Игорь Николаев – Справедливость для всех (страница 20)
Прежнего чувства единения мыслей не было, его заменили рассудок и логика. Молнар не обещает, он провоцирует… причем рискуя. Скрытые за портьерой воины? Потаенная бойница и арбалетчик? Что-нибудь магическое?.. Но все равно — риск, учитывая, что у лекарки по-прежнему за поясом чекан, а местные видели — пользуется женщина им быстро и умело.
Провокация… И проверка. Молнар очень заинтересован в предложении, но так же и опасается от всей души. Он проверяет послов, оценивает их серьезность и выдержку. Рискует очень сильно, однако и на карту многое поставлено. Раньян это понял быстрее. Ну, молодец, что тут сказать…
Она демонстративно расслабилась, опустила руки, позволив кистям безвольно упасть вдоль тела. Кажется, бретер чуточку облегченно выдохнул, но могло и показаться. Ауффарт подождал еще с минуту, затем тяжело, совсем по-простолюдински вздохнул и сделал странное действие — взял простой деревянный поднос с бутылкой и развернул его на сто восемьдесят градусов.
Елена видела разного барона — страшного, злобного, сердитого, недовольного и тому подобное. Но еще не видела такого. Молнар опять вздохнул и облизал тонкие губы. Снял печатку и покатал ее на столе, накрыв ладонью.
— Чтобы взять город, понадобится много воинов, — глухо вымолвил он после всех манипуляций. — Для этого нужно много золота. У меня больше нет средств.
— Их было достаточно, чтобы купить настоящую армию, — напомнил Раньян. — Три сотни человек, обоз, таран и осадная башня. Войско наверняка не выслужило оговоренный срок, должны были остаться…
Бретер осекся, Елена откинула назад голову, стиснув зубы. Озарение было мгновенным, ослепляющим и шокирующим. В сознании билась одна лишь мысль: ну конечно… как обычно, в сложных планах все ломает непредусмотренная и глупая мелочь. Они с Артиго все так хорошо придумали и продумали… и никому в голову не пришла очевидная мысль: у обычного нанимателя никогда нет денег, чтобы оплатить службу сколь-нибудь значимой военной силы. Он всегда обещает, звенит кошелем, платит какие-то авансы, однако в конечном итоге неизменно рассчитывает на грабеж. Нет, разумеется, бывает, что «поряжатель» действительно богат, но такое происходит очень редко. И здесь, кажется, не тот случай.
— Полностью вложился в тот приступ? — только и спросил бретер. — Без остатка?
— Хуже, — горько оскалился Молнар. — Ничего уже не было. Все ушло на тяжбу в Мильвессе. Проклятый Шапюйи, тварь, мразь, подонок! Шаврик! Городская шваль и потатуй! Он сам столичный и университетский. Знал, кому занести. Перебил мою взятку!
— Но… откуда войско? — вырвалось у Елены.
— Из Пайта, — вымученно сказал барон. — Я был там перед самым бунтом, пытался занять… у разных людей. То есть сначала я искал правоведа. Потом стало ясно, что в судах дело уже не решить, никак.
Забавно, подумала женщина, значит, мы были в столице тетрархии в одно время. И, может быть, ты даже обращался к Ульпиану, когда меня с ним не оказалось. Однако не пересеклись Что ж, немудрено, все-таки мегаполис Ойкумены, хоть и не полумиллионный Мильвесс. Затем женщина поняла, что ничего забавного тут нет.
— Никто не дал, — предположила она вслух.
— Дали, — буркнул Ауффарт. — Мало. И под дьявольский процент. Хватало на осадные машины. Таран, башня. На солдат не хватало. Потом…
Вновь продолжительный вздох и перекатывание перстня. Барон тяжко и неподдельно страдал, выворачивая душу перед непонятно кем, но, судя по всему, иного пути уже не видел.
— Затем один граф помог в моих заботах. Долгая история. Я оказал некую услугу для друга императора Оттовио. Отряд хорошей пехоты стал наградой. Что было дальше, вы знаете.
Ауффарт ожег посланников бешеным взглядом и прошипел, дав чувствам волю:
— Чужеяды!
— То есть денег ты им не давал, — Раньян как будто не заметил ругательство, теперь уже адресное. Потер лоб, бормоча под нос и не стараясь быть вежливым. — Зачет услуг.
— Ну… почти так. Сложнее, но да.
— То есть это не ты завершил предприятие, как деловой человек? Когда стало ясно, что цена штурма будет чрезмерной? — хлестал безжалостными вопросами Раньян. — Наемники посмотрели на стены, узнали знакомые рож… лица Коста и Белого. Еще стало известно, что ополчение пополнилось свитой Артиго? Так и было?
— Кто мог предположить, что это не свита, а пеший сброд⁉ — натурально взвыл барон. — Еще тот слух про битву за деревню, перебитых до единого «живодеров»… Все решили, что Готдуа привел не меньше двадцати латников! Наемники отказались идти на штурм. Обдувалы, черти веревочные!
— Отказались и ушли? — уточнила для себя Елена, видя, что Раньян молчит, склонив голову и стискивая ее побелевшими пальцами.
— Да. Сказали, услуга риска не стоит. Отправились туда, где платят золотом.
— А осадные машины?
