Игорь Осипов – Наследие проклятой королевы (страница 78)
— Бездна, он заговорённый, — раздался рядом слабый голос Винсента.
Проф быстро оглянулся, увидев архивариуса стоящим на коленях.
— И что тогда делать?
Не успели осесть разноцветные искры от разбившейся волны, как ударила ещё одна, а колесница с Констанцией начала удаляться, оставляя в поле просеку из примятой пшеницы. Но вскоре повозка развернулась и начала приближаться по касательной, словно магесса выбрала тактику кружения восьмёрками.
На этот раз вместо едва различимой ударной волны, Констанция решила применить другое заклинание. Волшебница вскинула руку, замахнулась и швырнула самый натуральный фаербол. Огненный шар полетел с гулом факела, которым активно размахивают, но и шар в итоге разбился о невидимую преграду, взметнувшись ворохом искр, словно в костёр пинком раскидали.
Заговорённое чудовище захохотало и бросилось в сторону колесницы. Поймать не поймало, но испуганный бык, который был почтовым и совершенно необученным бою, попытался, ведомый паникой и инстинктами, вывернуться и подставить рога навстречу нападающему зверю. От рывка повозка чуть не перевернулась набок и не выкинула женщин.
— Стой! Стой! Куда крутишься, Бездна тебя побери?! — завопила возница, натягивая поводья. А Констанция чуть не выронила клинок, пытаясь ухватиться за край.
Гиенодон разинул здоровенную пасть и совершил рывок вперёд, заставив телка́ попятиться. С хрустом сломалась ось колесницы. Сразу же отвалилось правое колесо, а сама повозка накренилась, начав скрести обломком ости землю.
— Сапа качонда! Жаба рогатая! — снова заверещала возница, ругая сою животину, и спрыгнула с повозки. Вслед за ней и Констанция нырнула в мятые хлеба. А зверь быстро потерял интерес к наклонившей голову парнокопытной животине, развернулся и принюхался. Он словно бы искал кого-то конкретного, будто пёс, которого натравили на беглых партизан.
Волшебница швырнула ещё один наспех изготовленный фаербол, который тоже разбился, не принеся результата.
— Отойди! — раздался рядом с Глушковым голос Винсента.
Профессор быстро оглянулся, а маг Круга замахал рукой и повторил:
— В сторону!
Артём сделал шаг вправо, и мимо него с гулом пронесись ранее выброшенные пистолет и арбалет, тут же оказавшись в руках архивариуса. Тот облизал губы, которые оказались разбиты при падении, отчего тонкая струйка крови сбегала вниз, застывая тёмной каплей на подбородке, и оружие тут же начало стрелять. Быстро залязгал арбалет, засвистели болты, загрохотал магический пистоль, и мага окружило облако сизого порохового дыма. Но зверь лишь отпрыгнул назад, с тем, чтоб пойти по кругу, а из его шкуры, словно иглы дикобраза, коего попыталась ухватить охотничья собака, торчали арбалетные болты.
— Блин-блин-блин, — забормотал профессор, а потом схватился за голову: — Система, поиск несущих частот.
«Частоты не обнаружены».
— Твою мать! Должен же быть способ вызвать беспилотник, штурмовик или хотя бы вертолёт со спецназом! — зло прокричал Глушков. Он старался придумать хоть что-то, но все идеи одна за другой сыпались без связи с базой.
— Нет, должно же быть решение! Винсент, почему нельзя справиться магией с этой тварью?!
Архивариус не ответил, он щурился и слегка покашливал, а из его глаз из-за едкого дыма текли слёзы. Маг редкими быстрыми движениями смахивал с лица капли и пытался перезарядить пистоль. Руки его тряслись от нервного напряжения, и потому круглые пули и шомпол не с первого раза попадали в ствол, порох сыпался мимо, а барабан, который надо было каждый раз проворачивать вручную, проскакивал мимо нужных положений.
— Тухляк! — выругался маг, когда из его рук выпал пыж.
— Винсент! — схватил его за рукав Глушков, — Почему нельзя снять чужие чары?!
— Да потому что они чужие! — сорвался на истеричный визг архивариус. — Они нарочно запутанные, непонятные и очень сложные! У нас нет времени, чтоб их распутать!
— Но ведь это возможно?!
— Да! На звере наверняка стоит манок, почти как на почтовых соколах, а на ком-то из нас, а, может, на всех, вторая часть! А ещё на нём заговор от чар, и кто-то насытил их силой через край!
— Винсент, хватит истерить! Их же можно распутать?!
— Да! Бездна тебя побери! — заорал маг Круга, выронил шомпол и упал на четвереньки, начав выдавать совсем уж непотребную брань.
— Сколько времени нужно?
— Не знаю! Неделя, месяц, год! Не знаю! Не мешай!
Тем временем Констанция, выставив вперёд меч и пистолет, и возница, схватившая за поводья бычка, почти приблизились к Глушкову.
— Винс, если я попробую разгадать чары, ты сможешь их снять?
— Да, сто пуль мне в голову, да! Но ты не сможешь!
