Игорь Некрасов – Вулкан Капитал: Орал на Работе 3. 18+ (страница 69)

— А-а-а! — воскликнул Семён Семёныч, и в его голосе прозвучало настоящее, почти комическое удивление, будто он вспомнил о забытом на столе кошельке. Он даже лёгонько хлопнул себя по лбу. — Совершенно верно, мой дорогой коллега! — он улыбнулся, и его улыбка стала деловой, почти профессиональной. — Совсем вылетело из головы среди этого… водоворота впечатлений. Но Вы, как всегда, демонстрируете отличную память и деловую хватку, что, безусловно, вызывает уважение. И смею заметить — несмотря на всю… неформальность обстановки, деловую беседу, даже столь серьёзного характера, вполне можно вести и здесь. Главное — чтобы собеседники были настроены на конструктивный диалог. А я, как вы видите, — он широко развёл руками, — вполне настроен. А вы, Игорь Семёнов?

«Да я пиздец как настроен, нахуй!» — пронеслось в голове у Игоря со всей силой столь долгожданного разговора. Он даже почувствовал, как под полотенцем по телу пробежали мурашки — уже не от жара, а от предвкушения.

— Да, — сказал он, стараясь, чтобы голос не дрогнул от внезапно нахлынувшего нетерпения. — Я тоже.

Семён Семёныч принял вид мудрого ментора, готового раскрыть скрижали знаний. Он сложил пальцы домиком, хотя из-за полотенца это выглядело немного нелепо, и устремил на Игоря проницательный взгляд.

— Ну что ж, дружище. В таком случае, давайте восстановим ход мыслей. Напоминайте, — произнёс он с лёгкой торжественностью. — На каком, так сказать, концептуальном моменте мы с вами… прервали наше обсуждение перед тем, как погрузиться в водоворот сегодняшних… социальных активностей?

Игорь замешкался. Алкогольная пелена в голове сгущалась, вымывая чёткие контуры того разговора. В уме всплывали обрывки: про двести тысяч, про акции… и какая-то абсурдная мысль про Швейцарию. Он посмотрел на Семёна Семёныча и увидел на его лице такую же задумчивую растерянность.

«Бля, — пронеслось в голове у Игоря, — а он-то сам помнит… Или нет? Короче, скажу, что акции… он говорил, что надо будет их купить. Логично же».

Игорь собрался с мыслями, открыл рот, чтобы начать с этой простой и безопасной фразы, но в этот момент Семён Семёныч встрепенулся. Взгляд его прояснился, в глазах вспыхнули огоньки осознания.

— Кажется, — начал он медленно, снова обретая свои лекторские интонации, — я доводил до вашего сведения, дружище, что упомянутая компания… «ТрансТехноМонтаж»… находится в зоне внимания определённых государственных институтов. И что в обозримой перспективе ей светит… весьма солидный грант на развитие, а мировой рынок пока пребывает в блаженном неведении.

Игорь почувствовал, как в памяти щёлкает нужный тумблер. Картина прояснилась.

— Точно! — вырвалось у него почти с облегчением, и он тут же кивнул, стараясь выглядеть соображающим. — Грант, да, и что, акции из-за этого должны рвануть.

— Безупречно, — одобрительно кивнул Семён Семёныч. — Память, несмотря на внешние раздражители, демонстрирует устойчивость. Что, безусловно, радует. Однако, дружище, — он понизил голос, и в его тоне зазвучала серьёзная, предостерегающая нота, — существует одно принципиальное «но».

Игорь напрягся. В памяти чётко всплыло, как именно на этом самом слове «но» их тогда прервали. Его взгляд инстинктивно метнулся к тяжёлой двери сауны.

«По-любому, — с досадой подумал он, — сейчас какая-нибудь сука зайдёт. И помешает. Надо быстрее!»

— И какой же, Семён Семёныч? — спросил он, стараясь говорить быстро и по делу, чтобы не дать судьбе ни малейшего шанса.

И в этот самый момент, словно по злому умыслу, дверь с тихим скрипом приоткрылась. В облаке пара на пороге возникла Амина. Её рыжие волосы были ещё влажными, а на лице играла легкая улыбка. Она облокотилась о косяк, и её взгляд, скользнув по их напряжённым позам, стал игриво-любопытным.

— Ну как вы тут, мальчики? — протянула она сипловатым от жары и недавних усилий голосом. — Не запёклись ещё?

«Вот же сука!» — пронеслось в голове у Игоря с такой силой, что он чуть не сказал это вслух. — «Бля, ну почему именно сейчас? Вот чего она зашла, а? Бля, а может, думает, что мы тут её обсуждаем? Хотя это мы и делали ранее… но, вероятно, не в том смысле, о каком она могла подумать…»

Семён Семёныч вздрогнул, как школьник, пойманный за шпаргалками. Его профессиональная маска на мгновение сползла, обнажив растерянность, но он мгновенно взял себя в руки. Он повернулся к Амине, и на его лице появилась вежливая, слегка отстранённая улыбка, призванная обозначить дистанцию.