— Какой в них толк без пехоты? Продал, чтобы заплатить проценты.
Барон устал крутить перстень и швырнул его на середину стола. Золотая печатка солидно и внушительно брякнулась на поцарапанную сосновую доску. Ауффарт резко встал, пинком отбросил трехногий стул попа, оказавшийся некстати на пути. Кажется, сломал. Барон оперся обеими руками на стол в позе Кеннеди, которую Елена помнила по знаменитой фотографии.
— У меня двадцать семь человек личной дружины, — проскрежетал Ауффарт, не поднимая голову. — Десять стрелков. Еще десятка три тех, кому можно дать пику, не рискуя, что они сразу воткнут ее себе в ногу. И долги, которые нечем платить.
Елена потерла переносицу, как очкарик, снявший с носа оправу. Посчитала вслух:
— Фейхан может выставить четверть тысячи ополченцев. Все снаряжены из городского арсенала. Ватники, кольчуги. Хорошее оружие и шлем у каждого.
— Я знаю! — рыкнул Ауффарт.
Теперь встала и заходила Елена, размышляя над тем, что все строилось на простом и очевидном предположении: барон состоятелен и упорот в намерении подмять Свиноград. Следовательно Ауффарта необходимо уговорить принять участие в махинации. Оказалось, наоборот — Молнар готов на все, однако нищ и никакой практической ценности как союзник не представляет.
— Кажется, «вечность» из этих буквиц не сложить, — констатировала переговорщица, нервно потирая запястья.
«Корабль праведных»
https://www.youtube.com/watch?v=rEVnmWA0yAo
«Désenchantée»
https://www.youtube.com/watch?v=vkiyW0vqat8&list=PLYzBvpGg5Ay3FdxsfANDk2jiQvw9nqGEX&index=1
«Pourvu qu'elles soient douces»
https://www.youtube.com/watch?v=L6ho6zj9yTc
Музыка:
https://vkvideo.ru/video212398029_171463288?
https://vkvideo.ru/video-227995598_456239681?
Глава 5
Будет весело и страшно
Былое…
— Так… — сказала Елена, по большому счету для того, чтобы сказать что-нибудь. Молчать было как-то… неуютно, а квалифицированно, по существу она высказаться не могла за отсутствием надлежащего опыта.
— Ага, — согласился Марьядек.
Женщина покосилась на него, гадая: браконьер так ее «зеркалит» и высмеивает или действительно думает, что в этом «так» содержится глубокий смысл.
Как положено обычному, нормальному населенному пункту, Свиноград был окружен широким поясом обжитого пространства. Пригород был сложно структурирован и разнообразен — домики, ночлежки, мастерские, сараи с амбарами, всевозможные склады, огороды и так далее. Сейчас большая часть оказалась брошена и оставлена, жители укрылись за прочными стенами Фейхана. Произошло все достаточно быстро, слаженно и так, будто не раз отрабатывалось на учениях. Очевидно, фейханцам это было не впервой. Внутрь завозилось, заносилось и заводилось все, что могло идти своим ходом, перетаскиваться вручную или ехать на телегах. Прочее безжалостно и решительно бросали. Женщины голосили, мужчины хмурились и ругались, но как-то рутинно, опять же — привычно. Горожане и причастные явно предпочитали остаться погорельцами, нежели пообщаться непосредственно с наемниками барона Молнара.
Елена посмотрела налево, направо, затем обратила взгляд за спину, в тыл.
Стены Дре-Фейхана мало походили на то, что показывали в исторических и приключенческих фильмах. Город был очень древний, знал времена упадка и подъема, которые сопровождались расхищением строительного материала или наоборот, активной застройкой. Поэтому оборонительные сооружения представляли собой аналог забора в Чернухе, только с поправкой на бОльшую капитальность и вложенные средства. Где-то стена поднималась на высоту до десяти метров и была сложена из цельного камня, где-то представляла собой заплатку из бревен, едва-едва достигая метров пяти-шести. Но по большей части ограждение состояло из двух тонких стен, пространство между которыми заполнялось мусором, утрамбованной землей и щебнем. Кое-где высоту наращивали при помощи известняковых блоков, но, как обмолвился Бьярн (определенно большой специалист в осадах крепостей), обычно так делали мало и нехотя. Считалось, что вес может оказаться слишком большим, и под нагрузкой «поплывет» основной массив. По преданию именно так в свое время обвалился «баронов» участок, оказавшийся чрезмерно слабым и тонким.
Неподалеку орал на ополченцев Больф Метце, нанятый городом безземельный рыцарь, который в мирное время служил главным над постоянной стражей, а в немирное командовал ополчением и в целом обороной. Метце «ходил под городом» уже лет десять, но до сих пор не имел подданства, желая хотя бы формально сохранять за собой статус настоящего кавалера. Вдруг случится замечательное доброе чудо, и удастся каким-то образом заполучить вожделенную землю — главную ценность феодального общества Ойкумены. Елена бы не доверяла такому кондотьеру особо, потому что ежели человек желает что-то иметь, его этим легко и купить. Даже если он получает жалование в три «солдатских» мерка за каждый день осады или похода. Но городской совет придерживался обратного мнения, и авторитет наемного рыцаря оставался непререкаем.