Игорь Осипов – Золотая тьма. Том 1 (страница 33)

— Покажите мне её, — проговорила Николь-Астра, оттолкнувшись от края.

— Конечно, — произнёс генерал и указал рукой на дверь из комнаты.

Выйдя из комнаты, почти сразу оказались в соседней. Шарлотта лежала на кровати, укрытая одеялом, и спала. На лицо падал тусклый свет ночника.

Николь-Астра подошла поближе и стала долго и задумчиво разглядывать. И так же задумчиво крутить золотую печатку на руке. Словно что-то решила и сейчас обдумывала детали.

А потом подняла руку так, что раскрытая ладонь зависла в полуметре над головой девушки. Кончики пальцев вспыхнули сине-зелёным свечением, и волшебница медленно провела рукой от головы и вдоль тела.

— Да, дорогой барон, я вам верю. А не пойти ли отужинать?

Генерал улыбнулся и снова указал на дверь. Но перед выходом подошёл поближе и заботливо поправил одеяло на Шарлотте, что не укрылось от цепкого взгляда ведьмы.

А затем тёмная спальня уступила место ярко освещённому кабинету со столом и яствами.

Рассевшись, начали есть, глядя друг на друга, прикидывая и прицениваясь.

— Дорогой барон, — снова завела разговор Николь-Астра. Говорила медовым голосом, а в руках крутила гранёный стакан с коньяком, которой вытащила из подстаканника. Когда генерал поднял сей столовый прибор за ручку в полном комплекте, она перестала жевать и глянула на свой опустевший подстаканник. — Ах, вот оно как принято.

Наколов тефтелину и откусив, хмыкнула:

— Я бы поела ваших диковинных блюд. Но позвольте полюбопытствовать. А как быстро этот ваш… — она указала на модель поезда, не зная, как назвать.

— Тепловоз, — подсказал генерал.

— Да, типавоз. Так сколь быстро он едет? Как много товаров может перевезти за один раз?

— Ну, если поторопится, то сто километров в час осилит. И груза на две тысячи тонн.

Николь-Астра усмехнулась.

— Тонны. Часы. Километры. Это ваши меры?

— Да. Меры важны. Вот, допустим, нужно продать электричество. Его нужно как-то отмерить. Я уж не говорю, что необходимо его отмерить и для правильного использования.

— Что продать? — переспросила волшебница, замерев со стаканом в руке.

— Молнию на разновес, — произнёс Пётр Алексеевич первое, что в голову пришло.

— Молнию? На разновес? Как вино или сыр? — удивлённо приподняла брови волшебница.

А вот генерал нахмурился, не ляпнул ли он ничего лишнего? А то станется с местных. Опять какую-нибудь жертву духам затребуют.

Астра же почему-то опустила глаза на руки и снова принялась неспешно крутить печатку на пальце. Но потом вдруг чему-то улыбнулась, подняла стакан и приложилась к коньяку.

И хоть бы поморщилась, зараза. Выхлебала как воду.

— Вкусно, — проговорила она, осторожно поставила стакан на стол, вытерла губы салфеткой. И только потом продолжила: — Дорогой барон, а не покажете мне сами эти повозки, что тащит вместо бычков ваш типавоз?

— Сейчас? — немного опешил генерал.

— Завтра. Думаю, мне стоит переодеться в другой костюм. А потому сейчас откланяюсь.

Оба встали, вышли. Генерал долго размахивал фуражкой, но уже не как д’Артаньян, а как сладкоголосый Арамис. Астра кокетливо позволила поцеловать руку на прощание.

Села, Шон заскочил седлом и закрыл дверь, а на подножки дверей вскочили телохранительницы. И карета двинулась в ночь, громыхая обитыми железом деревянными колесами.

— Всё, увязла птичка в паровозах, — выдал Пётр Алексеевич, с усмешкой потерев руки, а потом закричал: — Стаканыч!

— Я! Уже бегу, командир! — выскочил прапор из уазика.

