Игорь Нокс – Остров судьбы (страница 46)

Оказалось, испанцы начали обстреливать вход в пещеру, когда поняли, что самим им не пробраться. Нескольких залпов пушек хватило для того, чтобы обрушившиеся глыбы камней полностью засыпали узкий проход.

— Какого черта мы сюда рвались, если теперь напрочь изолированы? — недоумевал один из пиратов, прочищая дуло ружья.

— Не хоботись, Рик. Индеец в шкуре ягуара говорит, что из пещеры можно выбраться с другой стороны.

— Да слышал я! — сплюнул тот, кого назвали Риком. — Что толку? Вспомни мангровые болота на Кубе… Мы травились каждый раз, когда пытались незаметно перебраться через них. Эта лихорадка бьет наповал. Тут ситуация, думаешь, лучше? С той стороны находятся такие же мангровые заводи.

— Извиняюсь, что вмешиваюсь, — вклеился я в разговор. — Не видели, куда ушел Нэхуэль?

— Тот самый парень в шкуре?

— Он самый.

— Ищи среди неписей, он к ним утопал.

Поблагодарив головорубов за подсказку, отправился к хижинам. К вождю приближаться совсем не хотелось, однако на старом месте Котубанамы уже не было. Выздоровел, видимо.

Я невольно стал рассматривать удивительные фигурки в половину человеческого роста, выполненные из камня. Какие же они все-таки чудные, задумался я. Один «божок» был вырезан в сидячей позе, хотя ни на чем не сидел, а голова его подпирала приличных размеров кувшин. Другие зверюшки хитро щурились, держась ручками за щеки. Головы зачастую овальные или закругленно-треугольные. Хватало и простых каменных фресок, на которых красками изображались все те же божества.

С точки зрения механики игры — интересно, что эти штучки могут? Явно не только для красоты стоят. Если уж их ввели в виртуал в таких количествах, значит, фигурки должны иметь соответствующий смысл. Но спасут ли они пещеру от натиска врагов? Сомневаюсь.

Нашелся Нэхуэль.

— Давай сразу к делу, — начал я. — Ты говорил, что на мне якобы «знаки». Можешь нормально объяснить, что за фигня?

— Могу. Но в таком случае придется вновь идти к касику.

— Что ж, если он не начнет орать и приходить в бешенство, как в прошлый раз, тогда я не против.

Место, где восседал вождь, вернее, просто дрых, теперь оказалось гораздо глубже по пещере. Уголок был огорожен жиденьким заборчиком из веток. За оградой — пара стандартных хижин и тусклый костерок. Котубанама лежал на напоминающем кресло-качалку деревянном изделии. При нашем приближении он поднялся, но Нэху удалось его тут же успокоить. Не то чтобы вождь казался сумасшедшим, скорее, сильно уставшим.

— Рудра, подойди к нам, — подозвал Нэх после того, как о чем-то договорился с неписем. — Присаживайся на свободный камень.

Вождь взял у Нэхуэля факел и приблизился ко мне, указывая свободной рукой на мою грудь.

— Что под рубашкой? — задал вопрос Нэх.

— Ничего… — протянул я, расстегивая пуговицы. Однако уже подозревал, в чем дело.

Шрамы. Те самые, что оставил ягуар в горах Тортуги. В отличие от бесчисленного множества других порезов на моем теле, которые пропадали после респауна, смачные царапки от хищника остались, хоть и не были сильно заметны. Я и обнаружил-то их далеко не сразу, а так как жить они мне не мешали — быстро забыл. Все-таки в игре рассматриваешь свое тело намного реже, нежели в реальной жизни.

Вождь вздрогнул, точно ударенный током, и быстро заговорил на непонятном языке. Все же Нэхуэлю вновь удалось его успокоить.

— Откуда? — спросил он меня.

— Пару недель назад получил. Неудачно поцапался с ягуаром на Тортуге.

При слове «ягуар» Котубанама в очередной раз охнул — теперь уже как бабка.

— Ты? Его? Слабо верится, — скептически протянул Нэхуэль.

— Дело было ночью… — я поведал во всех деталях историю о том, как поборол свирепого хищника.

Теперь все встало на свои места. Оказывается, у индейцев араваков, в число которых входит и племя Таино, ягуар является священным животным. Убивать их разрешается только касикам, то есть вождям, и некоторым представителям верхних сословий племен. И только тогда, когда какое-то из божеств даст добро на такой поступок. Конечно, эта мифология корнями уходит куда-то еще глубже, но, по крайней мере, причина, почему Котубанама почувствовал на мне Знаки, стала понятной.

— Но почему же эти шрамы остались, а не исчезли с первым же респауном? — не понимал я.

— Все южные индейские племена в той или иной степени отождествляли ягуара со сверхъестественной сущностью. Поэтому если тебе удается победить зверя самостоятельно, остаются, как и от многого другого, тайные Знаки. Говоришь, ты убил его саблями? Значит, все верно. Это тебе не сафари с ружьем, а близкий бой. В «Карибах» после схватки с любым зверем, исключая питомцев игроков, остаются шрамы. А шкуру-то с него неужто ты продал?

