реклама
Бургер менюБургер меню

Игорь Оборвалов – Фанберин и Крымский Инферно (страница 2)

18

Такаси бесшумно вышел.

Через десять минут вернулся.

— Буфетчица исчезла, господин. Её вещи на месте, но её нет. Проводник сказал, что она вышла на станции в Харькове и не вернулась.

— В Харькове мы были три часа назад, — сказал Фанберин. — Значит, она ушла сама. Или её увели.

— Увели, — сказал Такаси. — В тамбуре я нашёл вот это.

Он протянул клочок бумаги. На нём было написано карандашом:

«Фанберин. Мы знаем, что вы едете. Мы будем ждать. В Крыму. Новый Ковчег».

— Новый Ковчег? — перечитала Анна Львовна. — Что это? Секта?

— Не знаю, — ответил Фанберин. — Но узнаю.

Он спрятал записку в блокнот.

— Сегодня ночью не спим, — сказал он Такаси. — По очереди. Вы первые два часа, потом я.

— Хай, — ответил Такаси.

Ночью, ровно в три часа, поезд остановился. Не на станции — в чистом поле. Фанберин, который не спал (караулил, пока Такаси отдыхал), выглянул в окно. Туман был таким густым, что не было видно ни зги.

— Что случилось? — спросила Анна Львовна, просыпаясь.

— Не знаю, — ответил Фанберин. — Сидите здесь. Я проверю.

Он вышел в коридор. Такаси уже стоял наготове с мечом.

— Идём, — сказал Фанберин.

Они прошли к локомотиву. Машинист сидел на своём месте, но голова его была неестественно свёрнута набок. Мёртв.

— Обыщите вагоны, — сказал Фанберин.

Такаси исчез в темноте. Через десять минут вернулся.

— Все пассажиры на месте, господин. Кроме одного.

— Кого?

— Того самого, что сидел в конце вагона. Одинокого господина в штатском.

— Исчез?

— Исчез. В его купе я нашёл это.

Такаси протянул ещё одну шестерёнку.

— Новый Ковчег, — сказал Фанберин. — Они уже здесь.

Он вернулся в купе. Анна Львовна сидела бледная, сжимая в руке маленький дамский револьвер.

— Не бойся, — сказал Фанберин. — Мы справимся.

— Я не боюсь, — ответила она. — Я зла. Испортили нам путешествие.

Несмотря на всё напряжение, Фанберин усмехнулся. Анна Львовна была непредсказуема — в критический момент она могла и испугаться, и разозлиться, и даже рассмеяться. Это была её сила.

— Машинист мёртв, — сказал он. — Поезд дальше не поедет. Мы должны искать другой путь.

— Какой другой путь? — спросила Анна Львовна. — В чистом поле?

— В чистом поле, — ответил Фанберин. — Или на лошадях. Я узнаю у пассажиров, есть ли поблизости деревня.

Он вышел из купе и направился к военным. Инженеры — их было трое, все в чинах не выше поручика — сидели в своём купе, играли в карты и не выглядели обеспокоенными.

— Господа, — сказал Фанберин, — наш машинист убит. Поезд не может двигаться дальше. Вы знаете, где мы?

— Между Харьковом и Симферополем, — ответил старший, поручик с рыжими усами. — Деревня ближайшая — Верховцево. Верст десять.

— Как туда добраться?

— Пешком. Или на телеге. В багажном вагоне есть пара лошадей. Но они товарные, не привыкли к седлу.

— Бывалые солдаты привыкнут, — сказал Фанберин. — Организуйте отправку пассажиров в деревню. Женщин и детей — на телегу. Остальные — пешком.

— А вы, ваше высокородие? — спросил поручик.

— А я останусь, — ответил Фанберин. — Мне нужно осмотреть место преступления.

Он не сказал, что хочет найти следы «Нового Ковчега». Не положено было посвящать посторонних в такие дела.

Пассажиров эвакуировали к утру. Фанберин, Анна Львовна, Такаси и двое солдат (добровольцев) остались в поезде. Кот Бальмонт сидел в корзине и вёл себя подозрительно тихо — обычно в стрессовых ситуациях он орал благим матом.

— Он чует что-то, — сказала Анна Львовна, кивнув на кота.

— Или кого-то, — ответил Фанберин.

Он обыскал вагон ещё раз, более тщательно. В купе исчезнувшего господина он нашёл не только шестерёнку, но и маленькую записную книжку с каллиграфическим почерком.

«1894 год, 15 марта. Приказ из центра: Фанберин назначен в Севастополь. Следить. Не вмешиваться. Ждать указаний.

1894 год, 17 марта. Фанберин выехал. В том же поезде. С ним — жена, слуга, кот. Возможно, вооружены.

1894 год, 19 марта. Поступил приказ: ликвидировать машиниста. Задержать поезд. Выведать у Фанберина местонахождение чертежей вечного двигателя.»

Фанберин похолодел. Чертежи вечного двигателя — о которых, казалось бы, никто не знал, кроме него, Анны Львовны и покойного Голицына — всплыли снова.

— «Новый Ковчег» охотится за чертежами, — сказал он вслух. — Но откуда они знают о них?

— Штауб мог рассказать своим ученикам, — предположила Анна Львовна.

— Штауб мёртв. А его ученики либо мертвы, либо в тюрьме.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.