Проф не ответил. Он лишь качнул головой и сделал глубокий вдох.
Нужно успокоиться, как на сложном экзамене. Нужно сосредоточить все мысли и всё внимание только на поставленной задаче. Нужно отстраниться от раздражающих факторов.
Глушков выдохнул.
— Система, произвести анализ сигнатур.
«Выявлено сорок семь источников», — тут же отозвалась виртуальная помощница.
— Произвести их позиционирование.
«Необходима триангуляция».
Проф ещё раз вздохнул, выставил перед собой руки и отдал команду:
— Вывести источники на виртуальную карту.
А затем поднял руки, масштабируя изображение, и начал двигаться: шаг назад, шаг вбок, шаг вперёд. Этого оказалось мало, и пришлось повторять. Глушков словно закружился в некоем подобии вальса: раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три. Только это был вальс со смертью.
Он двигался, а на карте возникали точки с пометками сигнатур. Большинство из них образовывали широкий круг, в центре которого и происходила схватка со зверем. Проф не удержался и огляделся. Если бы не источники, он бы не заметил, что за ними со всех сторон наблюдают небольшие странные существа, лишь отдалённо похожие на людей. Они робко высовывали головы из пшеницы, из кустов и из-за стволов берёз, ив и осин небольшого леска. Многие походили на помесь птиц и мышей с небольшими тощими человечками, и на двух даже виднелись конические соломенные шляпы, совсем как у работающих на рисовых полях китайцев. Всё это — наверняка мелкие духи места, сбежавшиеся на кровавое зрелище, словно древнеримские деревенщины на бои гладиаторов на сельской ярмарке.
— Система, отфильтровать указанные, — произнёс профессор и начал касаться пальцами тех огоньков, что были безобидной нечистью. Огоньки под его пальцами гасли, но взамен вспыхивали новые. Когда рядом начал грохотать пистоль Винсента, а затем выть на высокой ноте заколдованный клинок Констанции, увлечённый делом проф даже не сразу это заметил.
— Есть! — прокричал он, когда одна из точек совпала по положению со зверем. — Система, анализ реакции на внешнее воздействие!
В дополненной реальности возник целый ворох графиков и схем, а проф продолжал свой вальс, позиционируя эхо колдовского удара. Но этого было мало, нужны ещё импульсы, чтоб провести аппроксимацию энергетического эха.
— Констанция, бей его магией. Больше бей! — закричал Глушков, хотя женщина стояла своём близко.
— Бесполезно! — отозвалась она в ответ, — я выдохнусь куда раньше!
— Бей часто, но малыми силами!
— А зачем? Зачем? — огрызнулась магесса, встав так, чтоб загородить Артёма от чудовища. У неё наверняка есть ещё фокусы в рукаве, но любой фокус полезен только тогда, когда для него созданы условия.
Прячущийся за их спины Винсент поднял свой арбалет и нажал на спусковую скобу
«Клац-клац-клац», — начало оружие беглый огонь.
— По глазам стреляй! Лягушонок! — рявкнула Констанция, а потом повысила голос на возницу: — Успокой скотину, дура, а то нас самих растолкает и забодает раньше зверя.
Возница обхватила бычка за шею и начала гладить и с ним говорить. Животинка же испуганно дёрнула головой, чуть не задев рогами лица хозяйки.
— Тихо, тихо, — монотонно повторяла женщина, но бычок топтался на месте, дёргаясь и пытаясь вырваться. Даже небольшой по меркам коровьего племени гончий телок был куда тяжелее возницы, и удержать его получалось с трудом. Вскоре возница, словно заправский бульдог, ухватилась пальцами за ноздри животины и потянула на себя, — Стой, дурак рогатый!
— Бей! — начал закипать профессор, а глянув на злое лицо Констанции, ухватил ту за рукав и потянул поближе: — Бей, говорю! Мы выманим заклинание на свет, как паука, которому трясут паутину!
Констанция стиснула зубы, но подчинилась. Волшебница подняла руку и начала создавать едва заметные шары и метать чахленькие молнии.
Проф вздохнул и снова сосредоточился на анализе, тем более что сейчас материал был богатый. Но при этом приходилось отключать сигнатуры всё прибывающей и прибывающей мелочи. Они уже были видны невооружённым взглядом, толпясь и залезая друг на друга в буквальном смысле. Совсем мелкие, всклоченные, со звериными мордашками и тонкими птичьими клювами и кожаными крыльями они походили на бесов со средневековых гравюр. А ещё они запрыгивали на толстых и коренастых, доходящих взрослому человеку до пояса, и смахивающих на мелких троллей. Виднелись и типичные, словно сошедшие с экрана, где крутили «Вечера на хуторе близь Диканьки» или «Вия» — со свиным пяточком, короткими рогами и длинными тонкими хвостами. И первые, и вторые, и третьи с любопытством вытягивали шеи, а когда зверю точно в нос прилетел выпущенный Винсентом болт, и гиенодон с визгом подбитой шавки отскочил назад, бесы с писклявыми криками бросились врассыпную. Но вскоре вернулись на свои места этого импровизированного цирка.