Игорь Орлов – Анкета, которую заполнила мама (страница 1)

Игорь Орлов

Анкета, которую заполнила мама

1

Мужчину мама прислала в четверг, между квитанцией за воду и фотографией кабачка.

«Михаил. Тридцать шесть. Без вредных привычек. Столик на семь».

Аня стояла на стремянке и дорисовывала кондитерской букву «Б». Снизу хозяйка просила сделать её повеселее. Буква уже была жёлтой, с голубой тенью и небольшим облаком сахарной пудры; дальнейшее веселье Аня могла обеспечить только личным падением.

Она спустилась и позвонила матери.

— Что значит «столик на семь»?

— Вечера. Конечно, вечера.

— Кто такой Михаил?

— Очень приличный мужчина. Ты ему понравилась.

Аня посмотрела на себя: рабочая рубашка, колено в жёлтой краске, засохшая капля на переносице. Потом открыла присланную фотографию. Мужчина стоял возле горного озера, опираясь на палку. Палка выглядела счастливее мужчины.

— Где я ему понравилась?

Мама помолчала ровно столько, чтобы Аня успела поставить банку с краской на пол.

— Я сделала тебе анкету. Ничего особенного. У меня Светлана Фёдоровна так племянницу замуж выдала.

— Мам.

— Не начинай сразу. Я никому твой адрес не давала.

— А что давала?

— Фотографии. Те, хорошие. С Вероникиной свадьбы.

На Вероникиной свадьбе Аню накрасили до состояния собственной благополучной родственницы. Она пробыла в этом виде четыре часа, из которых один провела возле туалета, утешая невестину мать. Фотографии мама любила.

— Переписывалась тоже ты?

— Всего шесть дней.

Из кондитерской вышла хозяйка, приложила ладонь козырьком ко лбу и спросила, нельзя ли добавить букве реснички.

— Нельзя, — сказала Аня.

— Почему сразу нельзя? — обиделась мама.

К вечеру Аня закончила вывеску, отмыла переносицу и решила, что хотя бы один человек сегодня должен узнать правду до того, как закажет десерт. Телефона Михаила у неё не было: мама общалась с ним внутри приложения и отказывалась отменять встречу. «Напишешь сама, если уж совсем не хочешь», — предложила она, но доступ пообещала дать вечером, когда придёт домой. До встречи оставалось сорок минут.

Аня приехала в кафе голодная, сердитая и в той самой рубашке, поверх которой надела чистый пиджак.

Михаил ждал у окна. Без гор, палки и ветровки он нравился ей значительно больше. У него были усталые карие глаза и маленький пластырь на большом пальце. При её появлении он встал, задел стол коленом и удержал вазочку раньше, чем упала единственная гербера.

— Анна?

— Аня. Я должна сразу вам сказать…

— Да. Я тоже. Но сначала: вам действительно подходит этот ресторан? Тут почти всё мясное.

— Прекрасно подходит.

— А вы разве не…

Она села.

— Что именно я не?

Михаил посмотрел на неё, потом на телефон.

— Не едите мясо.

Подошёл официант. Аня заказала котлету с картошкой.

— Мне такую же, — сказал Михаил. — Только без лука. Он у вас отдельно?

Когда официант ушёл, Аня положила руки на стол.

— Анкету заполнила моя мама. Я узнала об этом сегодня. Всё, что вы мне писали, читала она. Всё, что писала вам я, — тоже она. Я пришла извиниться лично, потому что не хотела, чтобы вы здесь сидели один.

Он несколько секунд смотрел на её руки. На указательном пальце осталась жёлтая краска.

Потом откинулся на спинку стула и выдохнул с таким облегчением, что она почти обиделась.

— Слава богу.

— Не настолько же всё плохо?

— Я вчера сорок минут читал про рассаду.

— Зачем?

— Вы спросили, как я отношусь к совместному выращиванию томатов. Я решил, это важно. И ещё боялся, что придётся бегать.

— Мне?

— Нам. По утрам.

Аня протянула руку. Михаил развернул к ней телефон.

Ей нравились ранние подъёмы, здоровое питание, тихие семейные вечера и поездки на природу. Она была «мягкой, неконфликтной, умеющей создавать уют» и занималась акварелью «для души». В ближайшие годы хотела сосредоточиться на семье.

— Акварель, — повторила Аня.

Больше всего её почему-то разозлила именно акварель. За последний месяц она расписала три витрины, нарисовала меню для пекарни и двое суток подбирала краску, которая не сойдёт со старых металлических букв. Всё это мама сумела убрать в два слова про душу.

— А вы не художница?

— Художница. Но это моя работа. А если я встаю в шесть, значит, мне надо в аэропорт или кто-то затопил кухню.

Михаил аккуратно забрал телефон.

— Тогда моя очередь. У меня сестра.

— Что сестра?

— Заполняла анкету. Я попросил помочь с фотографией. Она прислала готовую страницу. Я сказал: «Варь, делай что хочешь, я сейчас занят». Очень неудачная формулировка.

Он показал собственное описание. Активный предприниматель, любитель спонтанных путешествий, большая компания друзей, горные походы. Ищет лёгкую на подъём спутницу.

— У вас там очень грустная палка, — сказала Аня.

Он впервые улыбнулся.

— Это был единственный поход в моей жизни. Я потянул ногу на второй день. На фотографии меня как раз перестали ругать за то, что пришлось возвращаться.

— А предприниматель?

— Настраиваю звук на мероприятиях. Иногда записываю людей в маленькой студии. Работаю на себя. Варя считает, так длинно и несолидно.