка примерно её возраста. Худенькая, с короткими тёмными волосами и большими глазами.

– Кто ты? – голос Софьи прозвучал хрипло.

– Меня зовут Катя, – девочка встала и подошла ближе. – Катя Воронова.

Софья попыталась осмыслить услышанное. Катя Воронова. Это имя она где-то слышала. Где-то…

– Ты давно здесь? – спросила Софья, пытаясь собраться с мыслями.

– Очень давно, – Катя села на край кровати. – Почти двадцать лет назад.

– Что?! – Софья резко села, преодолевая слабость. – Но это невозможно! Ты же…

– Мне пятнадцать. Мне всегда пятнадцать, – Катя грустно улыбнулась. – Это трудно объяснить. Ты сейчас под действием препаратов. Поэтому можешь меня видеть.

Софья уставилась на девочку, пытаясь понять, что происходит. Галлюцинация? Последствия укола? Или она просто сходит с ума?

– Я не понимаю…

– Конечно, не понимаешь, – Катя взяла с тумбочки зелёного слона. – Это я оставила тебе сообщение. «Не верь. Беги. К.» Я надеялась, что ты сможешь уйти до того, как они начнут процедуры.

– Какие процедуры? Что происходит? – в голосе Софьи звучала паника.

Катя вздохнула, поглаживая фарфоровую фигурку.

– Беркут и его «коллекционеры»… они не просто похищают детей. Они создают свою коллекцию. Особенных детей, как они говорят. Детей, чьи души будут принадлежать им.

– Я не понимаю…

– Беркут разработал препарат. Он называет его «ключом». Этот препарат изменяет сознание, делает человека внушаемым. А потом… потом они забирают часть тебя. Твои воспоминания, твои эмоции, твою волю. И взамен оставляют пустоту. Или что-то чужое.

Внутренности Софьи словно сковало.

– Они делают из людей марионеток?

– Хуже. Они делают из людей коллекционеров. Таких же, как они сами. Виктор Рогов, Игорь Соколов – они были первыми. Первыми подопытными. А теперь они помогают Беркуту находить новых… экспонатов.

Софья попыталась переварить услышанное. Это звучало как бред, как сюжет фантастического фильма. Но что-то подсказывало ей, что Катя говорит правду.

– Если ты здесь уже двадцать лет… то почему ты до сих пор выглядишь как подросток?

Катя грустно улыбнулась.

– Я не здесь. Не совсем здесь. Моё тело… оно мертво. Давно мертво. А то, что ты видишь, – лишь проекция. Отражение в твоём сознании, изменённом препаратами.

– Ты призрак? – Софья отодвинулась, чувствуя, как по телу пробежала дрожь.

– Нет. Скорее… эхо. Беркут называет это «остаточным сознанием». Когда у человека забирают его суть, что-то всё равно остаётся.

Глава 9: Нити судьбы

Елена Андреевна встретила Анну в своей квартире, измученная бессонницей и ожиданием. Круги под глазами, бледное лицо, нервные движения – она выглядела человеком на грани нервного срыва.

– Что-то случилось? – спросила она, как только Анна переступила порог. – Вы нашли Софью?

– Пока нет. Но у меня появились новые вопросы, – Анна прошла в гостиную. – Это очень важно. Вы когда-нибудь посещали психологический центр «Новая жизнь»?

Елена Андреевна замерла на секунду.

– Да. Пару лет назад. Виктор посоветовал, сказал, что у меня повышенная тревожность из-за работы. А что?

– И Софья тоже была там?

– Несколько раз. Три или четыре сеанса, – Елена Андреевна нахмурилась. – Но мы перестали ходить. Софье не нравился психолог. Она говорила, что ей некомфортно на сеансах. А что случилось?

Анна достала фотографию Беркута.

– Это тот психолог, к которому вы ходили?

Елена Андреевна взглянула на снимок и кивнула.

– Да, доктор Беркут. Он очень известный специалист. Виктор говорил, что к нему очередь на несколько месяцев вперёд, но нам удалось попасть к нему по знакомству.

– Что происходило на сеансах? Что он делал с вами? С Софьей?

– Обычная терапия, – Елена Андреевна пожала плечами. – Беседы, тесты. С Софьей он проводил какую-то арт-терапию… Что-то связанное с фигурками животных. И прописал мне таблетки.

– Какие таблетки?

– Не помню названия. Маленькие белые таблетки. Они должны были снизить тревожность. Я принимала их около месяца, но потом перестала – они делали меня какой-то… отстранённой. Как будто я смотрела на мир через мутное стекло.

Анна почувствовала, как пульс участился.

– Елена Андреевна, эти сеансы, таблетки… когда именно это было?

– Примерно за полгода до того, как я познакомилась с Виктором, – она задумалась. – Нет, вру. Мы были знакомы, но не близко. Он был просто знакомым из общей компании. А потом, когда я уже ходила к Беркуту, он стал проявлять больше внимания. Приглашать на свидания, дарить подарки…

– Вы не находите это странным? – осторожно спросила Анна. – Беркут. Виктор. Эти таблетки.

Елена Андреевна медленно опустилась на стул, её лицо внезапно побледнело ещё сильнее.

– Вы думаете… всё это было связано? Виктор и Беркут… они действовали вместе?

– У нас есть основания так полагать, – Анна придвинулась ближе. – И ещё один человек – Игорь Соколов, учитель физкультуры. Возможно, они давно планировали похищение Софьи.

– Боже мой, – прошептала Елена Андреевна. – Я впустила его в наш дом. Я сама…

– Вы не виноваты, – твёрдо сказала Анна. – Они манипулировали вами. Возможно, даже с помощью препаратов.

Елена Андреевна вдруг подняла голову, в глазах мелькнула паника.

– Слоны! – воскликнула она. – Первый слон появился у Софьи после занятия с Беркутом. Он сам дал ей эту фигурку. Сказал, что это… что это символ её потенциала.

– Какого цвета был этот слон?

– Зелёный, – прошептала Елена Андреевна. – Ярко-зелёный.