реклама
Бургер менюБургер меню

Игорь Оболенский – Пастернак, Нагибин, их друг Рихтер и другие (страница 17)

18

Когда Светик вернулся и я спросила его, как прошла встреча, он ответил: «Мамы нет, вместо нее маска».

Я попыталась расспросить его о подробностях, ведь прошло столько лет. «Кондратьев не оставлял нас ни на минуту, – сказал Слава. – А вместо мамы – маска. Мы ни на одно мгновение не остались наедине. Но я и не хотел. Мы поцеловались, и все».

Нина Дорлиак тогда тоже была с ним и пыталась отвлечь мужа Анны Павловны, придумывая всякие уловки, например, прося показать дом. Но тот не поддался.

После этого Светик еще несколько раз выезжал в Германию. Газеты писали: «Рихтер едет к матери», все выглядело очень мило. Но говорили они только об искусстве.

Когда Анна Павловна тяжело заболела, Рихтер все заработанные на гастролях деньги потратил на ее лечение. Его отказ сдать гонорар государству вызвал тогда большой скандал. О смерти матери он узнал от Кондратьева за несколько минут до начала своего концерта в Вене. Это было его единственное неудачное выступление. «Конец легенды», – писали на следующий день газеты. Ездил он и на похороны. Мне он прислал открытку: «Випа, ты знаешь нашу новость. Но ты также знаешь, что для меня мама умерла давно. Может, я бесчувственный. Приеду, поговорим…»

Предательство матери стало для него крушением веры в людей, в возможность иметь свой дом. Эта страшная трагедия стала для него словно капсулой, в которой он прожил всю жизнь.

«У меня не может быть семьи, только искусство», – говорил он.

В искусство он ушел, как в монастырь. А еще у него начался культ отца. Он собирал его фото, письма…

Договариваясь встретиться в этот день, мы условились просмотреть открытки, которые Рихтер присылал Вере Ивановне на протяжении всех лет их дружбы. При этом, как я позже узнал, Прохорова была, возможно, единственным человеком в мире, кому он писал.

А потому предвкушал тот момент, когда Вера Ивановна покажет мне послания своего великого друга. Я видел, что пакет с открытками лежит на столе. Значит, Вера Ивановна не забыла о нашей договоренности. Но она, поймав мой взгляд, вдруг сказала, что ничего пересматривать мы не будем. Я постарался не подать виду, что расстроен ее отказом. В конце концов, нежелание показать письма чужому человеку вполне понятно.

Но, как оказалось, у Веры Ивановны был свой план: «Я решила эти открытки отдать вам. Храните их и вспоминайте о наших встречах. Здесь нет лишь одной открытки, той самой, которую Светик прислал после смерти матери: «… Ты знаешь, что для меня мама умерла давно…» Ее я отдала Наташе Гутман».

В первом издании книги «Четыре друга на фоне столетия» публикация открыток не состоялась. Я не смел публиковать переписку Рихтера, не спросив разрешения Веры Ивановны. А когда оно было получено, макет книги уже был готов. Но, видно, всему свое время.

Орфография и пунктуация автора сохранены.

На открытке:

ASOLO (Treviso)Casa di Eleonora Duse

…Место божественное по красоте. Здесь тепло (почти лето) несмотря на декабрь. Деревья полны желтых мандаринов и лимонов. Между ними вперемежку кипарисы очень хорошо и я чувствую себя гораздо лучше. Хотя… А в тоже время я какой-то несчастный – совесть, что ли, не дает покоя… Знаю, что маленький Саша уже решил стать скрипачом – бедная жертва своей мамы и ее эгоизма.

Хотел бы тебя видеть и отвести душу. Целую крепко. Желаю благоденствия и гармонии.

Твой Слава.

На открытке:

Memorial Monument Hiroshima

Дорогие Випа и Заяц, перед Вами памятник всем тем, кто прославил атомную бомбу (кажется 300 тысяч людей); представители науки нового света были разочарованы, что она такая «слабая». Теперь Хиросима отстроена и похожа как две капли воды на любой американский город. Только на рекламах японские иероглифы и это украшает его.

Ну вот, все.

Целую. Ваш Бант

На открытке:

The Fontain commemorating the Wedding of the Crown Prince, with the Imperial Palace in the Background in Tokyo

Здравствуй Випа! Очень жалею, что так получилось и мы не повидались. Последние 3 дня это был страшный цейтнот.

Жалею также, что ты не пошла на концерт с Олегом – это был довольно хороший концерт.

Сейчас нахожусь у самого восходящего солнца, в многомиллионном Токио (не очень уютно!..)

На открытке:

La Patte de Nostradamus

Здравствуй Випа!

После Туренских дней и праздников – маленький отдых, который провожу в путешествии по стране.

Прямо скажем – это стоит того. Столько красоты и обаяния и разнообразия в каждом городе, в каждой деревне… А Средиземное море – какое чудо! Приеду все расскажу, а пока целую тебя, Лю, зверей-людей!

Твой Слава.

На открытке:

La Cote d'AzurCannes

Дорогая Випа!

Я живу легко и весело – может, от лекарств, а может от всегдашней причины, которая меня оживляет: м… (самая любимая «машине»)

Здесь тепло и приветливо, туристы к счастью раз'ехались, море нежное. Завтра еду в Италию.

Привет всем. Целую, Светик

На открытке:

SCHLOSSHOTEL ST.RUPERTSALZBURG-AUSTRIA

Випа, привет!

Вот, где я теперь! Опять в том же отеле в Зальцбурге (8 лет подряд).

Пишу пластинки, пью черносмородиновый сок (который здесь самый лучший в мире), вино…тоже (это наша с тобой слабость…), смотрю на горы, долины, луга с коровами…на луну…

До скорой встречи (через месяц).

Привет всем близким…ну и всяким зверям тоже…

Твой Бантик

На открытке:

Брестская крепость Главный вход в музей

Дорогая Випа!

Я в Бресте, завтра пересекаю границу Великой Советской страны. Жалею, что не смог больше тебя повидать и поговорить о всяких вещах (maschine и т. д.).

Вероятно вернусь в июле и начну «английскую» жизнь (гольф, джин, яичница с бэконом и т. д.)

Целую тебя. Веренице зверей – привет.

Твой Слава

На открытке:

Kath. Kirche" St. Pankratius". Schwetzingen 3/5/93

Здравствую Випа!

Я в Париже, а эти две открытки из города Швецинден, где я играл последний концерт 30-го мая.

У меня к Тебе просьба: если Ты увидишь Наташу, напомни ей о нашем разговоре насчет сына Валентины Чемберджи (она Тебе его расскажет) и скажи, что я от своих слов не отступаюсь.

Насчет Наташи! Я уверен, что она абсолютно не права в своих (прямо таки эгоистических действиях)

(Продолжение на другой открытке)

Она уже совершенно испортила Славика (теперь поздно говорить), она притеснила маму и хочет теперь чтобы Саша жил в Москве, что для него и его будущего катастрофично, так же что она заставляет его быть скрипачом. Она не дает свободы и хочет чтобы жили одной семьей, а сама совсем к этому не подходит.

Она не мама, а артистка и это обязывает.

Все! Я хочу только чтобы все было хорошо.