— Ты посыпал пеплом? — с прищуром спросил генерал, глядя на удаляющийся силуэт кареты.

— Посыпал.

— А молитву прочитал?

— Только что, командир! По бумажке! — произнёс Сизов и протянул свёрнутый в несколько раз лист формата А-четыре.

— Работает?

— Ну, пепел светится. Он точно так же светился и на Хрустальной Речке, так что, думаю, работает. И датчики магии чуток потрескивают.

— И ведьма об него не споткнулась?

— Не споткнулась.

— Хорошо, — протянул генерал и повернулся к домику. Ибо бутылка греется. Тефтели стынут.

Но дойти было не судьба, потому что тишину ночи разорвали выстрелы, а затем средь стволов с гулом прокатился ярко-белый, с сиреневым отливом, словно ксеноновая фара, разряд. За ним ещё один.

Послышался треск падающего дерева, мычание испуганных бычков и крики торопящихся возниц: «Хэй-я! Хэй-я!»

И в лесу стало нарастать зарево пожара. Замельтешила по следу кареты живая нечеловеческая тень.

Глава 15

Злая ночь

Николь-Астра поёжилась, повела плечами и ягодицами, дабы поудобнее разместиться в карете. Подушки на сиденье были неудобными, от съеденных блюд было неуютное ощущение в животе. За такую готовку она бы повара посадила в колодки и заставила прислугу кидать объедки в лицо.

И только сладость с забавным названием «шакалат» и настойка на жжёнке были недурны.

— Молниями они на развес торгуют, — пробурчала волшебница, глядя на в окно. Яркие фонари чужаков удалялись, и дорога через лес быстро утопала во тьме, как в речке. Хотелось побыстрее проскочить этот брод, проделанный во мраке, и оказаться на большой дороге, где возница хлопком бича и криками поторопит бычков.

А там и резиденция.

Одно радовало: завтра, как проснётся, то есть ближе к полудню, снова отправится к барону. А тот обещал показать настоящие повозки с железными колёсами.

— Молнии на развес, — снова протянула Николь-Астра.

Стоящая на подножке охранница старалась не загораживать вид и не смотреть на госпожу. Ей запрещалось заглядывать внутрь без крайней на то нужды.

Сейчас церемониальные алебарды были без надобности и потому прикреплены позади. Солдатка же была вооружена палашом и пистолями, и обвешана ножами, как абордажница с морского судна.

— Шон, мне нужно больше сведений о той крысоловке. Раз она у барона, и раз он к ней так тепло относится, надо более плотно применить девчонку к делу. Запиши, поищи. Отправь в столицу письмо, чтоб дали подробную характеристику.

— Да, ваше могущество, — ответил секретарь.

— И… — начал Николь-Астра, но не успела.

Тьма прыгнула из кустов, блеснув зубами и алыми глазами. И в горло охранницы вонзилось что-то острое, пробив насквозь и пригвоздив к стенке кареты. Заставив захрипеть на последних гранах жизни и заскрестись ладонями по оружию. Острому, которое с глухим ударом пробило тонкое дерево и торчало внутри на целый дюйм.

— Гони! — тут же закричала вторая стражница, которая ловко ухватилась за поручни повыше и заскочила на крышу.

— Хэй-хэй-хэй! — противно завизжала возница, как палёная заживо порчетта, и несколько раз ударила бичом, и не по воздуху, а прямо по спинам бычков. Она наверняка распорола ударами шкуры до мяса. Но зато рогатые помчались, что было сил.

Магия магией, но Астра потянулась за пистолем под сиденьем. Если это покушение, то от неё ждут чары, но никак не пулю и порох.

— Гони! — снова заорал с крыши охранница, гулко топая по крыше.

Прозвучал выстрел. Потом ещё один. Противно запахло пороховым дымом.

— Хэй! Хэй! — визжала возница.

В следующий момент кто-то ухватился за оружие и выдернул его из кареты и обмякшего трупа, словно шило из забитой на стол свиньи.

Тело тут же упало во мрак на дорогу.

Выстрел.