реклама
Бургер менюБургер меню

Игорь Оборвалов – Линия Фармана (страница 3)

18

Она открыла новый документ и написала:

*«Линия Фармана. Трамвай 3. Годы работы: 1934–2007. За это время он перевёз миллионы людей. Каждый вагон был маленькой жизнью. Кто-то ехал на свидание, кто-то — на похороны. Кто-то держался за поручень и впервые в жизни сказал я тебя люблю. Кто-то плакал, уткнувшись в стекло. Рельсы помнят всё. Даже то, что забыли люди».*

Она писала, и слёзы снова подступали к глазам, но теперь другие — не горькие, а какие-то светлые. Как будто внутри зажглась маленькая лампочка.

Поезд мерно стучал колёсами. За окном проплывали ночные города: Тверь, Бологое, Вышний Волочёк. Потом потянулись леса и поля.

Алёна уснула с ноутбуком на коленях.

В то же время. Нижний Новгород, улица Алексеевская

Вячеслав не спал. Он сидел за кухонным столом в своей малосемейке, пил растворимый кофе и рисовал. Карандашом, на ватмане — так он любил, без планшетов и мышек. Линии были нервными, ломкими, но в них чувствовалась энергия.

Он набросал эскиз остановки: чугунное литьё, старые фонари, информационные стенды с историями пассажиров. Потом взял второй лист и нарисовал женский силуэт у окна вагона. Она стояла спиной, но было в этой спине что-то... родное.

— Дурак, — сказал он себе вслух. — Рисуешь выдуманных баб.

Он отложил карандаш и достал телефон. Подумал написать бывшей? Потом передумал. Катя уже два года как живёт с другим. И ей всё равно.

Он открыл сайт конкурса. Полистал. И вдруг увидел вкладку: «Заявки участников». Там был список: несколько архитектурных бюро из Москвы, Казани, даже из Берлина. И одна заявка от физического лица из Санкт-Петербурга.

Алёна Смирнова. Филолог. Тема: «Линия Фармана как метафора памяти».

Вячеслав усмехнулся. Филолог на архитектурном конкурсе? Это смело. Или глупо.

Он не знал, почему запомнил её имя. Может, потому что в нём было что-то лёгкое — «Алёна». Как апрельский ветер.

Он закрыл сайт и лёг спать.

Но ему приснился трамвай. Старый, деревянный, с зелёными сиденьями. Он ехал по ночному городу, и в каждом окне горел свет. А на задней площадке стояла девушка в сером пальто и смотрела на него.

Он хотел подойти, но не мог — ноги приросли к полу.

— Просыпайся, Пчёлкин, — сказал он себе в темноту. — Завтра первый день новой жизни.

И провалился в сон без сновидений.

Часть вторая. Чужие среди своих

Глава 5. Город на слиянии

Нижний Новгород, улица Кожевенная, понедельник, 10:00

Алёна вышла из такси и замерла. Перед ней стоял старый купеческий особняк конца XIX века с лепниной на фасаде и облупившейся краской. Второй этаж сдавался посуточно. Ленка нашла это объявление в интернете: «Апартаменты в историческом центре, вид на Почаинский овраг, тишина, в пешей доступности все достопримечательности».

Тишина — это было главное. После Мурино, где по ночам орали сигнализации и соседи сверлили даже в воскресенье, Алёна мечтала о тишине, как наркоман о дозе.

Она поднялась на второй этаж по скрипучей лестнице. Ключ лежал в кодовом замке — хозяйка, женщина лет шестидесяти по имени Зинаида Павловна, прислала код ещё утром.

Внутри было тесно, но уютно: высоченные потолки, огромное окно во двор-колодец, старая мебель из IKEA, на подоконнике — герань. Алёна бросила рюкзак на кровать и подошла к окну.

Из окна был виден Почаинский овраг — зелёная промоина в теле города, заросшая клёнами и черёмухой. Где-то внизу бежала почти пересохшая речка. Алёне показалось, что она попала в декорацию к фильму про дореволюционную Россию.

Она достала ноутбук, открыла карту. Отсюда до Большой Покровской — пять минут пешком. До Нижневолжской набережной — десять. Идеальное расположение.

Но сначала надо было позвонить маме.

— Я доехала, — сказала Алёна, когда мать взяла трубку. — Всё хорошо.

— А где ты? — голос матери был встревоженным. — Ты вчера сказала «в командировке», но я не поняла...

— В Нижнем Новгороде, мам. Я же говорила.

— Зачем?

Алёна вздохнула. Объяснять матери про архитектурный конкурс, про филологию и то, что она хочет попробовать себя в новом деле, — значило тратить полчаса на бесполезные споры.

— Работа, мам. Хорошая работа.

— А в Питере работы нет?

— Нет, мам. В Питере нет.

Мать помолчала. Потом сказала:

— Ты только не пропадай. Звони каждый день.

— Обязательно.

Она сбросила звонок и выдохнула. Самое трудное было позади.

Алёна умылась ледяной водой из крана (трубы в доме были старыми, и горячая шла еле-еле), переоделась в чистое — тёмно-синее платье-свитер, джинсовую куртку, кеды. В зеркале на неё смотрела женщина с уставшими глазами, но в них уже не было вчерашней пустоты.

— Ты справишься, — сказала она своему отражению. — Ты всегда справлялась.

И вышла на улицу.

Глава 6. Большая Покровская

Нижний Новгород встретил её ветром. Не таким, как в Питере — там ветер режет лицо, как бритва. Здесь он был мягче, гуще, с запахом Волги и сладкой выпечки из ближайшей пекарни.

Алёна вышла на Большую Покровскую и ахнула.

Это была главная пешеходная улица города — широкая, вымощенная плиткой, с рядами старых деревьев и коваными фонарями. Дома по обе стороны — купеческие особняки, доходные дома, гостиницы. Всё это отреставрировали, но не прилизывали до блеска, как в Питере на Невском, а сохранили в неторопливом, купеческом величии.

Люди шли неспешно. Кто-то с мороженым, кто-то с детьми, кто-то с собачкой на поводке. Уличные музыканты играли джаз. На скамейках сидели влюблённые пары и старушки с газетами.

«Боже, — подумала Алёна. — Как же здесь спокойно».

Она прошла от площади Горького до театра драмы, разглядывая вывески. Антикварные магазины, кофейни, сувенирные лавки. На углу Костина её внимание привлёк стенд с афишами. Одна из них гласила:

«Линия Фармана: публичная лекция об истории трамвая 3» Лектор — краевед Михаил Давыдович Френкель Место — библиотека им. Ленина, ул. Варварская, 3 Вход свободный. Завтра, 19:00.

Алёна сфотографировала афишу. Это было то, что нужно. Перед тем как писать концепцию, надо погрузиться в историю.

Она зашла в кофейню «Зёрна» на углу Покровской и Ошарской, заказала капучино и села у окна. Достала ноутбук. Открыла файл с черновиком.

«Трамвай 3. Линия Фармана. Название пошло от фамилии купца Фармана, который в начале XX века владел землями вдоль маршрута. Говорят, он был сумасшедшим — в хорошем смысле. Хотел проложить рельсы так, чтобы каждый пассажир видел Волгу. И ему это удалось».

Алёна отпила кофе. Кофе был горьковатым, с нотками шоколада. Хороший.

Она продолжала писать, не замечая времени. В голове рождались истории: вот девушка едет на свидание в 1957-м, вот солдат возвращается с войны в 1945-м, вот мальчик впервые видит трамвай и смеётся. Каждая остановка — отдельная судьба.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.