— К трупу этой твари я не прикасался, только скинул с себя.

— А зря! — мечтательно ответил Нэх. — Можно было бы ее себе взять, ну да ладно. Что касается конкретно тебя, то сейчас попробую все уладить. Котубанама на самом деле добропорядочный касик. Дай мне время с ним поговорить, и я использую твои Знаки тебе на пользу.

— Спасибо, — только и оставалось выдавить мне, оставляя их наедине.

Не знаю, какое из этих мелкопузеньких божеств Таино снизошло до моей персоны, но Нэху и впрямь удалось убедить непися, что гость по имени Рудра является одним из спасителей народа индейцев.

— Должен будешь. — Довольный Нэхуэль весело хлопнул меня по плечу. — Кажется, мне удалось выбить для тебя кучу ништяков. Если повезет, сможешь понимать язык нашего народа после необходимого обряда.

— Разве для этого не нужно редкое умение переводчика?

— Обычно нужно. Но у нас ситуация занятнее: Знаки дают тебе право сражаться с испанцами по воле наших богов, именуемых семис. Ты должен пустить в себя дух убитого зверя, чтобы сражаться на его стороне. На нашей стороне. Слава семис, ты не съел своего мохнатого врага! Это бы сделало тебя навеки врагом таинов. Нелегко было раскрутить касика на подобную хитрость, но у меня получилось.

— Каким образом это поможет с поиском сокровищ?

— Я именно к этому и веду. Есть у Котубанамы зерна под названием каоба, которые растут из одноименного красного дерева. Используются строго в ритуальных целях — для связи с богами. Я более чем уверен, что это многое прояснит. Ты должен попробовать.

А вот я не был в этом сильно уверен. Конечно, по Нэхуэлю хорошо видно, что он желает бескорыстно помочь. Возможно, из-за собственного любопытства, возможно, в надежде, что сумеет завербовать меня «в свои». За ходом его мыслей я не поспевал — зачастую собеседник углублялся в индейские термины и местную мифологию. Сказывался тот факт, что его жизнь неотрывно связана с мультикультурой коренных жителей Латинской Америки. Иногда казалось, что он жутко переигрывает свою роль, но каждый раз я убеждался, что человек предан индейцам целиком и полностью. Не оболваненный фанатик, но преданный индейской культуре человек. Предстоящий обряд хотя бы сближал меня с касиком племени — быть может, заговорив на одном с ним языке, я смогу, наконец, получить помощь с кладом?

Все приготовили в течение нескольких минут. Индейские девушки, которых здесь называли скво, поставили на огонь миниатюрный котелок, высыпали в него горсть темных сушеных зерен, которые затем размололи пестиком. Принесли вытянутый предмет, по форме напоминающий маленькую ложку для надевания обуви. На вершине предмета виднелась вырезанная из дерева фигура с головой очередного божества…

Сперва меня накормили хлебом под названием касава. Я ожидал, что еда эта дает какие-либо игровые бонусы или бафы, но, увы, — всего лишь необычная сладкая картошка.

— Рудра, ты только не паникуй, — успокаивающе произнес Нэх, когда я покончил с блюдом. — Чтобы войти в мир духов семис, необходима очистка организма.

Я уже не удивился, когда мне принесли артефакты этих семис. Не полноценные глыбы, как в поселении таинов возле пещеры, и не фрески, как при входе в пещеру. На этот раз — каменные головы величиной в ладонь и вытянутые статуэтки.

Пришлось в очередной раз поразиться внешности богов-семис. Уши с тремя дырками, выпученные глаза и губы. Пустые глазницы и пустой рот зачастую напичканы золотыми камнями и как будто припаянными.

— Эти камни и есть семис, верно? — решил уточнить я.

— Разумеется. Они выступают в роли духовно-связующего звена между миром материальным и духовным.

— Или виртуальным, — тихо проворчал я.

Интересно, в реальном мире Нэхуэль тоже верит во всю эту мистику? Или, находясь в виртуале, так трепетно относится к культуре?

Сжав в левой руке одного из семис, правой я сунул принесенную трубку-палку-ложкудляобуви в горло – такой жути требовал ритуал! Понятия не имею, чем была пропитана палка, но рвотный рефлекс сработал на отлично.

И только теперь мне представилась возможность вдохнуть ароматы зерен каоба. При первом же вдохе сильно защипало ноздри, заслезились глаза, взгляд заволокло тьмой, сознание начало меркнуть…

Глава 20. Назад, в прошлое

Странные размытые образы потоком проносятся в моем сознании, поочередно ускользая от внимания. Чувствую себя ветром, которому не хватает скорости. Не хватает направления. И я чувствую себя воздухом, зажатым скоплением хаотичных вещей, людей, зданий. Взгляд не может зацепиться ни за один предмет, он вынужден блуждать сквозь сероватую размытую пелену.