— Нет-нет, милая Амина, всё в порядке, — произнёс он ровным, чуть механическим тоном, явно давая понять, что разговор частный. — Мы как раз… завершаем один рабочий момент. Спасибо за беспокойство.

Амина задержала на нём взгляд на секунду дольше, чем нужно, и её губы дрогнули в едва уловимой усмешке. Затем, кивнув, она сказала: «Ну ладно, не задерживайтесь тут. Мы все в гостиной, если что». И, бросив напоследок оценивающий взгляд на Игоря, она так же бесшумно скрылась, прикрыв за собой дверь. Тишина, нарушаемая лишь шипением камней, снова сгустилась в сауне, но теперь в ней висело напряжение не только от ожидания, но и от только что прерванной интимности.

Семён Семёныч выждал пару секунд, будто убеждаясь, что дверь больше не откроется, затем обернулся к Игорю. Его лицо снова стало сосредоточенным и серьёзным, но в глазах читалась досада на помеху.

— Где мы остановились? Ах да… — он понизил голос ещё на пол-тона, наклоняясь ближе. Слова его, несмотря на обволакивающий жар, прозвучали холодно и чеканно, как стальные шарики. — А «но» заключается в оперативности. Действовать нужно будет быстро. Уже завтра.

— Завтра? Почему? — не понял Игорь, хотя внутри всё сжалось от азарта и облегчения, что наконец-то можно услышать продолжение.

— Потому что, дружище, — объяснил Семён Семёныч, отчеканивая каждое слово, — «негласный приказ» о начале плановой, контролируемой распродажи акций сотрудниками из определённых портфелей, о котором я вам говорил, уже будет отдан завтра. И когда процесс будет запущен, это создаст временное, искусственное давление на цену. Окно для входа — между началом этой тихой распродажи и моментом, когда слухи о гранте станут достоянием хоть кого-то, кроме нас с вами, — будет чрезвычайно узким. Возможно, пару дней, а может, какие-нибудь считаные часы. После чего цена устремится вверх, и наш шанс купить их по сегодняшней, ещё нетронутой цене испарится.

В голове у Игоря пронеслось с досадой: «И всё-то…? Ну а хули, бля, ты так долго тянул-то, сука ты, Семён Семёныч? Хули мы вообще тут сидим-то тогда? Ах да… биржа же еще закрыта, и вчера после работы, пока мы сидели в ресторане, тоже была закрыта».

— Значит, завтра всему коллективу отдадут приказ на продажу? — уточнил он, стараясь вникнуть в механику.

— Не всему коллективу, нет, — поправил его Семён Семёныч, снова обретая менторские интонации. — Определённому, узкому кругу брокеров, имеющих доступ к… специфическим портфелям. И вы, надеюсь, понимаете, мой дорогой коллега, — он сделал серьезное лицо, — что вы официально пока ещё не можете считаться полноценно трудоустроенным. Как гласит регламент, до завершения испытательного срока, а точнее — первых двух отчётных недель, ваш доступ к таким инструментам… будет ограничен.

Он помолчал, давая информации усвоиться.

— Однако, — он сделал многозначительную паузу, — в этом узком круге… участвую я. И, несмотря на формальности, ваши деньги, дружище, могут быть… задействованы. Но они должны быть в полной готовности. Напомните мне, какая сумма фигурировала в нашем разговоре?

— Двести тысяч, — чётко сказал Игорь.

— Точно, двести тысяч, — подтвердил Семён Семёныч, постукивая пальцем по колену. — Безупречно. Эти средства должны быть на расчётной карте. Не на сберегательном счету, не в наличных, а именно на карте, к которой есть мгновенный доступ через онлайн-банк. Это принципиально.

— Они уже там, — тут же отрезал Игорь, чувствуя, как в груди замирает от нетерпения.

— Отлично! — Семён Семёныч даже хлопнул себя по коленке, что для него было неслыханным проявлением эмоций. — Это уже половина дела. Теперь вторая, не менее важная часть. Вам необходимо будет завтра, с утра, как только откроются торги, совершить одно, но очень конкретное действие. Нужно войти в свой личный кабинет в клиентском приложении «Вулкан Капитал» — не в рабочий терминал, а именно в клиентский, под своей учётной записью. И выставить лимитную заявку на покупку акций «ТрансТехноМонтаж». Точное количество лотов и цену я сообщу завтра, непосредственно перед самым открытием, по телефону. Никаких смс, только голосовой звонок. Вы понимаете меня, дружище? Это должна быть именно лимитная заявка, установленная до открытия торгов. Чтобы она сработала мгновенно, как только цена достигнет нужного нам уровня в первые же минуты или даже секунды торговой сессии.

«Бля, я сейчас нихера не запомню и точно запутаюсь», — панически промелькнуло в голове у Игоря.

— Ну да, — сдавленно выдавил он, делая вид, что всё понял. — Вроде понял.

— Вы не переживайте, дружище, — успокоил его Семён Семёныч, и в его голосе впервые за вечер прозвучала почти отеческая забота. — Мы завтра, в спокойной обстановке, все эти действия проговорим ещё раз, детально и по пунктам. И сделаем всё правильно. Это я вам гарантирую.