Игорь Огай – Прорыв осады (страница 45)
Гудок, второй… На их фоне померкли даже вопли бухгалтерши, которая уже входила в привычную колею, назначив Павла крайним.
Третий, четвертый…
Пятого он, наверное, не пережил бы, но в этот момент трубка вдруг едва ли не пропела голосом Филиппыча:
– Да, чулочек, родной? Ты все-таки позвонила…
– Я не чулочек, – выдохнул Павел. – Но если ты так хочешь…
– Паша? – Изумлению Филиппыча не было предела. – Ты какого черта делаешь на этом номере?
– Потом, Семен, все потом… Вы в порядке? Потапов уцелел?
– Уцелел? Почему уцелел?.. Так, а ну-ка давай выкладывай, что там у тебя происходит!
Выкладывать? Ну что ж, ты сам захотел… Тем более что слов все равно на такой случай не подобрать.
– Сергеев убит, – произнес он, даже не услышав, как охнула бухгалтерша у него над ухом. – Я сейчас на квартире у Тамары. Они тут вместе были… В общем – пепел, как вчера на складе. Да вы что там, новости не смотрите?
– Нет, – потерянно отозвался Пронин. – Какие к черту новости – контактер заговорил, спасибо фельдшерше с профессором…
– Ясно, – выдавил Павел. Вот, значит, чем они тут занимаются, пока он по подземельям… – Весь город про новый теракт жужжит, а вы!..
Позади вдруг раздался шум, и он резко обернулся. Оставляя за собой размазанный след, бухгалтерша сползла по стене, обрушившись прямо на пол.
– Погоди-ка… – не отрывая трубку от уха, он подскочил, нащупал пальцами вену. Биение было учащенное, но отчетливое. – Слушай, будь другом, вызови сюда неотложку. Тут чулочек твой…
– А ты? – немедленно встрепенулся Филиппыч. – Дождись обязательно. Нет, погоди, я тоже приеду…
– У меня сейчас нет времени, Семен, – отчеканил Павел, и тот осекся.
Помолчал секунду, что-то сопоставляя, и вдруг взорвался:
– Не вздумай! Слышишь, пехота? Это тебе боевой приказ – дождаться неотложку и принять меры!.. Это же Акар, ты что, не понимаешь? Это же он только ради одного сделал!..
– Я понимаю, – произнес Павел. – Поэтому и прошу тебя вызвать «Скорую». Сам тоже подъезжай, если хочешь. Все, конец связи.
Он тыкнул кнопку отбоя, повертел трубку в руках. И машинально сунул в карман.
– Па-аве-ел… – протянула слабым голосом бухгалтерша. – В сумочке… Вам просили передать… Срочно… Что с Томой, Павел? Вы ведь знаете, где она? И Федя… Вы ведь неправду в телефон сказали…
Вот и что тут отвечать? Как успокаивать, где взять на это слова и, главное, время?
– У вас валерьянка с собой есть? – спросил он.
– Есть… Пустырник… Тоже в сумочке…
Он подобрал перепачканную сажей дамскую сумку, без всякой жалости вывалил содержимое прямо на пол. Кошелек, помада, зеркальце, прочие обязательные побрякушки… Ага, пачка таблеток. И еще что-то завернутое в бумагу…
Он выдавил на ладонь половину упаковки пустырника, почти насильно засыпал в рот бухгалтерше и только после этого подобрал сверток.
– Это вы… – промямлила несчастная, жуя всухомятку и давясь. – Это все вы… Опять этот ваш проклятый отдел!.. Где Тома, я спрашиваю?! Вы будете отвечать! Я сейчас милицию вызову!
Ни слова не говоря, Павел поднялся и вышел через изуродованную дверь. Только бы Семен поторопился, не то еще одной жертвой теракта станет больше…
Бумагу он развернул только на улице. Отошел от подъезда, присел на лавочку и лишь затем – уже почти зная, что это будет, – выкатил на ладонь увесистый кусок горного хрусталя, черный от сочащейся едва ли не каплями магической тьмы.
Наверное, это был самый простой и надежный способ его прикончить – подбросить какой-нибудь убийственный артефакт. Или даже просто пустить луч в затылок, пока он щелкал варежкой над такой вот находкой. Но подобного Павел почему-то не опасался. Посол инков – надменный высокорожденный индюк – не мог испытывать к низким белым такинэ ничего, кроме кастового презрения. Однако свой извращенный кодекс чести у него имелся, и удар со спины в него никак не входил, даже после брошенного столь чудовищным способом вызова.
Значит, артефакт лишь способ доставить противника к месту поединка: мысленное послание или смарровское поисковое заклинание навыворот… Вот только стоит ли торопиться им пользоваться? И как им вообще пользоваться?..
Павел зажал «подарочек» в кулаке. Мысленно перебрал все, что имел на данный момент. Инку, кстати, надо отдать должное – и камень где-то откопал, и «курьера» для доставки вычислил стопроцентно…
Итак: Шеф с Филиппычем в порядке и рук не опустили. Профессор с фабрики уже взят в оборот – пусть-ка теперь ФСБ его поищет. Египтянин заговорил. Неизвестно о чем, кстати, но сам факт… Прошел же он как-то через прокол? Может, сумеет и письмо в Ассамблею отправить. Параллельно, кажется, взята в оборот и вчерашняя врачиха – экс-светило медицины. Пускай, с вербовкой Потапов справится играючи. И пехота отдела в лице своего единственного уцелевшего представителя в этом процессе совершенно лишняя. С другой стороны – Николай прочно завис на фабрике, тоже вроде бы при деле и в относительной безопасности. А если уж в операторскую процессора все-таки ворвется ОМОН, у парня хватит ума брякнуться лицом на пол. За Градобора беспокоиться и вовсе не стоит. ОМОН ему попросту не страшен ни в каком виде, а в проблемах бывшего главного дознавателя в отношениях с Общиной Павел помочь все равно ничем не мог…
В общем, по-любому выходило, что ничего теперь от него не зависит и разумного применения ему больше нет. Другими словами: дела завершены, долги подчищены. Все, кроме одного…
Он оглянулся в сторону квартиры Тамары и Сергеева. Изуродованные окна выходили на другую сторону дома, но дела это не меняло.
Ну что ж, Акар давно нарывался. Еще со времен Ассамблеи. И в этот раз он своего добьется, а уж в прямом или переносном смысле – покажет только схватка. Свободной рукой Павел погладил сквозь ветровку лучемет под ремнем на поясе, поддернул подсумок с гранатами… Нет, в благородство он играть в этот раз не будет. Главное – добраться до горла подонка – зубами перегрызет…
Телефон зазвонил в самый пафосный момент, когда Павлу показалось, что он уже настроился, и кристалл вроде бы даже начал отзываться на теплоту руки. Он рванул из кармана трубку, глянул на дисплей. Ну конечно, кто бы сомневался!
– Да! – рявкнул он. – Семен, я же сказал – конец связи!
– Паша, заткнись и слушай! – оборвал тот. – Нужно срочно вернуться на фабрику и выгрести все, что у атлантов было по медицине.
– Чего? – тупо спросил Павел. Такого безумства он не ожидал даже от себя, не то что от Филиппыча.
– Чего слышал! Контактер ухудшился. Федоровна собиралась в Склиф везти, насилу отговорили.
– Федоровна? – Павел смутно припомнил отчество вчерашней фельдшерши. – Так она же в атлантской технике ни бум-бум…
– Ничё, разберется как-нить. Там же вся техника ментальная, при ней главное – в строении организма разбираться, а остальное уж она сама…
– Зар-раза, – произнес Павел. – Как же ты не вовремя, Семен, если б только знал.
– Догадываюсь. Ничего, Акар подождет. А египтянин – нет. Так что давай, не капризничай…
Павел отдернул руку от уха, раздраженно выключил телефон. Ну надо же?! И вот так всегда! Стоит только подумать, что появилось время на личные дела, как сразу: Павел – то, Павел – сё… Злость была совершенно не наигранной, однако разум уже прикидывал, где лучше всего спуститься в канализацию.
А левая рука все тискала и тискала магический камень ящеров, не замечая, что тот становится все теплее с каждой секундой… И потому, когда перед глазами вдруг мелькнул зеленый сполох, слизывая окружающий мир, сердце зашлось на целых две секунды, а так и не вырвавшийся на волю крик заткнул глотку, перехватывая дыхание…
Потом был удар по коленям подогнувшихся ног, жесткие камни под ладонями и пронзительная, ни с чем не сравнимая тишина…
7
Он втянул воздух с жадностью утопающего, в последний раз вынырнувшего на поверхность.
Влага, хвоя, первозданная чистота… Совсем как в прошлый раз, когда, освободившись от лямок парашюта, он поднялся на центральный холм, чтобы осмотреть окрестности. Тогда, правда, был еще мороз, но и сейчас, поздней весной, спутать вкус этого воздуха все равно было невозможно.
Павел продрал глаза, торопливо, оскальзываясь на мокрых камнях, поднялся на ноги.
Над Патомской аномалией шел дождь. Мелкая противная морось из низких тяжелых облаков. Кратер был точно таким же, как и полгода назад, – исчезла лишь снежная шапка на вершинах центрального холма и кольцевого вала. Зато остались обожженные расколотые валуны – следы плазменных разрядов, а западный склон кратера все еще хранил след от удара поврежденного ящером дисколета инков.
Отличное место для поединка. Со значением. А где же?..
– Ты быстро… – голос посла был скорее удивленный, чем угрожающий. – Не думал, что такинэ догадается воспользоваться…
Павел порывисто обернулся. Судя по отзвуку эха от склонов, до индейца было метров сорок-пятьдесят – плевое расстояние даже для ручного лучемета.
Акарханакан стоял на полпути к вершине вала. Без оружия, в обычном китайском полиэтиленовом плаще, с каким-то мешком через плечо… Было очень похоже, что появление землянина застигло его врасплох.
Павел порывисто дернул «молнию», но руку на поясе все же задержал.
– А чего так? – бросил он. – Артефактам ящеров все равно кому служить.
– Что верно, то верно, – едва слышно пробормотал высокорожденный. И, опустив свой мешок на камни, добавил уже громче: – Не стреляй, я поднимусь…